Кровь моего врага - Вайсс Саша - Страница 7

Участившееся дыхание казалось в этой тишине оглушительным, а ощущение собственной беспомощности заставило Круцыня заорать. Когда же сухие, словно покрытые пергаментом, пальцы коснулись его лица, он заорал еще истошнее.

– Не бойся, дорогой. – Хриплый шепот раздался над самым ухом. – На самом деле смерти нет…

Спустя пару минут в комнате на дне ущелья вновь вспыхнул свет, и в нее прошествовал высокий мужчина лет пятидесяти. Скинув пропитанный кровью плащ, он остановился перед зеркалом и попытался пригладить копну темных с проседью волос. Затем подошел к обвешанному паутиной шкафчику и выудил оттуда гребень с широкими зубцами. Критично осмотрев свое всклокоченное отражение, мужчина пожал плечами и запустил гребень прямо в центр самого большого колтуна.

– Интересно… – Бывший отшельник поморщился, с треском раздирая волосы. – Он мылся хотя бы раз в год?

Худой очкарик позади него лишь молча развел руками.

– Знаю, знаю, мальчик. Это был единственно возможный вариант. Но мне все же кажется, что старый Кассилус заслужил немного больше, чем грязные мощи пятидесятилетнего убийцы… – Взгляд его серых глаз метнулся к отражению улыбавшегося помощника. – …Хотя гораздо лучше, чем та гниющая развалина, согласен.

Глава 3

Подручный

На каменный Артаис бархатным одеялом опустилась ночь. На темных мокрых улицах драли глотки коты, в похожих друг на друга серых домах безо всяких сновидений спали люди, снаружи, за толстыми стенами, воры, насильники и убийцы профессионально делали свое дело, а над всем этим светила большая, похожая на ломоть сыра луна.

– Триста, – изрек Исаир, закинул ноги на подоконник и выглянул в окно. Внизу о чем-то хрипло спорила пара оборванцев. Их пропитые голоса эхом разносились вдоль грязных каменных стен.

– Триста? Но мы же договаривались о двухстах пятидесяти!

Вздохнув, Исаир снова хлебнул из зеленой бутыли, которую держал в руке, и сморщился. Пойло становилось терпимым лишь после десятого глотка, когда пол под ногами принимался плясать и брыкаться. Подняв глаза, он обнаружил, что выражение лица заказчика было не менее мерзким.

– Издержки, – пояснил он, пожав плечами. – Непредвиденные расходы.

Карлик помрачнел еще больше.

– Когда мы еще обсуждали дело, то посчитали, – начал он, загибая пухлые пальцы, – десять монет на яд, двадцать пять – на новый кинжал, сто восемьдесят за твою работу, а тридцать пять – на твои так называемые «непредвиденные расходы»! Десять, да двадцать пять, да сто восемьдесят, прибавим тридцать пять, итого получается…

– Слушай, тебе нужна эта штука или нет?! – перебил его Исаир, помахав перед носом карлика небольшим бархатным кошельком. – Если нужна, то ты доплачиваешь мне пятьдесят монет, и мы расходимся. Если нет, – он сунул кошель обратно в карман, – я найду кому это загнать и по более высокой цене.

Бродяги внизу затихли. Со стороны площади послышались одинокие шаги.

– Я буду жаловаться!

– Интересно, кому… – машинально пробормотал Исаир, не отрывая взгляда от затаившихся оборванцев и их ничего не подозревавшей жертвы. Было страшно интересно, чем же это закончится. Гораздо интереснее, чем торг, который он вел, – он даже не сомневался, что карлик сдастся и все-таки доплатит неустойку.

– У тебя больше не будет клиентов в этом городе, я об этом позабочусь!

– Это вряд ли. К сожалению, клиенты всегда находятся. – Ром вновь обжег глотку. Незадачливый прохожий внизу сдавленно охнул и осел на мостовую, получив по голове. Бродяги же кинулись обшаривать его карманы, попутно переругиваясь из-за найденных медяков. Исаир довольно хохотнул. Подобную картину он наблюдал еще вчера, видимо, этот проулок пользовался невероятной популярностью. Впрочем, любой проулок или узкая улица северной части Артаиса заслуживали особого внимания стражников… если бы таковые осмеливались туда заходить.

Долгожданный звон монет отвлек его от раздумий. Оценив горстку золота, покоившуюся на крышке стола, Исаир довольно кивнул и бросил карлику кошель.

– Вот так бы сразу. – Он лучезарно улыбнулся. – Было очень приятно с вами поработать, господин Сальник! – выкрикнул он уже в открытую дверь. С лестницы доносились быстрые шаги.

Легко спрыгнув с подоконника, Исаир прошествовал мимо стола, попутно захватив с него деньги, захлопнул дверь и вернулся на насиженное место, пересчитывая монеты. Нужную сумму он набрал, так что на следующий день можно было со спокойной душой уходить из города.

А пока он устроился поудобнее, отхлебнул из зеленой бутыли еще немного и уставился вниз, во тьму проулка. Вскоре до него донеслось эхо легких шагов господина Сальника. Бродяги, вернувшиеся с пару минут назад, перестали браниться и, потирая руки, подались назад, в густую тень.

Когда луна закатилась за крыши домов, торопливо уступая место утреннему солнцу, Исаир уже был полностью собран и готов к долгому пути. Напоследок окинув комнату взглядом, он заметил конверт, белевший на столе.

– Снова… – прошипел он. Весь последний месяц его преследовали письма. Они словно появлялись из воздуха, материализуясь в комнатах постоялых дворов, наутро рядом с костром, в кошельках клиентов и его собственной суме. Внутри же его поджидали одни и те же слова…

Рывком сорвав печать, Исаир пробежал глазами по первой строчке. В следующее мгновение он уже с остервенением рвал конверт на мелкие клочки. Удостоверившись, что в комнате не осталось даже намека на чье-либо пребывание, он вышел в темный узкий коридор второго этажа гостиницы. Откуда-то из-за хлипкой стены доносился громоподобный храп, изредка прерываемый отчаянным скрипом кровати. Спящий наверняка обладал внушительными габаритами… Вспомнив собственную бессонную ночь, Исаир поморщился и двинулся к лестнице, откуда тянуло прокисшей похлебкой и застоявшимся табачным дымом.

Зал первого этажа пустовал, впрочем, как и все заведения в пять утра. Лишь за стойкой сидела худая фигура в черном костюме, явно не замечавшая выразительных и усталых взглядов хозяина. Заметив Исаира, человек обернулся, продемонстрировав узкое крысиное лицо с впалыми глазами. Поймав недовольный взгляд дху, он чуть улыбнулся, не разжимая тонких бледных губ, и поправил очки.

Стараясь не обращать на странного посетителя внимания, Исаир положил пару монет на стойку и быстро направился к выходу. Кем бы ни оказался этот очкарик, ему крупно не повезет, если он решится пойти следом.

На узких каменных улицах Артаиса царил холодный утренний полумрак. Ставни домов были еще закрыты, а мостовая рыночной площади пустовала, заполненная корзинами и гниющими остатками вчерашней торговли, меж которых лениво пробегали дворовые собаки. Исаир оказался первым двуногим созданием, вылезшим на улицу в такую рань.

Спустившись вниз по улице от рыночной площади и миновав лежбище бродяг, он, не колеблясь, нырнул в один из узких проулков и выскочил уже у северных городских ворот. Как раз вовремя – с первыми лучами солнца над городом разнеслось эхо колоколов собора, и окованные железом створки распахнулись, открыв Исаиру путь. Проскользнув мимо въезжавших в город крестьянских телег, грохотавших по булыжникам мостовой, и оказавшись снаружи каменных стен, он обернулся на арку ворот. Естественно, за ним никто не следовал. Убедившись в этом, Исаир продолжил спускаться по склону холма, мимо обнесенных хлипкими оградами садов. Что-то в последнее время нервы шалили чаще обычного… Все это дергание без причины было глупым и абсолютно излишним, он сам это понимал. Исаир хмыкнул. И с чего он взял, что тот пьяный тип вообще его заметил? Совсем спятил…

– Да, если нервы становятся ни к черту, значит, пора отдохнуть, – раздался сиплый голос за спиной. – Нервный человек обращает на себя гораздо больше внимания, нежели человек спокойный и уверенный.

На то, чтобы выхватить кинжал, у Исаира ушла всего доля секунды, но когда он развернулся и со свистом рассек клинком воздух, позади уже никого не было. На безопасном от него расстоянии стоял мужчина, настолько худой, что, казалось, еще немного, и его кости проткнут и бледную кожу, и пиджак. Поправив аккуратные очки, он улыбнулся, не разжимая тонких бледных губ.