Исток - Московкина Анна - Страница 99

Молчун слушал, как менестрель заканчивает песню сложным перебором, слушал, как продолжает плакать лютня под его пальцами. Слушал и молчал, стараясь не думать, стараясь не вспоминать, стараясь привычно наблюдать за происходящим.

Ничего не выходило. Потому что на этой лютне теперь играл совсем другой менестрель.

Колдун открыл глаза, зевнул, чуть не вывернув челюсть. В открытые ставни щедро лилось утреннее солнышко и морозный воздух. Огонь в камине весело горел, обгладывая новые поленья. Майорин перевернулся на живот и зарылся лицом в подушку. Вставать не хотелось.

Дверь открылась бесшумно, тихо прошуршали шаги. Она села на кровать, сунула холодную руку под одеяло. Колдун дернул лопатками.

— Ты не спишь.

— Уже нет. — Пахло хвоей, подсушенной на солнце.

— Покажи руку.

— Не сейчас, Летта. Дай поспать.

— Я уезжаю.

Майорин сдался, лег на спину, вытянул руку и прикрыл глаза. Легкие пальцы женщины щекотали запястье, распутывая повязку.

— Все-таки отрезать? — шутливо спросил мужчина, но в голосе проскользнуло напряжение.

— Не надейся. Но однажды ты допрыгаешься. Скажи спасибо русалкам, им удалось остановить заразу.

— Скажу, не переживай. Может, обождешь?

— Я встала задолго до рассвета, Майорин.

— Так подожди до заката.

— До заката я хочу попасть в чащу погуще. Мне нужно поохотиться, терпеть не могу летать на голодный желудок.

— Это я знаю.

— Ну что ж… до встречи, мой милый…

— Я тебя провожу.

— Не надо. — Она поцеловала его в заросшую щеку. — Я надеюсь, ты не будешь больше так бездумно рисковать жизнью. Присмотри за ним. Хотя кого я прошу… — Летта улыбнулась, в проеме двери, прислонившись к косяку, стояла Айрин. — Вы, истоки, не знаете, что такое осторожность.

— До свидания, Летта.

Летта вышла, оставив после себя легкий запах — едва уловимый запах дракона.

Айрин смотрела на колдуна, он на нее. Оба молчали.

Шаги драконицы растворялись в коридоре замка.

Айрин прикрыла дверь, задвинула щеколду.

Солнце, разделенное ромбами рамы, лежало на полу, пол в этом месте был теплым, ласкал босые ступни…

…Я открыла окно, зачерпнула снега, помяла в ладони. Сладкий морозный озноб пробежал по коже.

Огонь в камине горел.

Во дворе замка Летта прощалась с Велором. Ее ждал Борец. Они пошли пешком, больше доверяя своим вторым ипостасям, чем малознакомой животине.

— Ты решила нас заморозить? — Майорин зарылся в одеяло, из-под которого торчала черная макушка.

Я прикрыла окно. Прошла по теплому пятну к кровати.

Зимний день горел слепящим алмазным солнцем, стараясь изо всех сил, зная, какой короткий срок ему отмерен.

Знал, что скоро наступит длинная, темная ночь.

Я поцеловала колдуна в губы.

Пока у нас было время…

Пока сиял зимний день, пока сверкало холодное колючее солнце, пока горело хрупкое, щемящее душу, счастье.