Туннели - Гордон Родерик - Страница 15

Миновав какофонию аплодисментов и смеха, доносившуюся из-за закрытой двери гостиной, он пришел на кухню.

Брат и сестра молча сели за еду. Наконец Уилл поднял голову и посмотрел на Ребекку. Она держала в одной руке вилку, а в другой карандаш и решала задачу по математике.

— Ребекка, ты не видела его комбинезон или каску? — спросил он.

— Нет. Он же всегда держал их в подвале.

— А теперь их там нет.

— Может, оставил где-нибудь на раскопках.

— Нет, — возразил Уилл. — Он бы рассказал мне, что занялся новыми раскопками. И потом, он же все время был либо в музее, либо тут. Когда бы он начал копать? И он бы сказал мне… — мальчик замолк.

Ребекка пристально посмотрела на него.

— Я узнаю этот взгляд. Ты до чего-то додумался, так? — подозрительно спросила она.

— Да нет, — ответил он.

Глава 12

На следующее утро Уилл проснулся раньше обычного. Чтобы отвлечься от мыслей об отце, он надел рабочий комбинезон и быстро сбежал вниз по лестнице, решив по-быстрому перекусить, а потом встретиться с Честером и раскопать завал в туннеле под Сорока Ямами. Ребекка расхаживала по кухне и бросилась к брату, как только он вошел. Она явно ждала его.

— Нам нужно что-то предпринять, — сказала она, не обращая внимания на удивление Уилла. — Мама ничего делать не собирается.

Уилл просто хотел вырваться из дома, он жаждал убедить себя в том, что все по-прежнему. С того дня, как родители поссорились, в их с Ребеккой жизни внешне ничего не изменилось, только ужинали они теперь вдвоем на кухне. Мать изредка выбиралась из гостиной к холодильнику и уносила еду к себе, чтобы не отрываться надолго от телевизора. Было ясно, к чему все идет, судя по тому, что из холодильника исчезали пироги, сыр, хлеб и маргарин.

Несколько раз они натыкались на нее в коридоре, когда она плелась в ванную, укутавшись в халат и шаркая тапочками. Увидев детей, она только кивала им.

— Я собираюсь позвонить в полицию, — сказала Ребекка, встав у посудомоечной машины.

— Думаешь, надо? Может, подождем? — неуверенно спросил Уилл. Он понимал, что дело принимает дурной оборот, но еще не готов был это признать. — Как ты считаешь, куда он мог уйти?

— Понятия не имею, — резко ответила Ребекка.

— Я вчера проходил мимо музея, там было заперто.

Музей был закрыт уже несколько дней, но никто пока не жаловался.

— Может, ему просто все надоело? — предположила Ребекка.

— Почему?

— Люди часто пропадают. Кто знает, почему? — девочка пожала плечами. — Но мы должны взять дело в свои руки, — строго сказала она. — И надо сказать об этом маме.

— Ладно, — нерешительно согласился Уилл. Он с тоской посмотрел на свою лопату, когда они вышли в коридор. Как же ему хотелось вырваться отсюда и оказаться там, где не было таких сложностей!

Ребекка постучала в дверь гостиной, и брат с сестрой вошли. Миссис Берроуз, уставившись в экран, даже не повернулась в их сторону. Уилл и Ребекка постояли в нерешительности, потом девочка подошла к креслу, взяла с подлокотника пульт и выключила телевизор.

Миссис Берроуз продолжала смотреть на экран. Уилл увидел в темном прямоугольнике их отражения — три неподвижных фигурки. Он глубоко вздохнул, убеждая себя, что на этот раз он должен взять на себя инициативу.

— Мам, — нервно начал он. — Мам, папы нигде нет… мы уже четыре дня его не видели.

— Мы думаем, что надо вызвать полицию, — сказала Ребекка. — Если ты не знаешь, где он, — быстро добавила она.

Миссис Берроуз рассеянно перевела взгляд с экрана на пульты от видеомагнитофонов. Лицо у нее было печальное. Она показалась детям ужасно беспомощной. Уилл хотел спросить ее, что случилось, но не мог заставить себя вымолвить ни слова.

— Хорошо, — тихо проговорила миссис Берроуз. — Как хотите.

Она замолчала и опустила глаза, и Уилл с Ребеккой ретировались.

Уилл впервые осознал, что значит для него и для всей семьи исчезновение отца. Как они будут без него? Это было серьезно.

