Триада (СИ) - Воронина Тамара - Страница 51

– Наш. Властителей. Принадлежность уже роли не играет. А принадлежность именно мне обозначена цветом. Вы – черные. То есть собственность Нирута Дана. Дай мне руку, тезка. Будет больно.

Дан неохотно протянул руку. Кому ж хочется, чтоб…

Больно – это было очень большое преуменьшение. Дан бы заорал во весь голос, будь этот голос в наличии. Предплечье прожгло насквозь, вся рука мгновенно онемела, отдавало в плечо, в голову, в пятку, и длилось это не пять секунд, как вампирское припечатывание, а гораздо дольше. Нирут по комнате походил, поднял с пола оброненную Алиром метательную звездочку, положил ее на стол, что-то еще сделал, поглядывая на задыхающегося Дана. А потом сразу прошло. Дыры на руке не обнаружилось, но когда Нируд шлепнул по ней звонко и небольно, вспыхнул тот же знак, только не сияющий, как у него, а тускло-синий, как зековская татуировка.

– Это любого дракона приведет в повиновение и душевный трепет. Со временем потемнеет, станет черной, так что собственностью Велира прикинуться не удастся. Выпить хочешь? Или уже прошло?

Дан с грустью посмотрел на печать и спросил:

– И это окончательно и навсегда?

– Это и было окончательно и навсегда, – отрезал властитель совсем другим тоном.

– Перчатка, – пробормотал Дан, – можно заштопать, можно выбросить, можно наизнанку вывернуть…

– Ладно тебе. Привыкай. Ты почему в городе на рефлексию исходил, а здесь как-то не увлекаешься? Потому что дело появилось. Хотя бы в виде тренировок. А там ты по улицам слонялся, лопал гороховый суп в трактире и жалел себя. Некогда теперь себя жалеть. Теперь если кто-то рискнет тебя выпороть, будешь делом заниматься – тем же отвечать, а то и головы рубить. Если вдруг захочется. Но тебе не захочется. Ты не мстительный, я проверил.

– Разрешенная месть никакого удовольствия не доставляет, – проворчал Дан. Нируд вытащил из кармана штанов плоскую черную коробочку с парой блестящих кнопочек.

– Это для связи со мной. Постарайся лишний раз не пользоваться. Непринципиально, просто для развития самостоятельности. Вы не всегда будете со мной, так что стоит развить навыки принятия решений.

Дан покрутил коробочку.

– Магия, да?

– Для Алира и Гая, конечно, магия. Но ты мог бы быть и подогадливее.

– Технология? – ахнул Дан. – Такая технология – здесь? При здешнем уровне развития?

– Технология. А про уровень развития мы поговорим попозже, когда ты больше врастешь в наш мир. Отправитесь к драконам. Шарика можешь взять с собой, хотя большие недолюбливают таких, как он. Они, знаешь, по развитию недалеко ушли и осознают это. Ну и сам понимаешь, осознание собственной недоразвитости на общем фоне не добавляет доброты нрава. Они тупы и сильны. Вроде бы и довольствуются овцами, однако Велир принес малоприятную весть: в тех краях стали исчезать люди. Ваша задача – узнать, куда именно исчезают люди и с чьей помощью. Не узнаете – невелика беда, потому что количество пропавших незначительно и никакой особенной роли они не играют. Ну циник я, циник, и тебе того же желаю. А сейчас спи. Это приказ.

Он на миг положил руку на лоб Дана, и глаза немедленно начали слипаться. Гипнотизер хренов… Технология у них… рации…

* * *

Они выехали утром. Копыта коней цокали по влажной дороге, выступившей из синих вод озера. Шарик с самым серьезным видом рысил впереди, словно понимал: это не прогулка, а задание. Дан покосился на спутников и хмыкнул. Всадники Апокалипсиса! Впрочем, нет, там лошади разноцветные были, а тут сплошная чернота. Единственные пятна – это вышивка на груди, потому что покрой курток таков, что даже воротники белых рубашек не торчат. Даже оружие – черный лук за спиной Алира, черные арбалеты, притороченные к черным седлам, черные ножны кинжалов, вот на черной одежке катаны тускло поблескивал металл. Дан погладил эфес.

