Воины бури - Чалкер Джек Лоуренс - Страница 24

К исходу третьего дня они достигли места назначения. Они не спешили – во-первых, потому, что в этом не было необходимости, а во-вторых, потому, что, не сговариваясь, решили продлить ощущение безопасности. В пути им ничто не грозило. Чо Дай то и дело останавливалась поболтать с молодыми мамашами: она хотела знать, как протекают роды и как воспитывать маленького джанипурца. Она была счастлива, когда Сабир купил ей на рынке несколько безделушек. Украшения были довольно аляповаты, но Чо Дай дорожила ими не меньше, чем бриллиантами.

Пункт-два оказался маленьким домиком в лесу у ручья, стоящим в стороне от оживленных дорог. Земля принадлежала местному махарадже, но он, как и большинство его коллег, постоянно был в отъезде. Люди редко забредали в эти места. Тропинка к дому порядком заросла, и путники с трудом продрались через лианы. Они надеялись, что Урубу с Чо Май уже там, но одного взгляда на тропинку и домик было довольно, чтобы понять, что они опередили товарищей. Дом выглядел заброшенным, и лишь тот, кто знал о наличии двойного пола, мог обнаружить склад, устроенный Урубу. Припасов было меньше, чем в Пункте-один, но все же вполне достаточно.

– Я беспокоюсь, – сказала Чо Дай. – Хотя, наверное, почувствовала, если бы с сестрой случилось что-то действительно плохое. Могли они угодить в какую-то неприятность, как ты думаешь?

– Понятия не имею, – честно ответил Сабир. – Лучшее, что мы можем сделать, это сидеть тихо и ждать. Возможно, они выбрали слишком длинную дорогу, а может, их задержала непогода, да мало ли что еще. У них ведь еще есть маленькая Икира, так что они должны избегать поселений. Подождем, пока не станет ясно, что они уже не появятся. Здесь хватит еды на неделю, а то и на две.

– А если они не придут? Что тогда? – Перстень был у Урубу.

– Кончатся припасы, тогда и будем думать. Утром Сабир исследовал склад под полом. Здесь было оружие, хитроумное связное устройство и даже портативный ментопринтер из тех, которыми пользовались работники джанипурской службы безопасности. К нему прилагался набор картриджей и один, помеченный "Гипно", представлял собой своего рода заглушку. В отличие от прочих эта программа не была постоянной, хотя с помощью стационарного ментопринтера или при постоянном и последовательном применении ее можно было закрепить на неопределенный срок. Тот, кто был под ее влиянием, повиновался любому внушению в течение пяти – семи дней и верил всему, что бы ему ни сказали.

"А что, если они не придут? Что тогда?" Ужасно, конечно, но этот вопрос вызвал у Сабира приятное волнение. Чо Дай знала, что такое ментопринтер, но не могла ни управлять им, ни прочесть надписи на картриджах. Зато она полностью доверяла Сабиру. Внушение можно было бы повторять, пока не истощатся батареи… Нет! Это грех. Урубу упрекал его в эгоизме и был, конечно, прав, но быть эгоистом еще не значит быть подлецом. Еще два дня. Потом он развесит на деревьях антенну и попытается вызвать "Гром".

Чо Дай беспокойно заворочалась и проснулась. Было еще слишком темно, чтобы увидеть что-нибудь, и на мгновение она подумала, не почудилось ли, но острый джанипурский слух сразу выделил среди ночных звуков те, что разбудили ее.

– Сабир! Просыпайся! – встревоженно прошипела она.

– А? Что?..

– Кто-то идет! Я слышу шаги и шуршание листьев! Сабир моментально проснулся и вскочил, схватив пистолет. Он стоял, глядя на дверь, не зная, что ему делать. В темноте он совершенно слеп, но если рискнет зажечь свет, то неизбежно выдаст свое присутствие. – Может быть, идущий и не знает, что они здесь… Если выстрелить сразу, как только откроется дверь, можно убить тех, кого они ждут. А если не выстрелить и это будут солдаты, уйти уже не удастся. Сабир напряженно размышлял. Урубу прекрасно подготовил убежище, но забыл о запасном выходе. По крайней мере Сабир его не нашел. Пистолет – неплохая штука, но будь у них путь к бегству, стрелять бы не потребовалось.

– Ты.., может быть, это они? – прошептала Чо Дай.

– Ш-ш-ш… Тихо… – Нет, теперь уже было ясно, что это не Урубу. Шаги раздавались совсем близко и были совсем не похожи на шаги джанипурца. А если это Икира, то она явно добрала по пути лишнюю сотню килограммов, если не больше.

