Час "Х": Зов крови - Вегилянская Юлия - Страница 38

Дэй выныривает из-под прижавшего его к земле тела, отфыркиваясь и тяжело дыша. Водит вокруг дико ворочающимися в глазницах белками, все еще выцеливая врагов.

— Ты как, жив?

— …..Твою…ть!

Под виртуозные высказывания Дэймора начинаю раскапывать князя. Вот это будет полная хрень, если его убили!

Глава 30

Рык оборотней, клацанье челюстей, тихие стоны раненых. Подходящая аранжировка. Меня все еще трясет, главное, чтобы адреналин из ушей не полился, наподобие сиропа. Я первый раз в полном контакте билась в круговом бою. Если бы не гворты и Хаджими, добивающие ошеломленных мной противников — это я бы сейчас кровавые сопли на кулак наматывала. В таком бою колющую рану нанести, или самому противника добить, почти анрил. Только режущие, секущие, максимум — резано-колотые… Рукопашная свалка это не кружок вырезания, и потому я особенно рада тому, что гворты последнее время в паре со мной учились работать.

Пока я оттаскивала тела, разыскивая князя, Хаджими расставлял оставшихся в живых бойцов для обороны и отправлял обернувшихся разведов в ближний поиск. Неудачное место. Единственный плюс — вряд ли они снова в рукопашную кинутся, а стрелять прицельно из-за густоты леса — не смогут.

Князь был жив, но изранен. По иронии судьбы могильный щит прикрыл летальные области тела, но вот конечностям досталось. Интересно, голова, это тоже конечность? Некоторые ведь и на ней умудряются постоять… А в принципе, Наместника, как и Дэя, спасло то, что напавших на них врагов было слишком много, они просто мешали друг другу. Да и мы отвлекли их на себя почти сразу, ввязав практически в клинч.

Дэймор, очнувшись окончательно, начал выпутывать из капюшона голову ближайшего трупа.

— Леди Кира, — его хриплый шепот отрывает меня от осмотра ран Наместника — Я его знаю. И ты, наверное, тоже.

Оглядываюсь назад и начинаю всматриваться в застывшие черты искаженного лица. Ё-моё, и правда, старый знакомый. Пусть я видела его всего один раз, и в темноте, но… Слишком характерная внешность: черные волосы, овальное лицо с узким вытянутым лбом, орлиный нос и толстоватые губы. На семитский тип внешности похоже. Это тот офицер — южанин, которого я отпустила в Крибдиве после нападения на Дэя.

Это я сейчас понимаю, что миндальничать здесь нельзя, война — не игрушки. Он тогда сказал, что я пожалею. И правда, жалею. Надо было их убить прямо там, может, сейчас жить было бы проще.

— Хаджими, живые среди нападавших есть?

Он смотрит на меня, чуть склонив голову и прищурившись.

— У нас другая задача стояла. А после атаки оборотней живых не бывает.

Я тут же поднимаю глаза на гривастых зверюг, затаившихся неподалеку, и понимаю — глупость сморозила.

— У нас убитыми — шестеро. Четыре стражника и двое моих, из новичков. Четверо, — взгляд Хаджими падет на князя, и он, сморщившись, уточняет — Пятеро ранено. С поверхностными ранами — не учитываю. Уходить надо.

Куда блин, здесь уходить?

— Сколько у нас кхару осталось?

— Одиннадцать, — прохладный голос вампа вклинивается в разговор.

— Эс Грюнд, далеко отсюда до ваших постов? — Хаджими опускается на колено рядом со мной, наблюдая, как я бинтую раны Наместника. Благо, очнувшийся Дэй сумку с медикаментами принес почти сразу.

— Часа четыре быстрым шагом.

— Других вариантов все равно нет, идем к вам.

Хорошо, что остальные раненые — это оборотни, и все они уже перекинулись, излечивая себя сами. Ближайшие несколько часов они будут очень слабы, но, по крайней мере, практически здоровы.

— Тень, Хаджими, надо бы и другие трупы осмотреть, то, что один — южанин, еще ни о чем не говорит, — я уже закончила с князем и пытаюсь изловить Дэя, чтобы осмотреть его лицо. Ну, надо же убедиться, чужая у него там кровь или нет?

