Ключ от радуги - Ниоткудина Алинна - Страница 50

— Мара, попроси мэтра показать этот «катализатор» поконкретнее, а то тут много всякого наворочено.

Полупрозрачный мэтр, с грацией воздушного шарика, подплыл к агрегату и ткнул прозрачным пальцем в торчащую из него трубочку.

— Ой. Жжется… — и он тут же отдернул руку.

Одрик моментально сунулся вперед и довольно ловко отделил показанную призраком часть. Положил ее на ладонь и замер…

— Да, это она. Спасибо вам за … э-э-э консультацию. Может быть мы тоже сможем вам чем-нибудь помочь? Может быть вы хотите расстаться с вашим …э-э-э бестелесным существованием?

— Вот еще… Мне все нравится. У меня большая научная работа не окончена. Вот спасибо коллега взялся помочь и протестировать цветность. — И призрак влюбленными глазами посмотрел на Мару, та икнула, выпустила еще одну партию пузырей и стала мигать всеми цветами, как новогодняя елка.

— А как же студенты, которые вас ловят?

— Да, ерунда, когда я не хочу, они меня не поймают. Пусть заработают немножко. Им премии за мою поимку выплачиваются из моих же средств, зато все студенты прекрасно знают мой предмет. Пока поймают, пару раз лекцию прослушают. Кхе-хе… Ну так мы пойдем, коллега, продолжим?

— Можно? Ик… — вежливо спросила Мара.

— Можно, можно, только вас там сейчас ловить придут.

— Развлечемся, мне как раз размяться не помешает…

И призрак в сопровождении Мары удалился сквозь пол.

— Ну что, разрушительный ты мой, пойдем в гостиницу? Или посмотрим, как студенты будут ловить мэтра и Мару?

— А целым после этого «отлова» тут что-нибудь останется?

— Не знаю. Я даже не уверена, что хочу на это смотреть. Если хочешь, оставайся, а я, пожалуй, пойду, посижу на улице, и если вдруг появится стража, то я сигнализирую Маре и она тебя вытащит. Хотя еще не известно кто кого тащить будет.

— А студенты?

— Сам что-нибудь придумай. А я пойду…. — Что-то мне как-то не хорошо…, надо что-нибудь срочно поесть.

Пока сладкая парочка Мара и Одрик развлекались в студенческой компании, я от нечего делать сходила в наш трактир, потихоньку забрала наши вещи и варгов, и села ждать своих попутчиков в садике у ворот школы. И вот сладкая парочка выбралась из-за ограды школы алхимиков, я призывно свистнула. Мара радостно рыгая разноцветными мыльными пузырями, по синусоиде побежала ко мне, Одрик двинулся следом.

Мирно доехали до ближайшего к Лайокудлю природного портала, я отобрала у Одрика кусочек-компас и упаковала его обратно в водичку и фляжку. А вот найденный в школе кусочек в заготовленную для него тару не влез. Одрик попытался растянуть горлышко магией и… поломал пустую тыковку.

— Ну? Что будем делать? — Поинтересовалась я у женишка.

Он глубокомысленно почесал в лобе и предложил упаковать найденный кусочек в Мару.

— Вы че? С ума тут все посходили? Не буду я эту штуку в рот брать! Ни за что! Лучше грузовым варгом работать! Я ж отравлюсь… Хозяйка, пожалей меня… Ик… — И вокруг опять разлетаются разноцветные пузырики.

— Нет, Одрик, твое предложение не приемлемо. — Твердо сказала я женишку. — Мара нам нужна, как проводник по порталу. А она и так здорово не в себе, даже не знаю, как она нужный выход найдет?

— Не боись, хозяйка, выход в пустыню я в любом состоянии найду, на автопилоте доберемся.

— Вот этого я и боюсь… Иди сюда, пристегиваться будем. — И я взяла Мару на поводок.

Одрик упаковал найденный кусочек ключа в плотный кокон собственной магии и стал заматывать головы варгов шелком. Приготовились и привычно двинулись внутрь портала.

Пыль вперемешку с песком, сильный сквозняк и длинный, уходящий в бесконечность полутемный коридор. Мара уверенно бежит вперед и тянет меня за собой. Она подбегает к каждой встречающейся нише, принюхивается и бежит дальше. Вперед и вперед, преодолевая сопротивление воздуха, ставшего вдруг неожиданно плотным.

Мара уверенно прет вперед, я тащусь за ней и в свою очередь волоку за собой Одрика, а он тащит варгов. Дедка за репку, бабка за дедку, бабка за….

