Золотая рыбка. Часть 1 - Фэйбл Вэвиан - Страница 56

После того как суматоха улеглась, я устраиваюсь в плетеном кресле, в непосредственном соседстве с бутылками. Не упускать же случай! Наливаю себе коньяку и залпом выпиваю. Дональд усаживается на траву подле меня.

— Неужто забросил сочинительство? — спрашиваю я.

— Тут не до романов, сама понимаешь. Все озабочены делами Даниэля — Элла, Айрис, не говоря уже обо мне. Словом… да что ходить вокруг да около… Я очень тревожусь за нашего друга, Ден.

— С чего бы это?

— К твоему сведению, у него ведь тоже не семь жизней.

— Не сомневаюсь.

Дональд вскидывает на меня глаза.

— С Йоном Хольденом шутки плохи, Дениза…

Я пытаюсь пригасить свой пыл коньяком, но голос все равно звучит резко:

— Начал — договаривай. Надоели мне эти бесконечные запугивания. С утра до вечера — «Хольден, Хольден»… Слышать о нем не желаю!

— От меня больше не услышишь, — мрачнеет Дональд. — Но не забывай: сегодня лишь первый съемочный день. Попроси у Даниэля сценарий. Пока дочитаешь до конца, поседеешь.

— Спасибо за совет.

Оставив отца в покое, Элла подбегает ко мне. Обнимает за шею, целует в обе щеки. Затем, отступив на шаг, принимается внимательно разглядывать — молча, сосредоточенно.

— Что это ты меня так изучаешь? — севшим голосом спрашиваю я.

Элла доказывает, что она достойная дочь своего отца, — не говоря ни слова, разворачивается и убегает. Пошептавшись с отцом, девочка скрывается в доме. Должно быть, пошла спать.

Дональд тоже покидает меня, предпочтя общество Даниэля, оба удаляются в сторону берега. Оставленному без присмотра костру надоедает гореть, и он гаснет. Айрис протягивает мне очередной стаканчик спиртного, я послушно беру.

— Как провели время? — интересуюсь я.

— Великолепно. Жаль, что завтра вечером наша сказочная жизнь кончится. Возвращаться в город… брр, даже подумать страшно! Единственное утешение — Даниэль и Элла на будущей неделе поселятся с нами по соседству.

Я пытаюсь разделить ее радость, но затем ловлю себя на мысли, что не возражала бы, задержись Айрис с Эллой здесь еще на несколько дней: оказывается, я уже привыкла жить на готовеньком, когда мне подают вкусные завтраки-ужины и поят ядовито-крепким кофе. Но об этом лучше помалкивать.

Айрис касается моей руки.

— Дональд говорил, что у вас с Даниэлем вроде бы наладилось взаимопонимание…

— Дональд преувеличивает, — буркаю я, уткнувшись в стакан.

— Ну конечно, — смеется Айрис. — Как самочувствие Круза?

Застигнутая врасплох, я судорожно соображаю, когда навещала Круза в последний раз. Вроде бы мы с ним повздорили, но не уверена. Не зная, что ответить, молча пожимаю плечами.

Позднее, когда приятели всласть наговорились о своих секретных делишках, Айрис провожает нас в отведенную нам спальню. Даниэль валится с ног от усталости. Вытянувшись на постели, он выдавливает из себя слабую улыбку:

— Чувствую себя как побитый. Сейчас только спать и спать!

— Хорошо тебе…

— Не понял.

— А вот мне, боюсь, глаз не сомкнуть. Мысли разные одолевают.

Хмурый проваливается в сон. Какое-то время я прислушиваюсь к его дыханию в темноте, затем осторожно выбираюсь из постели. В борьбе с собственной совестью я выхожу победительницей. Если угнать машину Даниэля, остальная компания как-нибудь перебьется. Домой они собираются только завтра к вечеру, в крайнем случае могут втиснуться в тачку Дональда.

Саба, заподозрив неладное, крадется за мной в темноте. Наклонившись, шепчу ей на ухо кое-что, о чем ей нелишне знать. Словно бы слегка успокоенная, собака возвращается в дом. «Мазда» бесшумно катится под уклон. Удалившись от дома на безопасное расстояние, включаю мотор и даю газ. Свет фар прорезает тьму.

Может ли хоть что-нибудь в этом городе оставаться загадкой для Квазимодо? Как только он тобой заинтересовался, считай свои тайны раскрытыми. День-другой — и этот странный инвалид раскопает всю твою подноготную. Знать бы, как ему это удается!

