Дарующая жизнь (СИ) - Воронина Тамара - Страница 74

– Если хочешь, я сниму его с тебя, – предложила Ариана. – Я знаю, как разъединить цепочку.

Шут покачал головой.

– Не стоит. Я надеюсь, такой сильной магии больше не будет… по крайней мере какое-то время. Пока вы сил не наберетесь. Ой, щиплет же!

Через несколько минут Лиасс отпустил руку Лены и благодарно наклонил голову.

– Спасибо, Аиллена. А сейчас, я думаю, всем стоит поспать. Идем, Ариана.

– И куда ты собрался, Владыка? – удивился шут. – Разве здесь так тесно? Не такая же злодейка Светлая, чтоб выгнать тебя на улицу.

– Ну вот, – огорчилась Лена, – получилось, что я вас стеснила. У вас и так столько проблем.

Лиасс захохотал, и к нему присоединилась Ариана. Смеялись они долго, потом Владыка все же объяснил:

– Да любой эльф готов до конца дней спать под открытым небом, только бы ты была с нами! Завтра я выберу для тебя подходящую палатку: эта действительно великовата, в ней тебе просто будет холодно. Но сегодня, если ты позволишь, мы можем переночевать под одной крышей.

Ариана взяла два одеяла.

– Вместе нам будет теплее, правда? А ты, полукровка, сегодня будешь согревать Проводника и мага!

Спать легли не раздеваясь. Лена уже успела снова попривыкнуть к мягкой постели, поэтому уснула не сразу, а Ариана даже не успела голову опустить на узел с одеждой, который служил им подушкой. Но рано утром, едва рассвело, они проснулись одновременно. Похоже, на природе Лене суждено просыпаться с рассветом.

– А знаешь, Аиллена, я ведь, кажется, получила от тебя силу, – шепнула Ариана. – Ты даешь ее даже неосознанно.

– Тому, кто в ней нуждается. Зато осознанно не умею.

– Река тоже не умеет осознанно давать воду. Неважно. Твоя магия совершенно особая, не похожая ни на человеческую, ни на эльфийскую.

– Лиасс говорил, что магия досталась людям от эльфов.

– Конечно. Только она стала другой. Она как бы подстроилась под людей. Скажи, вот этот славный Карис – сильный маг?

– Не знаю. Шут говорит, что не очень.

Ариана еще тише сообщила:

– Даже ребенок сильнее его. Конечно, ребенок, наделенный Даром. Ты думаешь, король случайно обрадовался, что ему будут служить эльфийские маги?

– Ариана, как ты относишься к тому, что Владыка готов принять все условия короля?

– Владыка знает, что делает, поверь мне. Если он готов принять все условия, значит, понимает, что они не будут неприемлемы.

– А ты тоже… воевала?

– Да. Я боевой маг, Аиллена. Очень сильный. То есть была. А тебе лучше не думать о войне. Не знать, на что способны маги… с любой стороны. Сначала тебе стоит привыкнуть к своей новой жизни и новой роли… Ой, ты носишь мой браслет. Это приятно.

Зашевелился и встал Лиасс, потянулся – высокий, сильный, красивый. Вот ему титул Владыка шел, а Верховным магам Сайбии их звания – не очень. Поднял всклокоченную голову шут, вскочил Маркус, на ходу цепляя к поясу меч.

– А до кустиков тут далеко, – вздохнула Лена. Ариана удивилась:

– Сорок шесть тысяч эльфов не могут пользоваться кустиками, иначе тут через день дышать нечем будет. За ночь должны были вырыть несколько выгребных ям… а потом мы все наладим. Если хочешь, я могу согреть воды.

– Холодной умоюсь, – отмахнулась Лена, – для кожи полезнее. А вот зубной щетки у меня нет.

Ариана порылась в сумке и подала Лене маленький шарик.

– Просто пожуй. Потом можешь выплюнуть, а можешь и проглотить, это довольно вкусно.

Эльфийский вариант жевательной резинки больше был похож на мягкую ириску с мятным вкусом. Пока они посещали отдельную палаточку с очень аккуратно оформленным сортиром на одно очко, кто-то принес воды, а еще у входа обнаружился довольно весомый сундук с вещами, доставленный из дворца – то ли король лично позаботился, то ли еще кто. Лена и Ариана умылись в палатке, потом Лена все же решила надеть черное платье: сырость на улице не кончилась, и грязно было до чертиков, светлое платье было просто жалко. Эх, джинсы бы в эти сапожки заправить – и вообще красота. И куртку вроде мужской. Но пришлось поверх платья накидывать теплый и легкий, но жутко неудобный плащ.

