Путем неизбежности (СИ) - Дорошин Богдан - Страница 61

Едиктор думал было продолжить, но в обеденный зал с бледным лицом ворвался кастелян. Именно что ворвался, а не аккуратно вошел или проскользнул. Добежав до стола, он тяжко оперся о него, и прохрипел:

— Беда! Беда милорды Ловцы!

— Что произошло? — Едиктор вскочил на ноги.

— Там… там, — кастелян указывал в сторону двери пальцем. — Пришли люди. Им удалось сбежать. Вся деревня… все жители… бойня… Моя сестра, о Создатель! Она же живет там со своим мужем.

— Успокойтесь, — Бригс тоже встал на ноги, а за ним и все остальные. — Объясните ситуацию внятнее.

Но кастелян не мог, он был шокирован. Тогда Едиктор закрыл глаза, в одно мгновение становясь безразличным, и все поняли, что его внутренний взор сейчас несется через километры леса, туда где находилась деревушка. Бригс восхитился этой стремительной процедурой, самому ему потребовалось не менее шести минут, чтобы проделать то, что Едиктор успел за двадцать секунд.

— Безумные, — вымолвил лорд с ненавистью, открывая глаза. — Много. Северо-восток, в одиннадцати километрах отсюда.

Магистры зашептались между собой, высказывая свои догадки и опасения. Кто-то даже входил в транс, дабы лично убедиться в словах Едиктора. Спокойствие сохранял лишь лорд Кэсул. Он даже есть не перестал, словно гурман, выбирая самые лакомые кусочки со стола.

— Выступаем немедленно, — распорядился Едиктор, похлопав себя по бедру, где висел короткий хайкель. — Неприятеля следует уничтожить, пока он всех в деревне не перебил.

Магистры поддержали лорда одобрительным гулом. В душах многих зарождался азарт охоты. Что может быть лучше чем проткнуть парочку Безумных перед ужином?

— Лорд Кэсул? — обратился к коллеге Едиктор, и как он ни пытался, ему не удалось скрыть презрительные нотки в голосе.

— А? — тот поднял брови, словно не поняв о чем речь. — Вы идите, я вас догоню как закончу с трапезой.

Губы Едиктора скривились, но спорить он не стал. Через несколько секунд обеденный зал стремительно опустел: Ловцы покинули его со свойственной им молниеносной скоростью. За столом остался сидеть лишь лорд Кэсул в окружении блюд с богатого стола, да кастелян, который все еще не пришел в себя от новостей.

— Да ты не хныч, — посоветовал Ловец по-отечески. — Все образумится. Вон, хлебни вина.

Все это время Белоснежный Убийца сладко спал в каморке Ринса, которая кроме как кроватью ничем похвастаться больше не могла. Шест Избранный прислонил к стене, и закругленное острие смотрело в потолок.

Спустя пять часов в дверь робко постучали. Ванэсса напомнила своему подчиненному, что его просили разбудить как раз перед ужином. Накидывать на себя морок Белоснежный не стал. Он вышел из чулана Ринса, и от его вида у поварихи расширились глаза. Она хотела было закричать, но Белоснежный приложил палец к губам, сопровождая этот жест щепоткой внутренней силы. Женщину вновь парализовал страх, и она еще долго, очень долго стояла не в силах сдвинуться с места.

— Так что же нам надо? — спросил Белоснежный, по обыкновению разговаривая со своим оружием. — Верно. Арсенал. Именно там, предположительно, находится хайкель Сирила Сафэра. Вещь очень важная, ибо без нее найти парня будет очень сложно.

Вряд ли Сирил Сафэр, один из потенциальных Избранных, ходит в миру под своим прежним именем. И не факт, что вообще ходит. Возможно он похоронен в каком-то склепе, и способность Повелителя, а именно — бессмертие, еще не проявило себя. Но Джамаль был уверен, что меч Ловца поможет его отыскать. Белоснежный Убийца надеялся, что колдун не ошибается, и риск на который он пошел, оправдан.

Низшим сущностям Хаоса он дал четкие указания. Устроить сумятицу, напугать людей и разбежаться по одному в разные стороны. Нельзя было, чтобы Ловцы перебили их всех одним махом. Ведь Безумные выполняли роль отвлекающего маневра, а он ценен лишь тогда, когда действительно отвлекает врага.