С Марион Терон я знакома года два, и все же о ее личной жизни была не в курсе. В отличие от Квазимодо. Зачем Марион понадобилось похищать ребенка? Что за смертельную авантюру она задумала?.. Неужели Любош Хольден стоит такого риска? Пожалуй, надо бы взглянуть на него…

Но больше всего меня волнует Хон Джиллан. Прежде всего потому, что я перед ним в долгу. Если даже отбросить в сторону эмоции и забыть о покалеченном Крузе, я получила от Джиллана крепкий удар по кумполу, и у меня прямо-таки руки чешутся вернуть этот должок. Квазимодо обмолвился на его счет: Хон, дескать, вероятно, прознал, где прячут Нелла, потому и отважился позвонить Хольдену. Но ведь если бандит и впрямь знает об убежище Марион, ему могут прийти в голову и другие идеи. В особенности когда накачается спиртным.

Итак, цель моей поездки — загородный дом подружки Марион. Дорогой я размышляю над тем, много ли известно Квазимодо о загадочном «Ю». Уж наверняка больше, чем мне. Недаром он в два счета вычислил относительно листовок — чьих это рук дело… Тут мысли мои принимают иное направление: Даниэль…

В тот вечер, когда мы вернулись домой после акции с листовками, капот «мазды» был теплым. Конечно, поклясться я бы не могла, но крепко подозреваю, что Даниэль выследил нас. Тогда, выходит, он знает обо всем. А что, если он давным-давно наладил контакт с Квазимодо и братья обмениваются ценной информацией?.. Если так, невольно напрашивается очередной вопрос: почему Даниэль и Квазимодо скрывают от меня свою связь? При условии, конечно, что такая связь существует.

Зато если хорошенько вдуматься, конечная цель — Йон Хольден — существенно приблизилась. Рассмотрим по порядку. На Йона Хольдена точит зуб Хон Джиллан — это раз; Йон встал поперек дороги Любошу с Марион — это два. Плюс ополчившийся на него «Ю», и не стоит также сбрасывать со счетов Квазимодо. Что же при таком раскладе остается мне? Разве что самую малость спутать все карты, а потом сложа руки ждать результата. Кто-нибудь из кредиторов неизбежно предъявит Хольдену счет к оплате.

Даниэль как-то заявил, что я рвусь к славе. Мура собачья, при чем тут слава! Дело обстоит гораздо проще: втюрилась по уши, только и всего, теперь мое естественное желание — направить нашу жизнь в спокойное русло. Правда, чем спокойнее жизнь, тем быстрее мне надоест мой избранник. Ну а не надоест — тем лучше, обрету возлюбленного и повара в одном лице. И Мартин будет доволен: ведь Хмурый — первый мужчина в моей жизни, которого придирчивый братец не высмеивает, а, напротив, превозносит до небес…

Дом, где прячут похищенного ребенка, — почти точная копия райской обители Дональда. Различие разве что в пейзаже: лес здесь гуще, а озеро расположено дальше. Дом посреди лужайки — одноэтажный, с шатровой крышей, вытянутый в длину, простора внутри, должно быть, хватает. В окнах темно, за распахнутой настежь дверью гаража приткнулся скромный джип на пару с шикарным спортивным автомобилем. У садового стола вольготно развалились два здоровенных пса, и я стараюсь не дышать, чтобы не выдать своего присутствия. Наличие столь грозных стражей нарушило мои планы. Целью долгого путешествия было всего лишь проверить, насколько верна информация Квазимодо. Хорошо еще, что «мазду» я запрятала далеко от дома, но к окнам все равно не подступиться. Чтобы взглянуть на Нелла, придется ждать утра. Царящий в доме покой говорит о том, что Джиллан сюда еще не добрался, а это уже кое-что.

Поудобнее устроившись в своем укрытии, я закрываю глаза и мыслями возвращаюсь к Даниэлю. Наверное, он еще не обнаружил пропажу автомобиля и мое отсутствие. Сюрприз ждет его утром, когда пробудится от дурманного сна. Возможно, я испорчу ему день, а может, он и не станет слишком уж беспокоиться обо мне…

Я проваливаюсь в забытье и просыпаюсь от того, что по лицу моему проводят влажной теркой. Над лесом уже взошло солнце, рядом со мной стоит огромный пес и вылизывает мою физиономию. Я благодарно глажу его, ведь он играючи мог бы разорвать меня на куски. Пес укладывается рядом, жмется ко мне, дает почесать за ухом. К нам подбегает его напарник, обнюхивает и оглядывает меня, после чего устраивается в сторонке. Я осторожно сажусь, затем встаю, стараясь не делать резких движений. Возможно, им понравился запах Сабы на моей одежде, поскольку сторожевые псы по-прежнему не выказывают враждебности.