Рождение - Старцев Андрей Николаевич - Страница 13

- Ну, как дела? - Спросил он и хлопнул меня по плечу.

От боли в спине я дернулся.

- Что, сегодня снова выпороли тебя? Так, давай, ложись на живот, я сейчас.

Он прошел в свой закуток и вскоре вернулся со своей чудо-мазью. Мы все выпытывали, где он берет её, но Браг отмалчивался.

- Вообще-то, тебя и не сильно сегодня плетью угостили, - сделал он заключение.

И принялся натирать мою спину. Потихоньку боль стала отступать, и мне стало значительно легче.

- Ты сегодня ночью кричал, я хотел тебя разбудить, но, увидев, что ты поднимаешься, лег спать дальше.

- Да, мне какой-то ужасный сон сегодня снился, вот и проснулся я.

- А это за что? - Кивнув мне на спину, спросил Браг.

- Да вышел на улицу, сел на бревне, задремал и проспал. Меня нашел Надзиратель и приказал выпороть.

Мы с Брагом некоторое время еще посидели, обсуждая местные новости, вскоре подошли и остальные жильцы нашего барака. Потихоньку все угомонились и разбрелись по своим постелям. Я полежал еще немного, вспоминая нашу последнюю встречу с Алиной.

Неделя прошла в спешке, я носился как угорелый между канцелярией и караванвожатым Ирбин Асином.

Ирбин Асин был небольшого роста, лет ему было где-то под сорок. Являясь свободным человеком, занимался только тем, что водил караваны. За свою жизнь он объездил вдоль и поперек все королевства и империю. Свою карьеру начинал учеником приказчика, сейчас занимался тем, что работал на Саи Ас Молина. Человеком он слыл честным, справедливым, и исполнительным. Давстон очень ценил этого немногословного человека и поручал ему только самые ответственные дела.

Вот и сейчас Ирбин Асин дотошно проверял весь товар, уже приготовленный во дворе для перевозки в империю. Я постоянно ходил за ним с пером и бумагой, записывая все его распоряжения и доставляя их в канцелярию. За день до отправки каравана произошло печальное событие, изменившее очень многое. Вечером в барак прибежал Изил, и рассказал, что вернулись охранники, сопровождавшие супругу давстона в столицу, и с ними приехало несколько слуг. Моё сердце учащенно забилось, предчувствуя скорую встречу с Алиной. Я уже хотел побежать её искать, как меня тронул за плечо Изил, усадил на табурет, и глухо сказал, что Алина не вернулась назад со слугами, и отвел глаза, смотря в сторону. У меня в груди что-то екнуло. Я схватил Изила за отвороты его одежды, и прошептал побелевшими губами: "Что произошло?". Изил снова отвел взгляд, и, уставившись в пол, сказал:

- Я не знаю толком, что произошло, но, когда заводил коней в конюшню, случайно услышал разговор двух слуг. Я тебе перескажу его дословно.

- Ты знаешь, что произошло на второй день нашего пребывания в столице? - Спросил один голос.

- Что? Вы видели самого Великого Халифа?

- Нет. Помнишь рабыню, работавшую у Сильды, которую госпожа взяла прислугой? Ну, ту, за которой увивался этот странный парень, писарем работает сейчас в канцелярии.

- Да, помню, так что произошло? Рассказывай, не тяни.

- Она погибла, попала под карету.

- Бедная девочка, - сказал второй голос.

- Вот и все что я случайно подслушал, - сказал Изил. - Лей, что с тобой? Ты стал белый, как смерть!

- Ты не знаешь, кто это был? - спросил я у него. Я хочу поговорить с ним.

- Это один из личных слуг господина давстона, зовут его, Салим. Он живет в соседнем бараке, ты его видел, он такой, небольшого роста, волосы темные, кучерявые. Сейчас он пошел к себе, отдыхать после дороги.

- Пойдем, побеседуем с Салимом,- поднимаясь с постели, сказал я.

Мы зашли в соседний барак, который располагался неподалеку. Посередине него стояли стол и стулья. За столом сидел и ел Салим. Я его толком не знал, видел несколько раз, и все. Поздоровались, и я сразу задал мучавший меня вопрос.

- Что произошло с Алиной?

Он тяжело вздохнул и принялся рассказывать.

