Любовь, как криптология (СИ) - Пивницкая Елена - Страница 144

— Нужна еще одна операция через две недели.

— Так долго?

— Да, они должны вырастить органы на замену… печень… еще что-то… — голос сорвался.

К глазам подступили слезы, я быстро провела пальцами по ресницам, стирая признаки слабости. Не время раскисать! Сейчас глубоко вздохну, успокоюсь и придумаю, как спасти Рока.

— Эй, присядь, — мальчишка потянул меня к мягкой скамейке у противоположной стены. Оттуда было видно, что происходит в палате, поэтому я без возражений последовала за ним. — Не плачь. Все образуется, вот увидишь…

— Угу, — я высморкалась в протянутый Заком платок. — Слушай, а у тебя на счету много денег?

— Тысяч десять… Если нужно, бери.

— Пока нет.

Десять штук меня не спасут — капля в море. Мне нужно целых триста тысяч… Не больше и не меньше… Красивое число. И недостижимое.

Черт, что же делать?!

— Карин, я отойду на пару минут, природа зовет. Там, кстати, кафе этажом ниже, тебе ничего не нужно? Батончик или воды?

— Нет, ничего…

— Ладно.

— Хотя погоди, возьми мне минералки.

Зак ушел, а я продолжила пялиться сквозь стекла на вторую капсулу справа. Если бы не эта проклятая «аномалия»! Я могла бы одолжить денег у родителей или у бабушки… Либо связаться с Джеймсом Карром — уверена, дедуля решил бы вопрос даже быстрее консульства. Но мы здесь и сейчас. На Прино. В изоляции от мира. И деньги тоже нужны здесь и сейчас.

Кредит? Максимум, что даст банк без обеспечения — пара тысяч.

Украсть? Ха, если бы все было так просто. Уязвимости безопасности не висят спелыми гроздьями на финансовых потоках. И даже если найду способ, это займет слишком много времени.

Что-нибудь продать? У нас была только формула химеры, которую мы успешно профукали. За нее уже и ломаного гроша не дадут. А больше ничего и нет…

Стоп. У нас же есть корабль! Можно попробовать его продать или использовать в качестве залога под кредит. Я поспешно вытащила телефон… и плюнула на треснувший дисплей.

Черт, совсем забыла! И ноут остался в машине на стоянке. Здесь откуда-то можно выйти в сеть? Оглянувшись, я заметила рюкзак Зака, примостившийся на полу рядом со скамьей. Трубка нашлась в одном из многочисленных внешних карманов, но почему-то оказалась выключенной. Странно, Зак вроде бы другой моделью пользовался… Впрочем, не важно. Я включила телефон и загрузила список банков и кредитных организаций.

И уже через несколько минут убедилась, что идея, мягко говоря, нереализуема на практике. Нет, сумм, предлагаемых за корабль, даже по самым скромным прикидкам хватило бы с лихвой. Да только и банки, и агентства по купле-продаже требовали документы, подтверждающие право собственности. Наличия универсального ключа и паролей доступа оказалось недостаточно.

Снова тупик. Хотелось побиться башкой о стену.

Остается только вариант с ножом…

Телефон завибрировал в стиснутой ладони и высветил короткое «Фред». Номер явно числился в адресной книге, а, следовательно, не мог иметь отношения к моим недавним собеседникам. Нажав «ответить», я опасливо, словно живую гадюку, поднесла трубку к уху. Если это тот, о ком я подумала…

— Алло, Зак? Не бросай трубку. Выслушай, это важно! — на одном дыхании выпалил мужской голос, в котором причудливо переплетались командные и просящие интонации. — Если заметишь рядом Томаса, беги со всех ног! Я не шучу, это очень серьезно. И чаще оглядывайся. Зак, ты понял?! Я знаю, что ты мне не веришь, но прошу послушать хотя бы раз. Это для твоей же безопасности, Тамас опасен. Зак? Ответь что-нибудь, я слышу твое дыхание.

— Это не Зак, — нервно облизнув губы, решилась я.

— Кто ты? Дай мне Томаса, пусть эта гнида говорит со мной напрямую! — взорвался Килкени.

— Томас мертв, — произнесла я и стала ждать реакции собеседника. Две секунды, три, четыре…

— Где Зак? Что с моим сыном?

— Он… в порядке.

