Ключ от радуги - Ниоткудина Алинна - Страница 65

М-да-м, ситуация не из приятных… Оказывается сейн был под воздействием приворота, Мара его сняла. Она в этом мне только что покаялась… Поэтому он и не пришел вечером мириться, попал под откат, да и я еще ему по голове добавила. Больше всего меня расстроило, что девица, с которой я подралась, оказалась близкой родственницей моего бывшего женишка, в доме которого я сейчас нахожусь. А еще весть о том, что помолвка расторгнута, к завтрашнему дню распространится по городу, Вордер об этом уже знает, и…

И завтра тут опять выстроится очередь из сейнов, желающих сделать мне предложение. Надо было идти в ратушу в последний день пребывания в городе. И полковнику, чтобы поддержать свое, поруганное синяком под глазом, реноме, придется вызывать всех подряд. И чем это закончится? Да ничем хорошим! Убьют его, не сразу, но… А про поруганную честь я вообще молчу!

Вот и получается, что если мы с ним не помиримся сегодня, то возможности для примирения без потери лица сейна, у нас просто нет.

А тут еще один родственничек Одрика — Рор сидит, и уже пребывает в нетерпении, рассказать всем-всем обо всем что слышал, и не слышал, но догадывается. Погрозила ему кулаком, увидел, но бесполезно. Даже если он ничего не расскажет, в чем я лично сомневаюсь, в доме сейна полно слуг и слухи уже вовсю гуляют по городу.

Зашла в дом, подхватила свои вещи, хорошо еще не разобрала, и пошла в усадьбу сейна, мириться. А что еще делать? Ему и так ни за что досталось. Ну, Одрик, ну и родственнички у моего бывшего. Если я их еще раз рядом с сейном поймаю, так они у меня просто набитой мордой не отделаются.

Зверь лениво, до хруста, потянулся, стряхнул с себя прилипшие соломинки… За стенами подвала угасал осенний вечер. Пора… Вокруг было много еды, но ему предстоит большая охота, а перед ней есть нельзя.

Этой ночью ему предстоит много дел. Кровавых дел. Зверь заранее улыбнулся, убивать ему нравилось, а еще больше нравилось впитывать в себя боль и страх. Убивать быстро он не любил и делал это только в дни юности, когда был очень голоден.

Зверь скинул чьи-то остатки с решетки канализации, приподнял ее и даже начал трансформацию, но потом остановился. А зачем ему выходить из своего нынешнего логова привычным, но таким грязным и вонючим способом? Дверь открыта, ключ можно найти. Он долгие годы, сидя тут в подвале, учился изменять свое тело по своему желанию, и у него долго ничего не получалось. Но потом у него появилась цель: выбраться из подвала и найти себе настоящую добычу, а не есть этих жалких связанных илларей.

Вместе с целью пришло и понимание, как ее достичь. Зверь научился изменять и вытягивать свое тело, и в одну прекраснейшую ночь ему удалось протиснуться через узкую трубу в городскую канализацию. В тот день у него был пир, но ему хватило ума не нападать на вкусно пахнущих магов, а ограничиться простым, воняющим своей работой золотарем. А потом был долгий путь обратно в подвал… Он много лет потихоньку выбирался наружу и понемногу ел тех людей, пропажу которых никто не замечал. Он съедал их целиком, а что оставалось, топил или закапывал в самых темных закоулках подземной части города. И только в этом году летом, когда он совсем вырос и окреп, ему захотелось не только поесть, но и пошалить. К тому же он получил доступ к памяти живущего в его теле человека, совершенно не пуская его в себя.

Зверь положил решетку на место, подумал и принял облик одного из мужчин убитых вчера. Одежды тут в логове у Зверя не было, но да не беда, наверху в комнатах что-нибудь да найдется.

Голый, немного полноватый, но высокий и крепкий мужчина, вышел из подвала дома Великого Магистра. Он огляделся, принюхался к запахам дома и поднялся наверх, а через небольшой промежуток времени спустился вниз, но уже одетый. Всю его фигуру хорошо скрывал длинный, в пол, черный плащ с капюшоном, а на голых ногах, не смотря на осеннюю сырость, были легкие сандалии. Мужчина, ни от кого не скрываясь, вышел из дома через парадный вход и быстрым уверенным шагом пошел в сторону веселого квартала.