- Мы приехали в столичный дом господина давстона, - начал рассказ Салим. - Госпожу с дочерью пригласили во дворец на бал, им нужны были новые платья и украшения. Вот и послала она Алину с Сейлой, это служанка, работает в господском доме в столице, - объяснил он. - К портному и к ювелиру. Когда уже возвращались обратно, почти возле дома, внезапно из-за поворота вылетела карета. Кони несли, не слушая кучера.

Девушка в последний момент заметила приближающуюся опасность и попыталась отпрыгнуть от несущейся на неё кареты. Если б не споткнулась, ей бы это удалось. Сейла шла чуть в стороне, и не попала под копыта, отделавшись легким испугом. Когда карета скрылась дальше по улице за поворотом, она побежала к нашему дому звать на помощь, хорошо, что он находился рядом. Привратник и я побежали к месту, где все произошло. Алина еще была жива. Мы аккуратно перенесли её домой. На шум вышла хозяйка. Увидев, что произошло со служанкой, она приказала позвать лекаря, и занести Алину в гостиный домик. Когда пришел лекарь и осмотрел девушку, он хмуро вышел в прихожую, в которой расположилась госпожа. Я как раз выходил с тазом воды на улицу и услышал часть их разговора.

- Метр, какие шансы у бедной девочки? - спросила хозяйка у лекаря.

Тот, покачав головой, сказал:

- Она не доживет и до утра, если не случится чуда, слишком большие повреждения.

Они поднялись и вышли на улицу. Весь вечер и ночь возле неё находилась Сейла, она поила отваром, который дал ей метр, но все равно, к утру Алина умерла. Меня и часть воинов охраны отправили обратно на следующий день. Вот и все что я знаю, - со вздохом сказал Салим.

Меня захлестнула буря чувств. Тут перемешались и воспоминания, и боль утраты, и еще много непонятного. Салим вместе с Изилом испуганно отпрянули от меня. Я удивленно на них посмотрел, на их лицах отразился испуг. Я, не говоря ни слова, развернулся и вышел из барака. Дойдя до своего любимого бревна, где мы столько приятных моментов пережили вместе с Алиной, я погрузился в свои воспоминания.

Я вспоминал каждое мгновение, проведенное с этой девушкой, и только сейчас я понял, что я приобрел и почти сразу потерял в этом чужом для меня мире. Боль утраты терзала и рвала на части мою душу. Вдруг я почувствовал на своей щеке ласковое касание. Оглянувшись вокруг, я никого не увидел, и только в небе светила среброликая и заливала все вокруг, казалось, мертвым светом. Я снова почувствовал касание на своей щеке, как будто кто-то пытался меня успокоить, согреть и передать, что я не одинок здесь. Подумав, что у меня от горя помутился разум, я прикрыл глаза и попытался успокоить бурю чувств меня терзавшую меня изнутри. Совершенно неожиданно у меня открылось как бы второе зрение, меня со всех сторон окружали нити разных цветов. Некоторые были толстые, а некоторые были тоненькие как волосинки. Я протянул руку и коснулся той, которая находилась напротив моего лица, серебристой. По ней пробежала волна дрожи, она свернулось в колечко, и скользнула на мой палец. По моей руке побежала вверх волна тепла и угнездилась в районе сердца. Я дернулся и выскользнул из необычной яви.

Все также на небе светила луна, и почти ничего не напоминало, что сейчас произошло. Только на сердце стало немного спокойней и теплее, и появилось ощущение, что я только что встретил старого друга. Я еще немного посидел, пытаясь понять, что я сейчас видел. Затем встал и пошел обратно в свой барак. Зайдя, я встретил настороженные взгляды остальных жильцов нашего барака. Они сидели за столом и настороженно на меня смотрели.

До столицы королевства отряд не доехал. Где-то в двухчасовом пешем переходе от неё в таверне их уже ждал Ирбис Истмский. Видий был очень приятно удивлен, встретив этого уже в немолодого мага во дворе таверны. Было видно, что тот недавно прибыл в карете и ждал приезда поискового отряда. Когда приветствия были закончены, князь Стеудж Карский, извинившись, сказал:

- Моя миссия на этом завершена, хоть мне и не хочется оставлять такую приятную компанию, но неотложные дела ждут моего спешного присутствия в Лакире.