Рождественская сказка - Джоунс Сандра - Страница 23

— Не то слово! - пробормотала она. - Я полежу немножко. Не волнуйся, я не усну...

Десять минут спустя прибыл шофер и увидел такую картину: на диване сидел Стиви Стэффорд, а у него на коленях, заботливо укрытая пледом, безмятежно спала женщина с роскошными бриллиантовыми серьгами в ушах. Шофер впервые пожалел, что обязан хранить молчание по поводу личной жизни своих клиентов. Эта картинка явно заслуживала внимания публики.

Эмили проснулась от звуков скрипки. Она хотела вскочить, но Стивен удержал ее.

— Я что, уснула? — Она потерла глаза и окончательно проснулась. — Извини.

— Да за что ты извиняешься? - спросил он, помогая ей сесть. — За то, что по моей милости выбилась из сил? Это я должен перед тобой извиняться. Я же видел, как ты устала, но не сделал нужных выводов.

А звуки скрипки все лились и лились. Значит, это не сон? — изумилась Эмили.

— Стивен, на кухне кто-то играет на скрипке. Или у меня окончательно съехала крыша?

— Нет, с крышей у тебя полный порядок. Просто я в очередной раз проявил инициативу. — И он расплылся в улыбке. — Ты же знаешь, какой я романтик!

— Ну и что ты натворил на этот раз?

— Иди и взгляни. Как говорится, лучше один раз увидеть! — хохотнул Стивен. — Нет, пожалуй, лучше я тебя все-таки подготовлю. У тебя на кухне праздничный ужин под живую скрипичную музыку. Только и всего.

Эмили вскочила и, подойдя к двери кухни, замерла на пороге. На столе белоснежная скатерть, тонкий фарфор, изысканный хрусталь, цветы... В высоких серебряных подсвечниках горели тонкие свечи, распространяя нежный аромат. Скрипач и два официанта — все трое в смокингах — отвесили ей поклон.

Она растерялась, смущенно кивнула им в ответ и, обернувшись к Стивену, спросила:

— И как прикажешь все это понимать?

— Очень просто. Я изменил планы на вечер. Шофер оказался свободен, и я послал его в ресторан за ужином и всем прочим. Ну что, ты готова приступить к трапезе?

— Стивен, но ведь тебя ждут на вечеринке...

— На то они и поклонники, пусть себе ждут! - с ухмылкой заметил он и, войдя в кухню, отодвинул для нее стул. - Это мой последний день перед съемками, и я предпочитаю провести его с тобой.

— И с официантами, — чуть слышно шепнула Эмили, чувствуя некоторую неловкость от присутствия трех посторонних мужчин у нее на кухне.

— Намек понял. — Стивен заговорщицки подмигнул. — Сейчас же отправлю их восвояси, раз они тебя напрягают.

— Стив, ты слишком хорош для меня!

— Смотри, не перехвали!

Он подал знак официантам, и они подошли к столу с серебряными подносами, нагруженными всевозможными коробочками из японского ресторана.

— Как ты догадался?! — восторженно ахнула Эмили. - Обожаю японскую кухню!

— А я, к твоему сведению, очень догадливый! - расплылся в улыбке он. - Ну а если честно, позволил себе заглянуть в записную книжку на телефонном столике и обнаружил в ней массу телефонов и адресов японских ресторанчиков.

Официант подал им пиво. Стивен отхлебнул глоток, одобрительно кивнул и продолжил:

— И наконец, в той же книжке нашел телефон Либби и уточнил твои любимые блюда у нашей доброй феи. Не мог же я целый вечер гадать, чем бы мне угодить своей Спящей Красавице!

Эмили давно не получала такого удовольствия от еды. Пиво подали к тигровым креветкам, белое вино — к нидзи масу (форели, зажаренной по-гифудски), а красное — к якитори (особо приготовленному шашлыку). Когда все коробочки опустели, а скрипач начал исполнять свой репертуар по второму кругу, Стивен налил им по рюмке сливового ликера и увлек Эмили на прогулку.

Ночь стояла тихая и ясная. Светила луна, под ногами шуршали листья... Эмили шла под руку со Стивеном по тротуару, стараясь не замечать, что за ними неотступной тенью следует лимузин.

— Хорошо, что мы никуда не пошли сегодня вечером! — шепнул Стивен ей на ухо. — Не хочу тебя ни с кем делить.