В трактире «Пьяный гваррич» было непривычно темно, но почти все столы были заняты, а стоящий у входной двери рослый наемник не пропускал внутрь не знакомых ему людей.

Обстановка за столами была напряженная, никто не пил и почти никто ничего не ел. Очаг трактира был холоден, а на кухне не было ни одного повара, а в зале отсутствовали официанты. Сама хозяйка трактира, полная и властная женщина средних лет, изредка наливала крепкие напитки сидящим за стойкой.

В какой-то момент одна из присутствующих в помещении наемниц-магесс не выдержала и громко на весь зал спросила:

— И долго мы тут будем ждать? — в зале началось шушуканье, этот вопрос интересовал почти всех, но до этого момента спрашивать никто не рискнул. — Лиард, я тебя спрашиваю.

Наемник командовавший, кому можно зайти в трактир, а кому нет. Зло зашипел и вышел на середину зала.

— Надо ждать до утра. Был уговор, что если они, по каким-либо причинам, не смогут выбраться из дома до утра дня Светлого лика, то будут пережидать до вечера. А вот если они не появятся к утру дня Афари, тогда…. Тогда надо считать их всех погибшими и нам придется избрать нового главу легиона.

— А ты и рад! Ты давно метил на ЕЕ место! — опять взвилась магесса.

— Нет, не метил. Я прекрасно понимаю, что до Дамы мне далеко.

— И все равно, я тебе напомню, что главным в Легионе может стать столько тот, кто победит в поединке или старого главного или всех претендентов. Победитель получает ВСЕ!

— Ты, Руона, это к чему сейчас сказала?

— К тому…, что если начнутся бои за место главного в Легионе, то я тоже участвую.

— И я! И я!! — со своих мест встали еще три человека, двое мужчин и женщина.

Лиард стоял посреди трактира, удивленно оглядываясь… А магесса продолжила:

— Ну, так что? Будем ждать утра или начнем определять сильнейшего прямо сейчас? Лично я не верю, что кто-нибудь из них вернется.

В зале трактира повисла зловещая тишина. Каждый напряженно ждал, чем же все закончится. Лиард вгляделся в хмурые и решительные лица собравшихся в зале наемных убийц. Сегодня тут присутствовали лучшие, все они были в легионе не первый год, у многих были собственные группы, и их репутация была незыблема. Лиард еще раз все прикинул и принял решение.

— Хозяйка, закрой главную дверь заведения на ключ, и, кто-нибудь, поставьте пост у черного хода. Нам лишние глаза ни к чему. Освобождаем место…. Я, Руона, тебе это припомню….

— Ничего, Лиард, это я пущу тебе кровь.

Между тем все кто не пожелал принять участие в «выборах» спорно освобождали зал трактира от лишней мебели. Скоро середина была пуста, а столы, положенные на бок, и подпирающие их стулья и лавки, образовывали вокруг «ринга» хорошо огороженное пространство.

В «ринг» вышла трактирщица, она посыпала пол мелким песочком и золой:

— Напоминаю, бой идет до момента, когда один из поединщиков или признает себя побежденным, или не сможет из-за ран продолжать поединок, или будет убит. Кровь с пола потом сами отмывать будете. Начали…

Первыми на «ринг» вышли огромный наемник Ниогерд и крепкая средних лет женщина в кожаной одежде наемницы, каждый со своим оружием, коротким черной бронзы мечом и кинжалом. Публика загудела, кто-то стал принимать ставки…

Зверь между тем подошел к трактиру с нужной вывеской, но дверь оказалась заперта, а изнутри доносились громкие крики и звон оружия… Он немного помедлил у двери, как бы решая для себя ломать дверь или пойти в обход. Тут по улице загремели громкие шаги патруля городской стражи, и Зверь решил, что в лоб, оно не всегда правильно. Он прошел немного вперед по улице и свернул в узкий и вонючий переулочек, еще один поворот и вот он в заставленном старыми бочками, пустыми корзинами и ящиками, заднем дворе трактира.

Дверь, ведущая на кухню, оказалась прикрыта не плотно, и Зверь приник глазом к тонкой щелке. Кухня была пуста, только у проема, ведущего в зал, переминался с ноги на ногу долговязый подросток. Он стоял и смешно тянул тощую шею, пытаясь рассмотреть, происходящее в зале.