Вамп недовольно поводит плечом, видимо от моей излишней фамильярности, но кивает и начинает разоблачать тела. Хаджими не такой уважительный, он просто поддевает ткань на ближайшем трупе острием меча.

Тел врагов на поляне много, около двадцати пяти, как замечает инструктор. Ни фига себе, соотношение… Либо эти южане плохие бойцы, либо оборотни и гворты — слишком хорошие. Очень хочется верить в оба предположения.

Из леса возвращаются четвероногие разведчики, уже на поляне перетекая в свою двуногую форму. Без муки, скрежета зубов и эффектной раздетости. Просто легкое дрожание воздуха вокруг шерсти и вот очередной разведчик уже в прямоходящем положении и готов к бою. Меня всегда, во всех фэнтезийных сказках, просто убивало то, какие чувства испытывают обращающиеся. Вопрос: за что? Этот момент казался настолько не справедливым… Так что, не могу удержаться, чтобы не спросить ближайшего из них.

— А вам кольчуга перекидываться не мешает?

— Нет, — удивленно поводит плечами тот — Я же просто меняю одно тело на другое.

Чтоб я так жил!

Из их лаконичных докладов мы уясняем одно: на территорию вампиров нас, скорее всего, постараются не пропустить. И к реке тоже. Да и вперед, на север, мы пройти не сможем.

Нас окружают, и чем дольше мы здесь сидим, тем больше вероятность того, что так здесь и останемся. В виде заготовки для перегноя.

И мы уходим туда, куда пока еще можем — к морю. Этот странный бег по густому подлеску выматывает сильнее боя, и кхару, которых приходится практически тащить за собой, только тормозят нас. Но бросить их сейчас — значит лишить себя возможной скорости при выходе из леса.

И хотя я материлась про себя, представляя, как мы упремся в уже замкнувшуюся цепь врагов, мы успели. Ловушка, едва не захлопнувшаяся у нас перед носом, все-таки клацнула зубами стрел в наши спины, но уже больше пугая, нежели раня.

Дальше нас вел вамп. Мы шли, забирая левее, пытаясь хоть чуть-чуть приблизиться к сторожевым постам вампиров, но эти чертовы южане плотно висели на хвосте, вспышками стрельбы отсекая наши попытки. И всем давно стало ясно, что отпускать нас они не собираются, ни при каких условиях. Ведь на полянке не было ни одного вампирского трупика.

Тень, уже рычащий от бессильной злобы, вывел нас к каменистому склону, на котором были останки какого-то строения, видимо, форта. Нам всем, и особенно раненным оборотням, требовался отдых. А еще, нам очень не хотелось идти туда, куда эти псевдоарабы нас гнали. Ведь нам там вряд ли вручат букеты роз и по рюмке коньяка?

Это еще не безысходность, но что-то, очень приближенное к ней. Приглядываюсь ко всем, переводя взгляд с одного лица на другое. М-да… Ребята явно готовятся умирать, и умирать долго, со вкусом. Утешает только то, что место для боя мы выбрали сами.

А мне вот, какая неожиданность, умирать, пусть даже и героически, совсем не хочется. И есть у меня по этому поводу одна идея.

— Хаджими, Тень, у меня к вам вопрос.

Оба поворачиваются ко мне очень нехотя. И хотя лицо вампа скрыто маской, по мине Хаджими я могу догадаться, что там. А не пошла бы я узкими садовыми тропинками гулять? А вот пусть даже не надеются.

Моя идея не нова, и даже не очень оригинальна. Нас слишком мало, для идеального ее исполнения.

— Я предлагаю разделиться. Три-четыре человека со всеми кхару, на которых мы чучела в плащах навяжем, пойдут на игольный удар, в прорыв. Один, на острие, уводя за собой кхару с чучелами, остальные чуть сзади, завяжут бой, отвлекая преследование на себя. Вторая группа, забрав раненых, тихо поползет к вампам. Что скажете, господа?

Они смотрят на меня пару секунд, не моргая, а потом, как в синхронном плавании, бросаются в разные стороны. Офигеть можно. Оказалось — к бойницам, смотреть местность и пути отхода. Ну и правильно. Я то, в общем, не стратег, так, просто начитанная девушка.