Сегодня лагерь казался повеселее: если вчера эльфы двигались молча и выглядели подавленными, то сейчас звучали голоса, и у Лены опять создалось впечатление, что они поют, а не говорят. Наверное, певучее произношение эльфа, который вез ее к Лиассу, было обыкновенным акцентом. Владыка поднимался на холм. Лена подобрала юбку и пустилась бежать за ним, проклиная глупейшую здешнюю моду. Платье, конечно, по грязи не волочилось, но было слишком длинным, чтоб его удалось не забрызгать. А стиралка-автомат осталась там же, где и джинсы. Рядом бежала Ариана, только у нее и ловчей получалось, и красивей, она явно старалась не обогнать мгновенно запыхавшуюся Лену. Позади топали мужчины. Ну конечно, как же ее отпустят на два шага, защитники верные!

Лиасс оглянулся и остановился, дождался их, почему-то бросил осуждающий взгляд на дочь, но ничего не сказал. Никто из эльфов не увязался следом, но Лена просто физически чувствовала их взгляды.

Лиасс вскинул руки, с заметным усилием раздвигая проход. Тихо зашипел шут – амулет опять раскалился. Ариана знает, как его снять, вот и снять к чертовой бабушке, если каждый эльф – маг, то здесь рано или поздно шута прожжет насквозь.

Их было всего десятка три, измученных, окровавленных, однако в проход они вошли сомкнутыми рядами, выстроились и как по команде опустились на колено. Лиасс быстро осмотрел их и тускло спросил:

– Милит… погиб?

После паузы один из эльфов тихо ответил:

– Прости, Владыка. Мы были слишком далеко от него. Он дрался яростно, но его взяли живым.

Лиасс словно окаменел. Ариана закрыла ладонями лицо. Эльфы поникли, а Лену вдруг охватила такая ярость, какой она не чувствовала никогда в жизни. Живым? Еще одного эльфа убьют так унизительно и мучительно? Последнего эльфа Трехмирья?

Кто-то вцепился в ее плащ с воплем: «Стой, Светлая, куда ты?», но вряд ли имелась в мире сила, способная ее удержать…

* * *

Впереди волновалась плотная толпа. Закрытое дымом небо, казалось, никогда и не было голубым: в отдалении горел целый город.

– Светлая, ну разве так…

Лена оглянулась, и Карис замолчал. Она шагнула вперед. Пробиться сквозь такую толпу было трудновато, потому она почти вежливо попросила:

– Пропустите.

Мужчина оглянулся, ахнул, отступил в сторону, потом второй, третий… Лена шла по узкому коридору, чувствуя Кариса позади себя и понимая, что за ним коридор снова смыкается в плотную стену. Им не лень было соорудить эшафот для последнего эльфа, не лень было тащить сюда большой косой крест: поблизости Лена не увидела ни одного дерева. Обнаженная фигура у креста вдруг стала видимой очень отчетливо – не только для Лены, для всех, это постарался Карис. На левом боку у него была жуткого вида рубленая рана, но кровь не шла, не поленились, наверное, мага привлечь, остановить кровь, чтоб эльф выдержал казнь.

Люди расступались перед Леной, и она была уже близко, когда палач отрезал эльфу ухо, продемонстрировал его толпе и бросил собаке, обыкновенной дворовой шавке, которую держал на поводке юноша крайне интеллигентного вида. Собака схватила подарок и еще хвостом повиляла. Эльф только невольно дернул головой, а смотрел на толпу… как на скопище насекомых. Просто очень большое количество тараканов или мокриц. Он даже на собаку смотрел с большей симпатией – и то, животное ведь уж точно не виновато в мерзких повадках хозяев. А еще это был взгляд человека, который уже ни на что не надеется. Который уже умер. Последний взгляд последнего эльфа.

Кровь у эльфов была точно такая же, как у людей, – алая. Она стекала из-под длинных волос, не встречая препятствий в виде одежды, и потому казалось, что ее много, очень много. Толпа радостно взревела и заулюлюкала. Лена поднялась по пяти на совесть сколоченным ступенькам – тоже не лень ведь было делать – и сказала: