Увидеть лицо - 2 (СИ) - Барышева Мария Александровна - Страница 80

Алина кивнула головой, но появившееся странное, давящее, тревожное чувство не исчезало. Она с трудом пресекла внезапно возникшее желание упросить Виталия повернуть машину и поехать домой.

Вскоре джип притормозил неподалеку от уже знакомого длинного дома мышиного цвета. Олега они увидели еще издалека — он сидел на скамеечке возле покосившегося железного стола и на пару с каким-то старичком громко хлопал о столешницу костяшками домино. Алина поискала глазами кривцовскую «блондиночку», но не нашла.

— А где же он свою машину оставил?

— А вон синяя «шестерка» недалеко от ее подъезда. Одолжил у приятеля. Ни к чему здесь его тачке светиться.

— Но ты же на своей приехал!

— Теперь уже все равно. Ладно, посиди в машине.

— Что?! — возмутилась Алина. — Как это?! Я тоже пойду!

— Нет, я думаю, мне лучше пойти одному.

— Он думает! Ты ее сейчас напугаешь до полусмерти! Тут нужна женская деликатность…

— Я не буду с тобой препираться! Сиди — и все! Вон, музыку послушай! — Виталий кивнул на магнитофон, потом открыл дверцу, но тут же обернулся и жестко посмотрел на Алину. — Мне нужно, чтобы ты сидела здесь, чтобы ты осталась.

— А-а, — протянула она упавшим голосом, — понимаю…

— Здесь безопасно. Кругом полно народа. И я сейчас к тебе Олега пришлю.

— Опять ты куда-то идешь, а я должна отсиживаться!

Закрывая дверцу, Виталий тепло усмехнулся.

— Я же не к Лешке иду!

Захлопнув дверцу, он быстро пересек двор, и тотчас Олег, что-то сказав старичку и похлопав его по плечу, встал и подошел к Виталию, на ходу вытаскивая пачку «Явы».

— Извини, старик, огоньком не богат?

Виталий протянул ему зажигалку, оглядывая окна второго этажа, потом взглянул на открытую подъездную дверь, в которую как раз заходили две старушки с молочными бидонами и невысокий плотный мужчина в сером плаще.

— Не выходила, я бы заметил, — негромко произнес Олег. — А так народ все время шастает туда-сюда. Оживленный дом.

— Ладно, иди к Але, она в машине осталась.

— Хорошо.

Виталий направился к подъезду. Олег глянул ему вслед, потом развернулся на пронзительный гудок микроавтобуса, притормозившего возле «шестерки», ругнулся и сделал несколько шагов в ту сторону. Из микроавтобуса выглянула взлохмаченная голова и раздраженно крикнула:

— Чья телега?!

— Моя! — крикнул Олег, убыстряя шаг. — Чего орешь?!

— Слышь, отгони, мне тут не проехать!

— Очень вовремя! — процедил Олег сквозь зубы и перешел на бег. Голова исчезла в салоне.

Алина, наблюдавшая за этим сквозь оконное стекло, негодующе покрутила головой, потом нерешительно взглянула на ключ в замке зажигания, протянула руку, повернула его, заглушив работающий двигатель «лендровера», и вытащила, после чего вылезла и захлопнула дверцу. Огляделась и быстро пошла наискосок, через двор, к подъезду Эльвиры, сжимая ключи в кармане пальто.

Виталий поднимался по ступенькам на промежуточную площадку второго этажа, прокручивая в уме предстоящую беседу, когда сверху раздался топот, и на площадку спустился уже недавно виденный им человек в сером плаще. Заложив неудачный вираж, он споткнулся, слегка толкнул Виталия и на ходу произнес:

— Ой… простите, бога ради…

— Угу, — отозвался тот и, уже поднимаясь на второй этаж, бросил в удаляющуюся спину слегка удивленный взгляд — голос человека показался ему испуганным.

На площадке второго этажа Воробьев с усмешкой взглянул на аккуратно выстроенные перед одной из дверей мисочки с кошачьей едой, сморщился от едкого запаха, взглянул на нужную ему квартиру и его усмешка тотчас погасла.

Дверь с большой траурной цифрой шесть была приоткрыта на пол-ладони, чуть заметно покачиваясь от сквозняка.

Виталий протянул правую руку и осторожно толкнул дверь своими искусственными пальцами. Та качнулась вперед с легким, едва слышным скрипом. Он бесшумно перешагнул порог, притворил за собой дверь и сделал несколько шагов по пустой прихожей. В квартире было очень тихо, лишь где-то монотонно шлепали о раковину капли воды из подтекающего крана. В пустой гостиной над распахнутой форточкой вздувались и опадали старые застиранные шторы, бренча кольцами клипс о железный, чуть покосившийся карниз. Нехорошо прищурившись, Воробьев отвернулся от них. Чувства опасности не появлялось, но было другое, очень знакомое чувство — немногим лучше. Он уже понял, что квартира пуста. Вернее, что живых в ней нет.

