Внучка чародея - Стрельникова Ольга - Страница 2

— Ну, будь умницей, — сказала она, глядя в глаза дочери, — Встретимся

на большой перемене.

— Хорошо, — ответила Жанна.

Мама улыбнулась и поцеловала девочку в щеку.

— Пока, — шепнула она и, выпрямившись, быстро зашагала по коридору к учительской.

— Пока, — тихо сказала Жанна ей вслед.

Тут прямо над головой оглушительно зазвенел звонок и, спохватившись, девочка быстро побежала в раздевалку, пытаясь вспомнить, что у неё сегодня первым уроком.

Первым уроком была геометрия. Жанна бесшумно приоткрыла дверь класса и быстро шмыгнула внутрь, радуясь, что выбрала себе место на первой парте у самой двери. Незамеченная учительницей, которая что-то писала на доске, Жанна села на свое место, вытащила из портфеля учебник и тетрадь и позволила, наконец, себе расслабиться.

Урок шел своим чередом. Оксана Анатольевна — учительница алгебры и геометрии — скучным голосом объясняла материал, но Жанна не слышала её, погруженная в свои мысли. Она снова вспоминала свой сон: волков, бег по болоту и отца, спасшего её. В последнее время отец снился ей чаще, чем прежде. Она никогда не видела его, у мамы не было даже его фотографии, но в её снах отец всегда представлялся ей высоким темноволосым красавцем. Ей отчаянно хотелось увидеть его или хотя бы узнать, кем он был. Когда Жанна была маленькой, мама говорила, что отец был летчиком-испытателем и погиб при выполнении секретного задания. Но прошлым летом, когда они с мамой гостили у бабушки в Тамбовской области, Жанна нечаянно подслушала разговор бабушки Насти с соседкой. Они говорили о маме.

— Что и говорить, тяжело моей Ленке-то одной дочку растить, — жаловалась бабушка, — Говорила я ей, выходи замуж за Мишку Плотникова, да и иди к нам на ферму работать. Или на швейную фабрику. Так нет, в Москву ей хотелось, учиться. А нешто там в Москве жить лучше? Наоборот! Полно там всяких плохих людей, которые готовы молодую девушку обмануть да и бросить. Вот и осталась она одна с ребёнком.

— Так кто же он есть-то, отец-то Жаннкин? — полюбопытствовала соседка.

— Да пес его знает. Иностранец какой-то, француз или еще кто, не помню. Уж он за ней бегал, цветы дарил, а потом взял да и бросил.

— И что ж он и алиментов не платит? — сочувственно заохала соседка.

— Да кто ж его заставит? Он, небось, в своей загранице и не знает, что у него дочка есть.

— Так что же Ленка ему не напишет?

— Да глупая она, Ленка моя. Она, видишь ли, адреса его не знает. Ни кто он, ни откуда. Она, говорит, в глаза ему смотрела, а не в паспорт. Ну и глупая, говорю ей, перво-наперво надо в паспорт смотреть, а теперь ищи-свищи его, ветра в поле…

Так Жанна узнала, что её отец не был летчиком. Это открытие вызвало у неё множество мыслей и противоречивых чувств. Ей было обидно за маму, но она была рада узнать, что её отец не погиб. Ей хотелось увидеть его, но в то же время она боялась этого. Она хотела знать, почему отец их бросил. А, может быть, он действительно не знает о её существовании? А если бы знал? Захотел бы он увидеть её?

— Самойлова, Самойлова, ты меня слышишь? — голос учительницы вернул мысли девочки к настоящему. Оксана Анатольевна стояла возле её парты. По-видимому, она звала девочку уже довольно давно, поскольку выглядела она раздраженной. Жанна подняла голову и посмотрела ей в глаза.

— Слышу, — тихо сказала она.

— Встань, когда с учительницей разговариваешь, — резко сказала математичка.

Жанна встала.

— Ну, о чем я сейчас говорила? — продолжала допрос Оксана Анатольевна.

Девочка молча стояла, глядя в пустоту. "Зачем ей это нужно?" — думала Жанна, — "Она же прекрасно понимает, что я её не слушала".

— Ну, что ты молчишь, отвечай, — не унималась преподавательница.

Жанна молчала, дожидаясь, когда учительница от неё отстанет. Мол-чание продолжалось ещё с минуту. Наконец, Оксана Анатольевна сдалась и переключила свое внимание на новую жертву.