Впрочем, выпендрежем это смотрелось только для Дана. Здесь «цвет хозяина» было понятием распространенным, правда, один цвет был привилегией властителей. И хорошо еще, что им черный достался, а то был бы красный или, скажем, бледно-розовый… Где только розовых коней брать? Весенней гулкой ранью…

Гай понадежнее закрепил шнурок шляпы под подбородком. Нирут пообещал ему все необходимые ингредиенты для мази, и это вампира откровенно порадовало, не любил он солнечных ожогов и уж никак не исключал, что придется либо шляпу потерять, либо и вовсе полетать средь бела дня, а тут хоть ты тресни, до пояса раздеваться приходится. Трудно на крылья рубашку натягивать. О, еще и шарф намотал, тонкий, шелковый наверное. И перчатки тоже тонкие. Заметив его взгляд, Гай немножко виновато пожал плечами: ну что делать, физиология такая.

Алир был великолепен, надо признать. Смерть девкам. Эти серебряные волосы, эта надменная рожа, по которой так хотелось кулаком заехать, что ладони чесались, осанка – от зависти лопнуть можно. Вспомнилось, как его вели – он шел – к костру, словно никого и не было вокруг, никаких людишек, он сам вдруг решил, что жизнь скучна и неинтересна и избавиться от нее надо этаким вот заковыристым способом. Пресловутая эльфийская гордыня. Где б такую взять.

А себя Дан не видел. Верхом он ездил хуже прочих, но на мешок с картошкой, случайно оказавшийся в седле, похож все-таки уже не был. Основательно отросшие волосы Нирут стричь категорически запретил, самолично вручил шнурочек (черный, естественно), которым Дан лоб и перевязал, чтоб бабские эти локоны в рот не лезли при каждом вздохе. Подальше отъехать и тем же шнурочком в хвост связать. Нируту хвост категорически не нравился, и Дан решил хозяина по пустякам не дразнить.

Эльфа и вампира властитель тоже украсил печатями. Гай, поежившись, сказал, что было крайне неприятно, а Аль честно признал, что, когда его крестьяне кнутами охаживали, не так больно было.

Магией или технологией, но Нирут справился с онемением губы у Дана, хотя шрам на подбородке остался. Да и у Аля рука подвижность обрела, но жутковатого вида рубец сохранился. То ли на мелочи размениваться властитель не хотел, то ли у Чумаков и Кашпировских не обучался и не умел ликвидировать шрамы, то ли какими-то своими мотивами руководствовался, простым смертным недоступными.

Вел их примитивный прибор вроде компаса, только показывал он не на север, а на территории драконов. Штука разовая, но весьма удобная. Плюс к этому все трое основательно изучили карту, Дан скорее вид делал, что запоминал, не способен он был запомнить маршрут по карте незнакомой местности, но способны были остальные, так что заблудиться было просто исключено.

На постоялых дворах их встречали низкими поклонами, и если бы они не расплачивались, никто б и не рискнул напомнить о столь низменных вещах. Но они расплачивались, и достаточно щедро – Нирут снабдил их таким количеством денег, что Гай только присвистнул. Алир был потрясен: с таким пиететом со стороны людей он никогда не сталкивался. Эльфов не любили, как минимум презирали, как максимум ненавидели. Или наоборот. И уж не кланялись им никогда и не благодарили за то, что они изволили остановиться именно тут, именно тут откушать и лошадку накормить. И пылинок не сдували. Неужели никакому авантюристу не приходило в голову прикинуться собственностью властителя, попросту заказав черный наряд с дурацкой вышивкой? Или чревато настолько, что даже авантюристы проявляли благоразумие? И что может сделать Нирут – испепелить на месте магией (технологией?) или еще чего похуже?

Оказавшись на свободе… хотя какая может быть свобода применительно к собственности? Ну все равно, оказавшись, так сказать, наедине с природой и собой, они все почувствовали некоторое облегчение. Даже эти энтузиасты частной собственности на разумные создания. Ну и азарт подогревал, и Дан заразился от них этим азартом. В конце концов, разве не первое толковое, что он услышал, не было мыслью о том, что мужчина без дела пропадает? Вот делом и обзавелся. Драконов инспектировать на предмет плохого поведения. Причем подразумевается, что драконы должны трепетать от священного ужаса, на посланцев глядючи. А ну как трепетать не станут, а просто челюстями хамкнут пару раз, чтоб овец зазря не переводить? Дармовая закуска, сама, можно сказать, в рот прет. А ротики у них, наверное, покруче, чем у Шарика… Вот Шарика бы не обидели. Мало ли…