Исток Миллиона Путей (весь цикл) - Головин Алексей Геннадьевич - Страница 172

- Во имя Алатора! Чтоб его Солнце спалило, этого Кошта! - изрыгнул Видень, делая шаг в том же направлении. - Тут верды заточены!

Из бронзового рога в руках Ставра вдруг сам собою вырвался пучок переплетённых разноцветных лучей. Они оплели первый кокон, проникая меж нитями паутины, раздирая их. Сын Годира интуитивно попытался направить свои силы сквозь дедов диар, чтобы усилить эти лучи. Рядом с ним встал Видень и вновь протянул руки, пытаясь уничтожить паутину так, как однажды уже смог.

Прошли долгие напряжённые минуты, и кокон всё же поддался. Будто с сухим треском лопнула скорлупа грецкого ореха. Остатки паутины разлетелись в разные стороны. И рухнул, не в силах стоять на ногах, тощий седовласый измождённый узник. Вернее, рухнул бы, если бы его не подхватил кинувшийся вперёд Свид. Ему тут же помогли и Видень со Ставром.

Освобождённый ими пленник был невероятно худ, сохранившиеся лохмотья висели на нём, как на вешалке. Кожа была мертвенно бледной, пряди седых волос слиплись и лежали подобно грязной тряпке. На лбу верда виднелась бледная зеленоватая буква 'С'.

Видень, черпая силу из своих внутренних запасов, применил заклинание 'Покров небес', дарующее жизненные силы истощённому организму. Седовласый верд открыл глаза, и Ставр вздрогнул, узнав взгляд волка из своих снов. В этих глазах сквозь боль и мутную пелену начинали играть, пробуждаясь к жизни, зелёные и фиолетовые искры.

- Дай! - прохрипел бывший узник, слабо протягивая иссохшую чуть не до костей руку к витому бронзовому рогу.

Ставр послушно вложил диар в ладонь того, кому он по праву принадлежал и служил столь верно.

- Спасибо, мой внук, моя кровь, - прошептал Свидирт, прижимая свой диар к груди. - У меня был лишь один шанс на спасение... Спасибо, что услышал мой зов.

- Дед... - только и смог вымолвить Ставр. - Мы все были уверены, что Кошт убил тебя. Если бы только мы знали... если бы отец и Олирд знали...

- То, что Кошт со мною сделал, - хуже смерти, - прошептали губы Свидирта. - Он одолел меня хитростью, в тот самый миг, когда я всё своё внимание отдал исцелению. Да, я нашёл способ излечить свой организм от заклятия Трайдирта и сделал это. Сам не знал, что на такое способен... но жить захочешь, и не до того дойдёшь...

Свидирт умолк. Ставр сорвал с пояса флягу с остатками воды и напоил деда, жадно припавшего к горлышку. Тот закашлялся и тихим голосом продолжил:

- Я лежал в Злене полностью обессиливший. Олега рядом не было. И тут явился Кошт. Я и не ведал, что он жив... С лёгкостью он захватил меня и поместил сюда, где один узник уже томился. Спустя долгое время здесь появился и третий... Все эти годы Кошт пил наши жизненные соки, становясь всё сильнее. И время от времени приходил сюда, чтобы рассказать, какие гнусные вещи творит под моей личиной. Хотел, чтобы я гневался и оттого ещё больше сил ему отдавал. И я гневался, ибо не мог ничего противопоставить...

Ставр качал головою, до сих пор не в силах поверить в то, что произошло. Его дед Свидирт оказался жив! И это он являлся ему во сне, как-то преодолев своей мыслью стены коштовой темницы.

- Почему я...? - спросил он. Потом понял, что выразил мысль коряво и неполно и хотел уточнить вопрос. Но Свидирт понял:

- Очень тяжко пробиться... Создать вестника невозможно... Только кровные узы... общая линия крови могла стать каналом, по которому мне удалось бы послать весть. Но Годир блокирует любую непрошенную чужую мысль, как и положено могучему верду. Он ведь и не думал, что от меня может весть прийти. А вот ты - мой внук, о коем я и не знал даже, уловил, оказывается, отголосок моего зова. Спасибо тебе за это...

Свидирт вновь смолк и закрыл глаза.

- Поспешим, други! - провозгласил Видень, глядя на оставшиеся коконы. - Надобно других вызволить.

Свидирт вновь открыл глаза и даже попытался выпрямиться.