Повисло молчание, пока каждый из нас обкатывал камни новой информации и пытался втиснуть их в уже выстроенную структуру реальности. Неужели Томас действовал по собственной инициативе, когда напал на нас, а не выполнял указания Килкени? Друзья-подельники рассорились? Или Килкени водит меня за нос?

— Карина? — наконец созрел мужчина.

— А что, по голосу тех, кого ты приказывал убить, уже не узнаешь? — ядовито отозвалась я.

— Я могу поговорить с Заком? — проигнорировал мое замечание Килкени.

— Нет.

— Он рядом?

— Нет.

— Верни мне сына. Что ты хочешь? Скажи сколько.

— Триста тысяч, — выпалила я раньше, чем успела вдуматься в его предложение и понять, на что подписываюсь. Это число безотвязно стояло у меня перед внутренним взором с того момента, как я покинула кабинет страхового агента. Замолчала, испугавшись собственных слов и одновременно страшась услышать отказ.

Тишина на том конце была по нервам. В нашем разговоре пауз больше, чем слов.

— Хорошо. Сто сразу, остальное, как отдашь мальчика.

— Перезвоню позже, — я спрятала телефон в карман. И как раз вовремя — в конце коридора показался Зак.

— Прости, что так долго. Обеденный перерыв, у автоматов очередь, — маргунец протянул мне бутылку с минералкой.

— Спасибо. Знаешь, нет смысла нам тут сидеть, внутрь все равно не пустят… Поезжай, наверно, в гостиницу, зарегистрируйся, а то мы бронь потеряем.

— А ты? Давай вместе, отдохнешь хотя бы.

— Мне нужно еще по страховке все утрясти. У них тут всяких формуляров прорва. Кстати, мой ноут в машине остался?

— Да, на заднем сидении. Прости, не подумал захватить. Рюкзак взял, потому что полиция документы спрашивала.

— Действительно? — я как-то этот момент упустила. Не до того было.

— Угу. Давай я смотаюсь, привезу твои вещи, а потом уже в отель.

— Нет-нет, я сама. Мне тоже нужно проветриться немного, а то крыша едет. Ты лучше поспеши, пока наш номер не забрали, — учитывая, что Фредерик Килкени мог узнать из новостей о нападении Томаса, мне следует держать Зака подальше от мест, где его станет искать папаша. То есть больница, корабль и место нападения — запретные территории.

— Ладно, я туда и обратно.

— Не нужно. Отдохни хоть пару часов, к вечеру приедешь. Хочу, чтоб хоть один из нас в адекватном состоянии оставался.

Он недовольно вздохнул, но спорить не стал.

— Если что, звони.

Через час я ждала Килкени за столиком в глубине кафе. Специально выбирала людное место, но обеденный перерыв закончился и посетители таяли на глазах.

Килкени появился за пять минут до назначенного времени, стремительно приблизился и спокойно уселся напротив, едва заметно кивнув, словно старой знакомой. Высокий, невозмутимый, не первой молодости, почти полностью седой, с правильными чертами лица и в костюме, он походил на известного актера… Точнее на тот собирательный показушный голливудский образ солидного бизнесмена, который я всегда считала враньем. Но Килкени соответствовал… Внешне, по крайней мере… Его портила только глубокая борозда носогубной складки у правого угла рта — словно шрам на коже.

Интересно, он один пришел или на улице ждет команда поддержки?

Он ждал, пока я начну разговор… А я не знала, как… «Я тут друга продаю. Не хотите прикупить немного? Руку там или ногу? Вам завернуть?»

Килкени молча наблюдал за мной. Возможно, не хотел спугнуть, слишком резво взявшись за дело. Заказал кофе, не торопясь размешал сахар, попробовал.

— Половину вперед. Вот номер счета, — я пододвинула к мужчине салфетку с заранее написанными на ней цифрами. — Когда банк подтвердит перевод, я скажу тебе адрес, перечислишь остальное и заберешь Зака.

— Сначала я хочу убедиться, что он действительно будет там.

— Ладно, — легко согласилась я.

Даже если Килкени вторую часть денег зажмет, мне хватит, чтоб оплатить Року пребывание на аппарате и выращивание органов, пока не рассосется «аномалия».

Он отодвинул кофе и, достав коммуникатор, принялся вводить данные, поглядывая на салфетку.