— Просто захотел пива и якитори, — пошутила Эмили, хотя при мысли о грядущей разлуке душу сжимало холодом. Сейчас она особенно остро чувствовала, как они близки.

Стивен покачал головой и, заглянув ей в глаза, серьезно ответил:

— Нет, Эмили, я на самом деле хочу быть с тобой. Ты такая красивая! — Он остановился в тени ветвистого вяза и привлек ее к себе. — Знаешь, на что похожи твои глаза? На янтарь. Я буду думать о тебе все время.

— Не говори так! — Эмили чуть не плакала. — До твоего отъезда остались считанные часы, а время идет так быстро! Не напоминай лишний раз.

Она смотрела ему в глаза и думала, как сказать ему о том, что она его любит.

— В следующий раз подарю тебе янтарь в золоте, - размышлял он вслух, играя прядью ее волос. — Эми, а какой тебе больше нравится — светлый под цвет глаз или темный под цвет волос?

— Стивен, не надо...

— Что не надо? — удивился он.

— Не надо сейчас об этом.

— Ну что ж, придется подарить и светлый, и темный. - Он улыбнулся. - Или придумаю еще что-нибудь.

И, прежде чем Эмили успела ответить, он наклонился и закрыл ее рот поцелуем. Она прижалась к нему и ответила на поцелуй. Танец его языка разжег в ней желание, и ей захотелось слиться с ним воедино.

Стивен оторвался от ее губ и севшим от волнения голосом пробормотал:

— Эми, мне пора.

Когда они вернулись, официанты успели уйти, а на кухне, к немалому изумлению Эмили, царил идеальный порядок. Пришло время прощаться. Стивен обнял ее, и она прочла в его глазах любовь и горечь разлуки.

— Береги себя, — сдавленным голосом проговорила она, с трудом сдерживая слезы. — И дай мне знать, как дела у твоей мамы.

Стивен кивнул и просто сказал:

— Жди меня в январе. — И поцеловал ее — нежно, с прощальной лаской.

Эмили длила поцелуй, сколько могла, но вот он оторвался от нее и шагнул к двери. Она стояла и молча смотрела ему в спину, а из груди ее рвался немой крик: не уходи!

Стивен открыл дверь и замер на пороге. Обернулся, и Эмили увидела в его прекрасных лучистых глазах внутреннюю борьбу. Сердце у нее чуть не выпрыгнуло из груди.

— Не могу! — выдохнул Стивен и, раскинув руки, бросился к ней. - Эми, я хочу тебя!

Она едва не задохнулась в его объятиях, и ей показалось, как будто в ней прорвалась плотина. Она прижалась к нему всем телом, боясь, что он уйдет, а он неистово целовал ее. Его руки жадно скользили по телу, и тонкий шелк не был им помехой.

Эмили трясло как в лихорадке. Она воспламенилась, точно в затухающий костер подбросили охапку хвороста. Своими ласками Стивен звал ее к новой жизни — жизни более яркой, чем та, какую она знала раньше. Ее захлестнула волна желания.

Его поцелуи становились все требовательнее, а ласки все настойчивее. Он расстегнул молнию, нетерпеливыми пальцами приспустил платье с плеч и провел горячими ладонями по голой спине.

Эмили расстегнула ему рубашку и прижалась лицом к его груди, вдыхая неповторимый запах его тела. Внезапно ей стало трудно дышать — как будто она оказалась под водой.

Стивен поцеловал ее в губы и двинулся дальше, куснул за мочку уха, обжег дыханием шею — и у Эмили появилось ощущение, будто она начинает плавиться. Он потянул за платье, шелк соскользнул и упал к ее ногам. Внезапно Стивен отстранился и посмотрел на нее отрешенными глазами, словно сомневаясь в правильности своих поступков.

- Эми, я...

— Стивен, — перебила она его и, положив руку ему на грудь, подняла на него исполненные решимости глаза. — Не надо больше ничего говорить.

Он молча схватил ее на руки и легко понес наверх, в спальню. Положил на кровать и не спеша раздел, оставив на ней только украшения. Потом сбросил с себя одежду.

Эмили замерла от восторга. До чего же он хорош - мощный торс, плоский живот, стройные ноги... Когда Стивен лег рядом, она повернулась к нему, обхватила ладонями твердые ягодицы и притянула к себе.

Губы их слились в страстном поцелуе, а когда они оторвались друг от друга, Стивен уложил Эмили на спину и, склонившись над ней, сильными чувственными пальцами обвел полушария ее грудей, а потом нежно обхватил их ладонями.