Дверь медленно отворилась. Сабир и Чо Дай ожидали увидеть размытый силуэт в инфракрасном свете, но увидели совершенно иную картину: тепловое излучение исходило из двух мерцающих глаз и нескольких небольших пятен, рассеянных по огромному человекоподобному телу.

– Вероятно, вы хотите зажечь свет, – мужским голосом спокойно произнес Вал на безупречном джанипурском хинди. – Я вижу вас хорошо, но у меня нет причины пользоваться своим преимуществом.

Сабир не испытал удивления тем, что сбылись его худшие опасения. Наоборот, он ощутил некое странное спокойствие. Неизбежное наконец свершилось. Убежать от Вала невозможно. Да, конечно, однажды их товарищам удалось одолеть Вала в космическом бою, но это стоило жизни Арнольду Нейджи, и до последнего момента не было никакой уверенности, что все кончится благополучно. Это была скорее удача, чем подлинная победа. На мгновение у него мелькнула мысль застрелить Чо Дай, а потом застрелиться самому, но даже эта попытка была бы безрассудной. Вал наверняка предусмотрел такую возможность. А смерть только одного из них ничего не дает.

Сабир положил пистолет на пол, неловко нашарил в темноте спички и зажег лампу, удивляясь тому, что у него не дрожат руки.

– Вы взяли остальных? – спросил он.

– Увы, нет, но рано или поздно мы их возьмем. Мы следили за домом в течение двух дней, но в конце концов было решено, что остальные, несмотря на все меры предосторожности, вероятно, заметили наши посты и ушли.

– Но.., если вы вышли только на нас, значит…

– Да. Брахманам Кохин-Центра не часто приходится использовать деньги, но служба безопасности хранит небольшой запас, просто на всякий случай. Все монеты новой чеканки. Ваш сообщник Бойл изъял оттуда семьсот шестьдесят рупий. Сумма невелика, но монеты такого достоинства привлекают к себе внимание в бедных селениях. Кроме того, боюсь, что все они имели некие небольшие дефекты. Вот почему монетный двор переслал их в службу безопасности, а не в обычные банки. Об этом не знал даже верховный администратор – это сугубо внутренние дела. Разумеется, проследить, не всплывут ли в радиусе нескольких сотен километров от Кохин-Центра такие монеты, было нетрудно. Это и навело нас на след. Да.., я полагаю, что эта леди – одна из сестер Чо, а с кем я имею честь говорить? Сабир вздохнул:

– Не так давно меня звали Сабира, и я была членом флибустьерского экипажа. Теперь я – то, что вы видите, а мое прежнее имя и личность утрачены.

– Флибустьер! Значит, на их стороне еще и флибустьеры! – отозвался Вал. Казалось, он, словно человек, рассуждает вслух. – Я знал, что за нарушение Завета придется заплатить. Главная Система пыталась ликвидировать небольшую шайку, а вместо этого, оказывается, создала целую армию. Хотелось бы знать, насколько многочисленную. Не отвечайте – этим мы займемся позже. Мы думаем, что информация, которой вы располагаете, поможет нам выйти из этой затянувшейся патовой ситуации. Да, по-видимому, перстня у вас нет, я прав?

– Нет. Он был у меня, но я его отдал. Это правда.

– О, я вам верю, – откликнулся Вал. – Ведь у вас нет причин лгать, не так ли?

– Если вас не затруднит, – вмешалась Чо Дай, – скажите, что с нами сделают?

– Ну, смотря по обстоятельствам, – ответил Вал все тем же дружелюбным тоном. – Полагаю, некоторое время вы будете нам полезны. Прежде всего мы вернемся в Кохин-Центр, а потом вам предстоит небольшое путешествие на корабль, находящийся на орбите. Там мы разберемся в том, что вам известно, и оценим эту информацию. После этого вы, возможно, будете и дальше служить нам, а возможно, и нет. В последнем случае мы выполним небольшую переориентационную подстройку, которая возвратит вас на путь истинной гармонии и равновесия. Когда вы перестанете быть полезными для нас, наши техники заменят ваши личности новыми и, разумеется, предпримут некоторые незначительные генетические манипуляции, которые закрепят за вами и вашим потомством, так сказать, пониженный статус. Но и вы и ваши дети останетесь в живых и будете счастливы до конца своих дней, если только не доставите нам новых неприятностей. Не могу обещать вам ничего лучшего, чем каста шудр, но если вы будете вести себя смирно, то ваши дети не родятся неприкасаемыми.