Белоснежный спустился по винтовой лестнице в подвал, и бледной кожей ощутил пульсирующие вокруг заклинания. Ловцы защищали свои ценности и свои секреты. Выставленные барьеры могли остановить многих, но не его, Избранного. Белоснежный просто проходил сквозь них, чувствуя сильное покалывание на коже, а его аура поглощала недружественную энергию.

Дверь, предположительно ведущая в арсенал, оказалась толстой и выполненной из вороненой стали. Белоснежный не стал долго ковыряться с замками, а собрав вокруг кончика указательного пальца энергию, вынес дверь мощным магическим ударом. Стальную громадину буквально вырвало из стены и она залетела в комнату, поднимая тучу пыли. Избранный деловито заглянул в освободившийся проем, и понял что ошибся. Это был не арсенал, а сокровищница. Выбитая стальная дверь раскрошила несколько сундуков, откуда высыпалось множество золотых монет.

Белоснежный пошел дальше, повторяя процедуру, вынося любую дверь на своем пути. Наконец, с третьей попытки, ему удалось попасть туда, куда он и намеревался.

Арсенал представлял из себя большую комнату и терялся во мраке. Но глаза Избранного не требовали света, он различал предметы в темноте получше кошки. Войдя внутрь, он осмотрелся. Внутри статуями стояли манекены, облаченные в боевые доспехи Ловцов, а вдоль стен размещались стеллажи с оружием. И везде, без всяких бирок, были хайкели: короткие, длинные, полуторные, двуручные. Какой из клинков некогда принадлежал Сирилу Сафэру, было совершенно неясно.

— Хаос, — вымолвил Белоснежный с недовольством. — Придется повозиться.

Оланда и Найджел проводили время вместе, сидя в обнимку на берегу реки. Уже смеркалось, а над головами настойчиво жужжали комары, но молодые люди никуда не спешили. Весь мир принадлежал им, и эти минуты тоже. Ловцы молчали, так как существуют моменты, когда слова совершенно излишни. Все понятно и без них. Они слушали звуки леса, как ветер шелестел ветвями, и думали примерно об одном и том же.

Оланда вспоминала как они впервые встретились три года назад, и прониклись симпатией друг к другу. Найджел думал же о том, что никогда не встречал девушки красивее. Да, такие несомненно существовали в природе, но когда любишь нет человека лучше и милее, чем тот, от чьего взгляда и прикосновения сердце начинает биться чаще.

Но виделись молодые люди реже, чем хотелось бы. Большой удачей было то, что судьба свела их в замке Шрито, предоставляя возможность никуда не спешить, побыть наедине, только вдвоем. Забыть о проблемах.

— Знаешь, — сказал Найджел задумчиво; светлая макушка упиралась ему в подбородок и он вдыхал аромат волос Оланды. — Когда мы станем полноправными Ловцами, то нам уже не придется повсюду таскаться за своими наставниками. Сможем где-то осесть…

— Смотри чтобы к тому времени мы друг другу не надоели, — буркнула Оланда.

— Никогда, — ответил Найджел серьезно, без тени свойственной ему шутливости. — Крофф, я жизнь за тебя отдам.

— Что ты заладил с этим Крофф? Называй меня по имени. Ты ведь не забыл, что оно у меня есть?

— Не забыл, — губы Найджела растянулись в довольной усмешке, ему нравилось злить Оланду. — Но по фамилии интереснее.

— Это еще почему?

— Оланд много, — пожал плечами Найджел. — А Крофф есть лишь одна.

Девушка фыркнула, но позже на ее лице появилась довольная улыбка. Ей было хорошо сейчас.

— Тогда я буду называть тебя Мистер Плохой Юморист, — сказала она. — Ты тоже такой один.

Найджел рассмеялся.

— Как скажешь. Только сама потом не забудь. Сокращенно будет Мистер ПЮ, — ухмыльнулся он, старательно выговаривая последнее слово. — Когда буду получать звание магистра, то назовусь именно этим именем.

— И опозоришься.

— А вот и нет.

— Да, да. Все будут над тобой смеяться.

— Но ведь я же буду Юмористом, — заметил Найджел резонно. — И если будут смеяться, то значит уже не плохим, а хорошим. Мистером ХЮ.

— Ты невыносим.

А потом мерные, успокаивающие лестные звуки сменились грохотом сильного взрыва. Не успели молодые люди опомниться, как уже были на ногах. Сработали рефлексы, выработанные бесконечными часами тренировок.