Ветер с моря - Хевен Констанс - Страница 86

Мэриан сказала:

— Смотрите, как бы не было дождя. Позаботьтесь, чтобы не подхватить простуду. Я никогда не доверяла рекам. Одно удовольствие: сырые туманы да грязь, прилипающая к подошвам ботинок.

— Ничего подобного, — возмутилась Изабелла. — Дом совершенно сухой и очень удобный. Вы должны приехать и пожить там некоторое время.

— Там видно будет. Но не раньше следующего лета.

Изабелла все предусмотрела. Они с Мораг убедились, что еды у них достаточно, и прекрасной. Можно будет погулять по саду с Робертом и пройтись по живописным деревенским местам. Они будут разговаривать и смеяться. Роберт будет принадлежать только ей, и она скажет ему радостную весть о малыше, а предчувствие несчастья, что еще таилось в ее душе, уйдет окончательно. Изабелла села в кресло с Рори на коленях, радуясь, что тут нет Мэриан с ее вечно недовольным видом, всегда готовой высказывать критические замечания, и стала ждать, когда же она сможет показать Роберту, как она преобразила красивый дом, дом, который он подарил ей.

На следующий день рано утром Люсьен де Вож ехал по этой же дороге. Накануне он затеял спор: следовало ли ехать верхом или взять сверкающий новый экипаж, покупка которого пагубно сказалась на его денежных ресурсах.

Шевалье выразил недовольство его экстравагантностью и легко отмел в сторону его аргументы.

— Если хочешь узнать, что думает аристократия Британии, над чем работает или какие у нее планы, то нужно встречаться с ней на ее территории, — говорил Люсьен в защиту своего плана.

— И к чему это приведет тебя? Абсолютно ни к чему, — упрямился старик. — Время уходит, позволь мне напомнить тебе: те, на кого мы работаем, теряют терпение.

— Знаю, знаю, но я должен работать сам, а не получать указания от тех, чья нога не ступала даже на этот непонятный остров с его чертовски упрямыми и тупыми жителями.

Люсьен страдал от горького разочарования. Он считал Изабеллу чрезвычайно обворожительной. Вначале между ними существовало притяжение, но завоевание представлялось неожиданно трудным. Он боялся обмануться в своих надеждах. Его мужская гордость была задета. Что притягивало ее в этом скучном рассудительном интеллектуале Роберте Эрмитейдже, если она так упорно хранила верность ему? Другие женщины легко попадали под влияние Люсьена, уступая его обаянию и напористой сексуальности. И не только легкомысленные женщины, но и некоторые дамы из общества, разочаровавшиеся в своих мужьях, провели с ним не один час в сильнейшем возбуждении в домах свиданий, страшась разоблачения, но трепеща от экстаза, который звал их к новым наслаждениям. Но не Изабелла. Она могла вскружить ему голову, а потом повернуться спиной и при встрече обращаться с ним небрежно и безразлично, как с простым знакомым. От такого пренебрежения он скрежетал зубами.

Люсьен все разузнал о Сабрина-Хаус. Лучше места для rendez-vous[21], которое он замыслил, и быть не могло. Люсьен знал, что Изабелла находилась там, а мужа задержали в Министерстве, как донесли ему его шпионы. Итак, путь был свободен. Этим прохладным октябрьским утром он ехал верхом, полный упоительного, приятно возбуждающего ожидания. Это не имело ничего общего с заданием французских хозяев, о котором Рауль де Сен-Джордж так часто напоминал.

— А вы, — парировал в таких случаях Люсьен, — со своими нытиками шпионами, добывающими лишь обрывки информации, топчетесь на месте. У меня более широкий кругозор, — с этими словами Люсьен и оставил квартиру шевалье. Хотя, конечно, он понимал, что шевалье прав. Но было и что-то личное, невыносимо раздражавшее его и требовавшее удовлетворения.

Изабелла провела утро в хлопотах, расхаживая по дому, радуясь результатам своего труда. Она немного постояла в просторной комнате на втором этаже, глядя на сады и реку. В этой комнате она решила устроить детскую для ребенка и няни, когда придет время.