— Соколов, а ты почему вертишься? А ну сядь, как следует, — воскликнула она и отошла, наконец, от Жанны.

Девочка не получила разрешения садиться, но постояв ещё несколько секунд, она тихо опустилась на свое место, решив, что стоять дольше не имеет смысла. Прозвеневший через минуту звонок избавил её от объяснений с учительницей. Жанна встала из-за стола и вышла в коридор, ощущая скованность и неловкость, которую она всегда чувствовала на переменах. Она не знала, что ей делать, куда себя деть. Другие девочки весело болтали, сбившись стайками или все вместе убегали играть на улицу, но у Жанны подруг не было. Она неторопливо шла по коридору, уворачиваясь от носившихся вокруг мальчишек. Дойдя до окна в конце коридора, Жанна остановилась и, положив локти на подоконник, посмотрела на улицу.

Она проводила у этого окна почти все перемены. Окно выходило на школьный стадион. В хорошую погоду там можно было увидеть гоняющих мяч мальчишек, но сейчас глазам девочки представилось весьма скучное зрелище: покрытое лужами и редкими холмиками снега бурое поле с железными каркасами ворот на противоположных концах. На одном из этих каркасов сидел большой черный ворон и чистил себе перья. Девочка некоторое время наблюдала за птицей. Вдруг ворон отвлекся от своего занятия, поднял голову и посмотрел на девочку. На секунду Жанне показалось, что его внимательные черные глаза-бусинки глядят прямо на неё. Девочка моргнула. Ворон захлопал крыльями и с громким карканьем улетел прочь.

"Интересно, куда он полетел?" — подумала Жанна, — "Какие дела могут быть у ворона?"

Прозвенел долгожданный звонок.

"О чем я думаю?" — опомнилась девочка, — "У меня же сейчас контрольная по алгебре, а я беспокоюсь о какой-то птице". И, забыв о вороне, Жанна поспешила в класс.

Мальчишки опять спрятали её портфель. Едва войдя в класс и увидев ухмыляющуюся физиономию Сашки Сычева, Жанна поняла, что что-то не так. Поэтому, когда, подойдя к своей парте, она не увидела на месте своего портфеля, она не удивилась. Злость и обида наполнили её.

— Верните портфель, — сквозь зубы сказала она, обращаясь к мальчишкам.

— Какой портфель? — с невинным видом спросил Димка Лосев.

— Мой портфель! — воскликнула Жанна, стараясь не заплакать, — Отдайте сейчас же!

— Не видели мы твоего портфеля, — нагло ухмыляясь, сказал Игорь Зверев, — Сама его где-то бросила, а теперь на нас наговаривает.

Некоторые девчонки захихикали.

"Они хотят, чтобы я его искала", — подумала Жанна — "Не дождутся", — мрачно решила девочка и молча села на свое место, глядя прямо перед собой и стараясь не обращать внимания на насмешки у неё за спиной.

В класс со стопкой тетрадей подмышкой ворвалась Оксана Анатольевна.

— Все по местам! — скомандовала она, — С парт всё убрать! Задание на доске. Бондаренко, раздай тетради.

Получив свои тетради, все, кроме Жанны, принялись за работу. Через несколько минут учительница обратила внимание на девочку.

— Самойлова, а ты что сидишь?

— Мне писать нечем, — спокойно ответила Жанна.

— Где же твоя ручка?

— В портфеле.

— А портфель где? — начала выходить из себя учительница.

— Мальчишки спрятали.

Оксана Анатольевна нахмурилась.

— Сычев, Лосев, верните Самойловой её портфель, — распорядилась она.

— Да не брали мы её портфель, — притворно возмутился Димка Лосев.

— Нет, это вы взяли, я знаю, — снова воскликнула Жанна.

— Хватит, — прервала её учительница, — Лосев, верни портфель или выйдешь из класса.

Нахмурившись и пробурчав что-то себе под нос, Димка подошел к одному из шкафов и вытащил оттуда портфель Жанны. Учительница кивнула.

— Самойлова, бери свои вещи и начинай писать контрольную. До конца урока осталось полчаса.

Жанна подошла к Димке и забрала у него свой портфель.

— Ещё пожалеешь, — мрачно пообещал ей Лосев, злобно взглянув на девочку исподлобья.