- Склоняю голову пред древним вердом, - с достоинством обратился он к Виденю. - Ваша помощь - честь для меня.

- А и мне честь помочь тому, кто многое сделал для моего отца вновь рождённого, - ответствовал Видень.

Времени на разговоры более не было. Кошт мог почувствовать прорыв в его темницу в любой момент.

- Я помогу, хоть и не много у меня сил ныне, - сказал Свидирт. - Но, слава Богам, диар мой снова со мной!

И, поддерживаемый Ставром и Свидом, он шагнул ко второму кокону. Вновь разноцветные лучи вступили в противоборство с жуткой паутиной. Видень включился в борьбу лишь мигом позже. И снова оболочка лопнула, освобождая второго пленника.

- Вот радость, так радость! - улыбнулся в густые усы Видень. - Здравия, родич! Уж и не чаял тебя средь живых увидеть.

- Благодарствую, избавители! - слабым голосом произнёс Эйолк. - Стыдно мне, что захватить себя позволил супостату. Но теперь готов поквитаться.

Взоры всех обратились к последнему кокону, обёрнутому паутиной настолько древней, что казалась она ровесницей всему этому месту. Лишь Видень понял сразу же, кто именно томится в этом узилище. Понял он и то, что справиться с третьим коконом будет труднее всего.

- Подсобите, други! - громыхнул его глас под сводами пещеры. - Совокупите силы с моими!

И, подойдя вплотную, наложил руки на саму паутину, отозвавшуюся на прикосновение вспышкой блёклого свечения.

Эйолк встал за его спиной и положил руку на плечо старшего родича. Два стихийщика породили единую таранную силу. Спустя миг к ним присоединился Свид, вливая в общий поток свою энергию. Свидирт и Ставр встали слева и принялись помогать. Диар потомка Верамирда вновь исторг лучи, терзающие защитные слои кокона.

Казалось, затряслась вся пещера. Свод грозил вот-вот обрушиться. Но тут и древний кокон с оглушительным треском разлетелся на тающие ошмётки. Верды подхватили иссохшее, костлявое, как скелет, и почти невесомое тело. Видень сию же секунду, не раздумывая, грянул всей живительной мощью заклинания 'Милость Рода', не жалея собственных сил. Перед ним была первая жертва Кошта...

Вскоре узник приоткрыл исполненные давней боли очи и воззрел на своих избавителей. Его тонкие сухие губы шевельнулись, но слов было не разобрать.

- Приветствую вас, Сивелк, мастер метаморфоза, - склонил голову Видень. - Вы снова свободны. Поможете ли одолеть пленившего вас Кошта?

Сивелк молча кивнул, и в глазах его полыхнула ненависть.

Что же, помощь еще одного Природного верда, пусть и невероятно ослабевшего, отнюдь не помешает.

- Вперёд, други! - тяжело обронил Видень. - Пора нанести удар!

○○○○○○○

Вбежавшие в зал шестеро нанесли удар, не раздумывая и не мешкая.

Открыв окно в Материнский мир, Кошт совершил ошибку, которой верды не преминули воспользоваться. Все, кроме Олирда, лишены были возможности черпать силы из ИМПа, а энергетика Внутреннего слоя Эребуса, похоже, была непригодна для кого-либо, кроме Кошта. Но открытый проход в Материнский мир был тем каналом, по которому смогли пополнить свои силы все присутствующие.

И грянул жуткий смех, переходящий в оглушительный визг гигантского насекомого. Сивелк обратился в страшную помесь паука, скорпиона и шершня. Давая выход многотысячелетней ярости, он атаковал Кошта стремительно и хитро, сначала вознесясь над полом на жёстких крыльях, а затем, уклоняясь от незримого выплеска разрушительной пустоты, распластался по земле и на паучьих лапках метнулся к чёрному верду. Скорпионий хвост плеснул в хозяина Эребуса струю разъедающего всё на своём пути яда, жвала исторгли череду энергозарядов.

Эта атака вынудила Кошта покинуть 'насиженное' место и отскочить назад.

Счёт для Олирда пошёл на мгновения. Он узрел живых Свидирта и Эйолка, и это вместе с волной удивления принесло невероятное воодушевление. Будто получил он знак Богов: 'Ты на верном пути!'. Мастер стихий сконцентрировался на своей булаве и начал оперировать тончайшей магией. По его воле смертоносные когти, прижавшиеся к нежной коже вердрад, распались, рассыпались чёрным прахом.