Она съела легкий завтрак и посоветовалась с Мораг насчет ужина. Решили приготовить свежего лосося, утку на вертеле, а также фазана. Потом будут поданы свежие сливочные сыры с фермы и фрукты. Роберт ел мало, но был очень разборчивым, и Изабелла постаралась не забыть, чтобы его любимое вино принесли из погреба, а сухое «Шабли» остудили в ведерке со льдом. Теперь, в середине дня, она лежала на софе в гостиной, Рори вытянулся на полу, после утомительного утра, проведенного в попытках приструнить здешнюю кошку, считавшую себя хозяйкой: была одержана лишь небольшая сомнительная победа, о чем свидетельствовала глубокая царапина на его носу. Изабелла дремала, когда в дверь постучала Мораг и вошла с обеспокоенным видом.

— Там вас спрашивает какой-то джентльмен, леди.

— Джентльмен? — Изабелла не могла себе представить, кто из ее друзей знал, что она находится здесь. — Кто это, Мораг?

— Это иностранный джентльмен, и он говорит…

Прежде чем она успела вымолвить слово, на пороге появился Люсьен и твердой рукой отстранил женщину. Выглядел он чрезвычайно привлекательно и добродушно.

— Нет необходимости объявлять обо мне, старушка, леди меня хорошо знает.

Изабелла встала, оцепенев от ужаса.

— Почему вы приехали, Люсьен? Откуда вы узнали, где я нахожусь?

— Так-то вы встречаете старого друга? — Люсьен прошел в комнату, с живым интересом оглядываясь кругом. — Очень мило, должен сказать. Я слышал о вашей вилле на берегу реки, но это же — дворец. Не напоминает ли он вам о Совиньи? Там, кажется, тоже есть река.

— Что вы знаете о Совиньи?

Мораг, нахмурившись, переводила взгляд с одного на другого.

— Я позову Ангуса, леди?

Если он не уедет сам, так и придется поступить. Он застал Изабеллу врасплох, и она не могла собраться с мыслями.

— Все в порядке, Мораг. Я поговорю с этим джентльменом.

Как только дверь закрылась за старой служанкой, Люсьен шутливо сказал:

— Она ваш сторож? Интересно, приставил Роберт стражу к своей жене или нет?

Изабелла не стала обращать внимание на его остроту.

— Не знаю, зачем вы приехали сюда, но вы здесь нежелательны, Люсьен. Я здесь одна. Это совершенно неприлично. Я была бы вам благодарна, если бы вы сейчас же ушли.

— О, дорогая, вдруг мы стали очень comme il faut[22], вам не кажется? Не глупите, Изабелла. Мне интересно. Разве вы не покажете мне ваш прелестный дом? Вы знаете, о нем столько разговоров. Любовное гнездышко. Но кажется, только для мужа. Как жаль! Может быть, пора изменить это положение?

Ей была знакома его манера поддразнивать. Когда-то это представлялось восхитительным, теперь же она подумала, что оказалась в ситуации, которой не могла управлять.

— Я не расположена проводить время в вашем обществе, — холодно сказала Изабелла, — развлекать незваного гостя. Я удалюсь, закроюсь в своей комнате, пока вы не уйдете из дома.

— О нет, вы этого не сделаете, я не позволю. — Он схватил Изабеллу за руки, когда она направилась к двери, и прижал ее спину к себе. — Я долго этого ждал, и теперь вы не избежите…

— Чего мне избегать? Вы говорите чепуху, — сказала Изабелла, — и вы это знаете. Вы пришли сюда без приглашения, и я прошу вас уйти. Любому джентльмену этого было бы достаточно.

— Но ведь я не джентльмен, а обольстительный француз-распутник, — сказал Люсьен. — Я не собираюсь уходить, по крайней мере, сейчас. Давайте, Изабелла, сядем и насладимся обществом друг друга. Поболтаем, как болтали в те милые дни на Ромнейских болотах. Это я тогда потерпел кораблекрушение… вы помните? Потерпевший кораблекрушение, чью жизнь вы спасли.

Он подошел к ней, взял за руки и притянул к себе, но Изабелла вырвалась и оттолкнула Люсьена.

— Все кончено. С этим давно покончено.

— Неужели? — насмешливо спросил он.

— Вы и сами это понимаете. Так вы уйдете, Люсьен, или я должна позвать слуг и выставить вас отсюда?