Ребекка позвонила в участок, и через несколько часов приехали два детектива, мужчина и женщина. Уилл открыл им дверь.

— Ребекка Берроуз? — спросил полицейский, заглядывая в дом через плечо Уилла и снимая фуражку. Он вытащил из нагрудного кармана блокнот и раскрыл его. Тут рация у него на лацкане что-то неразборчиво проскрежетала, и полицейский выключил ее. — Извините, — сказал он.

Женщина обратилась к Ребекке:

— Это ты звонила?

Ребекка кивнула, и женщина ласково улыбнулась ей.

— Ты сказала, что твоя мама дома. Можно с ней поговорить?

— Она тут, — сказала Ребекка и повела их к гостиной. — Мам, — позвала она, постучавшись, потом открыла дверь и отошла, пропуская полицейских. Уилл хотел войти следом, но тут мужчина повернулся к нему:

— Слушай, сынок, я сейчас убить готов за чашку кофе.

Полицейский закрыл за собой дверь, а Уилл выжидательно поглядел на сестру.

— Ладно, я сварю, — раздраженно сказала она и пошла за кофейником.

Сидя на кухне, они слушали неразборчивый шум взрослой беседы. Наконец, после нескольких чашек кофе и целой вечности ожидания, полицейский вышел из гостиной один. Он поставил чашку с блюдцем на стол перед Уиллом и Ребеккой.

— Я тут немного осмотрюсь. Поищу улики, — подмигнул он и пошел по лестнице наверх, прежде чем они успели ответить. Брат и сестра остались на кухне, глядя в потолок и прислушиваясь к шагам полицейского наверху, ходившего из комнаты в комнату.

— Что он хочет найти? — проговорил Уилл.

Они услышали, как мужчина спустился и обошел первый этаж. Потом он снова заглянул на кухню и внимательно посмотрел на Уилла.

— У вас ведь и подвал есть, так, сынок?

Уилл отвел полицейского в подвал и подождал в низу лестницы, пока тот осмотрел комнату. Его весьма заинтересовали находки доктора Берроуза.

— Какие любопытные вещицы тут у твоего папы. Надеюсь, у вас на все есть квитанции? — спросил он, взяв в руки одну из глиняных головок. Заметив изумленное выражение лица Уилла, он улыбнулся. — Я пошутил. Насколько я понимаю, он работает в краеведческом музее?

Мальчик кивнул.

— Я как-то раз там был… со школьной экскурсией, кажется. — Полицейский заметил тачку. — А здесь что?

— Не знаю. Может, папа с раскопок принес. Мы обычно вместе копаем.

— Раскопки, значит? — переспросил он.

Уилл кивнул в ответ.

— Пожалуй, посмотрю-ка я на ваш сад, — заявил полицейский, прищурясь и пристально глядя на Уилла. Его лицо вдруг посуровело.

В саду полицейский внимательно обследовал ограду, потом занялся лужайкой, наклоняясь над выжженными пятнами — к Берроузам повадилась облегчаться соседская кошка. Некоторое время он глядел поверх покосившегося забора на пустырь, а потом вернулся в дом. Уилл вошел следом за ним. Как только за ними закрылась дверь, полицейский положил ему руку на плечо.

— Скажи-ка, сынок, никто там не копал в последнее время? — тихо спросил он, как будто подбивал Уилла поделиться с ним секретом.

Уилл покачал головой, и они прошли в коридор. Здесь полицейский заметил блестящую лопату в стойке для зонтиков. Уилл попытался заслонить собой стойку.

— Ты уверен, что ты — или кто-то из членов семьи — не копал в последнее время в саду? — снова спросил полицейский, подозрительно глядя на Уилла.

— Я там уже сто лет не копал, — ответил Уилл. — Когда был помладше, вырыл на пустыре несколько ям, но потом папа запретил. Сказал, что кто-нибудь может туда упасть.

— Значит, на пустыре? И большие были ямы?

— Не маленькие. Но я там почти ничего не нашел.

Полицейский странно поглядел на Уилла и что-то записал в блокноте.

— А что же ты все-таки нашел? — хмуро спросил он, явно не понимая, что мальчик имеет в виду.

— Да так, бутылки, всякий старый хлам.

Тут из гостиной вышла женщина-полицейский и встала рядом со своим коллегой.

— Все в порядке? — спросил у нее мужчина, убирая блокнот в карман. Напоследок он еще раз пристально поглядел на Уилла.