И тут началось… Стены, с нишами выходами, стали двигаться относительно пола, левая сторона вперед, а правая назад. Сопротивление воздуха резко сменило попутным сквозняком. У меня появилось ощущение огромной руки схватившей нас и поволокшей вперед. Я стала пытаться остановиться, упираясь ногами в пол и цепляясь за поводок и веревку, связывавшую меня с Одриком. Вдруг пол, щедро посыпанный песком и пылью, стал невероятно скользким, я представила себя фигуристкой или скорее конькобежкой и мы понеслись вперед, со страшной скоростью. Вокруг мелькали ниши выходы, коридор ветвился, поворачивал, нас несколько раз приложило о стены, и на ногах я оставалась просто чудом. Мара летела впереди, меня прижав к голове уши и сидя на попке. Сразу почему-то вспомнилась хохма об ушах доехавших до забора, все остальное стерлось. Одрик уже давно упал и ехал по этому желобу бобслея на спине и судорожно пытался ускориться, чтобы мчащиеся позади, орущие и спутавшиеся в клубок, варги его случайно не раздавили.

— Караул! — Вдруг заорала Мара и стала пытаться изо всех своих сил затормозиться, зацепиться или хоть как-то сдвинуться в сторону с того пути, по которому нас тащила неведомая сила.

Я посмотрела вперед и тоже стала трепыхаться, эти попытки закончились тем, что я упала и дальше ехала на животе. Нас волокло к лестнице, и я с ужасом представила себе, как носом пересчитываю ступеньки. Лестница при нашем приближении стала изменяться, ступеньки сгладились, и вниз я летела уже по пологому и гладкому спуску.

— А-а-а! Спасите! — Опять истошно завопила Мара и со всего маху впечаталась в неожиданно мягкую, как тесто, стену. Следом за ней туда же влетела я, и увязла, а потом мне стало нечем дышать, и я потеряла сознание.

Одрик высунул голову и глотнул воздуха. Это была другая сторона мягкой стены, она оказалась ближе. Анны на поверхности не было, и он нырнул за ней в странное месиво. В магическом диапазоне Одрик все прекрасно видел, и хотя правый бок тянуло, рана еще свежа, он вытащил напарницу на воздух. Анна была без сознания. На стене вздувался огромный волдырь, который напрягся и лопнул, а из него показалась пятящаяся попой вперед Мара. Собачка огляделась, принюхалась, ее глаза чуть не выскочили из орбит, раздался душераздирающий вопль. Попытка Мары нырнуть обратно в стену ни к чему не привела, стена ее отпружинила. Мара жалобно заскулила, вжалась в белесый туман, стелящийся вокруг, потом попыталась закопаться, яростно скребя серый камень всеми четырьмя лапами, потом сжалась в комочек и прикрыла все, что могла собственным ушами.

— Мара, что с тобой?

— Все, мы пропали. Это конец, — и Мара в ужасе закатила свои собачьи глазки, а ее зубы стали выбивать нервную дробь.

Одрик нащупал в кармане флакончик ароматического масла принесенного Хардманом «для поднятия настроения» и поднес его к лицу Анны.

И только сейчас он огляделся, нет, это не похоже на их мир. Они оказались на карнизе над зияющей пропастью, на дне которой не было ничего. То есть самого дна не было, за краем карниза ничего не распознавалось и в магическом зрении, так небольшие облачка того же белесого тумана.

Только сейчас Одрик понял, что здесь нет ни эха, ни ветра, что камень вокруг подозрительно ровный, без углов и трещин, и все что их окружало, было удушающее безразличного серого цвета. Они находились на тонком ободке каменного стакана циклопических размеров, верх и низ которого терялись во мгле. Содержимое стакана было неоднородным, оно дышало, перетекало, перемешивалось. Оттуда, то пробивался свет, то находила тусклая хмурь. Было ощущение, что здесь заключено огромное задумчивое существо, оно не может вырваться из своей клетки, но не расстается с мечтой о свободе. Существо спало, ворочалось, вздыхало, ему снились сны и иногда мучили кошмары.

Вдруг среди этого равнодушного ничего он почувствовал приближение с обоих сторон каких-то сущностей. Это были и не звери, и не люди, и никто из ларийских рас и даже не демоны. Это были химеры: два ужасающих хайнрода с поблескивающими металлом иглами на загривке, с лязгающими стальными челюстями истекающими слюной, но с чисто человеческим пренебрежением в желтых глазах и во всей морде. У Одрика мелькнула мысль, что он зря приводит в чувство Анну.