Эльвиру он нашел в спальне. Она лежала, свернувшись, на боку возле своего собранного чемодана, подогнув длинные ноги в темно-красных брюках к животу. Возле вытянутой руки на ковре валялась косметичка с рассыпавшимся содержимым, указательный палец почти казался золотистого футлярчика с помадой, точно Эльвира пыталась подтолкнуть его ногтем. Густые, спутанные волосы закрывали лицо, и из-под них по светлому ковру с пугающей медлительностью расползалось темно-красное пятно. Из затылка торчала деревянная, чуть обугленная с краю рукоять широкого кухонного ножа, всаженного одним сильным ударом.

— Твою мать!.. — холодным шепотом произнес Виталий, развернулся и быстро вышел из спальни. Возле ванной остановился, глядя на пробивавшуюся из-под двери полоску света, потом сунул руку в карман, приподнял плечо и сквозь кожу куртки схватился за ручку и потянул дверь на себя, после чего болезненно сморщился.

Мулатка лежала в наполненной ванне головой вниз, и ее длинные курчавые волосы лениво извивались в розоватой воде, среди остатков пенных хлопьев, словно странные водоросли. Судорожно вытянутые ноги свисали с бортика, на одной болтался шлепанец, зацепившийся за большой палец. Короткий шелковый халатик, разрисованный сюрреалистическими узорами, сильно задрался, обнажив ярко-розовые кружевные трусики. В ванной пахло кровью и лавандой. Закусив губу, Виталий быстро шагнул вперед и окунул палец в воду. Та была ледяной.

Выходя из квартиры, он осторожно прикрыл за собой дверь, после чего бросился вниз по ступенькам, и, уже сбегая на первый этаж, услышал чей-то крик, визг шин по асфальту и знакомый возмущенный рев двигателя своей машины.

Алина, стоя возле подъезда, сердито посмотрела на отъезжавшую «шестерку», мимо которой нетерпеливо продвигался, урча, микроавтобус, потом сунула руку в карман пальто, звеня мелочью. Ей хотелось подняться, и она с трудом заставила себя стоять на месте, ограничившись лишь внимательным разглядыванием окон.

Из подъезда торопливо вышел человек в сером плаще, и она, рассеянно мазнув взглядом по его лицу, снова уставилась на окна второго этажа. Но ее взгляд тут же метнулся обратно, точно собака, которую резко дернули за поводок, и в этот момент человек повернул голову — очень медленно — и их глаза встретились.

Гомонящий двор вокруг раскололся и ссыпался в никуда — осталось только это испуганное лицо, бледные от ужаса глаза, дрожащий приоткрытый тонкогубый рот. На мгновение лицо стало огромным, потом отступило назад, вместо испуга подернувшись профессиональным удивлением, и по обеим сторонам от него проявились раздвинутые бледно-зеленые занавески. Они качнулись и сомкнулись, спрятав это лицо, намертво выжженное в памяти за короткие минуты кошмарной полуяви.

— Шестая очнулась! Какого хрена она очнулась?!

Ее рука вынырнула из кармана, и по асфальту с веселым звоном разлетелись монеты, кружась и подскакивая. Мужчина, как-то смешно всхрипнув, нелепо дернулся в сторону, мотнув головой, словно подзывая кого-то, и в тот же момент она молча прыгнула на него, словно кошка, вцепившись скрюченными пальцами ему в лицо и в шею и раздирая кожу ногтями. Заорав от боли, он отчаянным рывком отбросил ее, потом, не примериваясь, ударил кулаком в лицо. Удар отшвырнул Алину назад, и она упала, сильно ударившись затылком о скамейку и услышав испуганный женский вскрик. Несколько секунд она ошеломленно смотрела на опрокинутое и кажущееся очень низким пасмурное небо, рассеченное покачивающейся от ветра веткой акации, на которой трепетали несколько желтых овальных листьев, потом перевернулась и, уцепившись за скамейку, поднялась, пошатываясь и тупо мотая головой. Человек в сером плаще уже добежал до стоявшего неподалеку бежевого «фоксика» и рванул на себя дверцу. Алина качнулась в его сторону, но тут же поняла, что не просто не успеет добежать, а попросту и бежать-то толком не сможет. Ее пальцы скользнули в карман и сжали ключи от «лендровера». Она метнула короткий отчаянный взгляд туда, где остался Олег, но по дворовой дороге медленно и величественно катил микроавтобус, занимая собой все свободное пространство.