Не Квадра (СИ) - Воронина Тамара - Страница 53

В невеликом вампирском доме был готов обед, такой простой и сытный – суп, котлеты и кисель. Потом магов уложили на кровати, а остальные прекрасно выспались на полу.

Теперь они оставили след, и возможно, скоро этот след возьмут преследователи. Придется опять удирать и драться, и вряд ли им будет так везти и впредь, и рано или поздно кто-то погибнет. Ладно, если Зар, невелика потеря, а если Таул? или эльфы? Вин еще слаб, у Ивина действительно сломаны несколько пальцев, и перед сном вампир-лекарь, приглашенный хозяином, сломал их заново, чтобы срослись не криво. И как бы ни были привычны к боли бывшие заложники, Дану было его отчаянно жалко, хотя вампир его и отваром напоил, и пилюльки какие-то дал.

Дан собирался купить лошадей, но поутру обнаружил на кухне еще одного вампира. Очень такого… уважаемого, это на его длинном и тонком носу было написано. Вампира, особенно неулыбчивого, было практически не отличить от людей. И так же, как люди, они не были поголовно красивы. Гай был исключением. Единственное, чем они не были похожи на людей, – это повальная худоба. Тонкая кость, отсутствие жировой прослойки. Среди них не то что толстых, упитанных-то не было.

– Рад приветствовать тебя, Дан Лазарцев. Нам известно о твоих проблемах. Ты намереваешься доставить своего пленника властителю? Ты его доставишь. Мы проводим вас.

– Что?

– Вас проводят вампиры. Никакие разбойники и даже никакие маги не рискнут вступать в бой с двумя десятками вампиров. Вас ждет спокойное путешествие. Мы предоставим вам кареты и верховых лошадей… но я бы рекомендовал вам ехать именно в каретах. Они будут… надежно защищены.

Похоже, он считал Дана то ли героем, то ли просто дураком, способным возражать. Нет. Вот уж – нет. Он давно привык использовать при необходимости эту теневую власть Нирута, ну как же – мы ж его перчатки, а ну быстро выполнять намеки, пока я тут до приказов не дошел, я в гневе страшен, вот возьму и хозяину нажалуюсь, а он немедля отрядит армию, чтоб наказать трактирщика за то, что обсчитал… А тут сами предлагают. И славно. Будь Дан разбойником, точно не стал бы нападать на два десятка вампиров, потому что самоубийство и здесь грехом считается. Любой вампир как боевая единица стоит примерно двух Данов. Даже под палящим солнцем. А высший вампир стоит трех не высших. Человеческому взгляду трудно даже уследить за движениями вампира, и жертва, как правило, вспоминает, что мимо кто-то промчался, когда у нее уже разорвано горло. Или, например, выдраны глаза.

Дан благодарно кивнул и улыбнулся:

– Только, уважаемый, позволь мне заплатить хотя бы за одежду. Поверь, мы ничуть не стеснены в средствах.

Уважаемый позволил заплатить за одежду и лошадей. Выехали, естественно, к вечеру. Ночь – время вампиров. Дорога неплохая, к тому же фонари здесь изобрели очень давно, потому что люди, случается, желают побыстрее добраться из пункта А в пункт Б. Карет было две, в одной расположились эльфы, во второй – остальные. Дан звал и Шарика, но тот отказался, он не особо любил тесные пространства, а рысить без устали мог часами. Надоест – сам запросится. Проблему Зара Таул решил в две секунды – провел рукой у него перед глазами, и тот мгновенно заснул. Дан придал ему горизонтальное положение, а сам устроился на мягкой и удобной скамье рядом с вампиром. И за те пару часов, которые Дан не спал, они разговаривали – обо всем и ни о чем.

Получалось, высший совет не только присвоил Дану звание почетного вампира, но и всерьез зачислил его в свои ряды, потому что Таул вроде ничего и не скрывал. И подтвердил догадку Дана о природе вампирской магии: да, воздействие непосредственно на психику. Любое. Зависит только от талантов. Вот Гаркель… (это сопровождалось едва ли не закатыванием глаз). А дочка у него послабее, зато красавица… (опять закатывание глаз, но уже не восторженное, а мечтательное).

Днем Дан и верхом прокатился, но в основном сидел в карете. Аль и носа не высовывал, Дан проверил: валяется на скамье и болтает с соплеменниками. Психологическую адаптацию им проводит. Чтоб привыкали быть свободными.

Шарик вечером решил проехаться культурно, как люди, а Таулу захотелось размяться, так что Дан вволю насмеялся, любуясь, как изощренно дракон издевается над Заром. То на ногу наступит, то хвостом заедет – уж так старательно он прикидывался неуклюжей тварью, что Дана-то ни разу и не задел, а вот, укладывая Дану морду на колени (для почесывания), хвост пристраивал на морду Зар, и не промахнулся ни разу.

Места были уже знакомые. Еще день, ну два – и покажется вдали белое чудо на синем озере. Вампиры иногда подсаживались в карету – отдохнуть от солнца, поспать пару часов – и держались так, словно когда-то учились с Даном в одном классе. Они были удивительно спаянной расой, дружной, какой-то цельной. Конечно, и у них имелись радикалы и даже революционеры, но пока революционеры, что называется, воззвания писали и теоретизировали, за ними просто присматривали, всячески пресекая намерения действовать. Случалось, молодежь выходила из-под контроля, как те несколько придурков, решивших, что они высшая раса, а люди – так, кормовая база, и обжирались до безумия. Но это было редко. Дан как-то интересовался статистикой, и получалось, что люди убивали вампиров чаще, чем вампиры людей. Общество истребителей, правда, было истреблено приказом еще прежнего императора. Император был человек простой, без особых изысков велел за предумышленное и спланированное убийство вампира казнить при большом стечении людей (подчеркнуто императорской рукою лично), а семью отправлять в ссылку. После десятка казней ряды общества стремительно поредели, а с оставшимися фанатиками справлялись уже местные власти. Или сами вампиры. На живца, например, ловили, как и истребители ловили их. Гулял по темным улицам один кровосос, с вожделением поглядывая на встречающиеся человеческие шеи, а как только на него нападали, откуда-то еще пара бралась, и четверке истребителей становилось совсем грустно. Потому что вампиры законопослушно тащили их к дознавателю, которому не соврешь. Просто и эффективно. Никакого самосуда. Никакого кровепития.

Подумать всерьез не удавалось. Ну, вроде как отвлекали беседами и мешало присутствие вампира, который может в сознание проникать. Но во-первых, отвлекался сам, причем охотно, а во-вторых, во что там проникать-то. Никогда не склонен был думать всерьез, и даже гены Гая не помогли. Если не дано, то уж не дано. Да и о чем думать? О враге? Информации маловато, так что смысла нет, до гениальной идеи, что властители тут ни при чем, Дан уже дошел, и Нируту ее непременно следует изложить, а там уж пусть посмеется вволю. О Камне? А о нем думать вообще вредно, вдруг решит поприсутствовать, а нафиг нам такое счастье. Можно только догадываться и ждать очередного вещего сна, который все-все объяснит и по полочкам разложит. И будет тогда Дану счастье. В сны верить научился, надо же. О Гае?

Не получалось. Почему-то не получалось. Может, Гай не велит? Блокирует там какой-то участок мозга и хихикает: живи настоящим.

Живи настоящим, Дан.

Бзик? Или нет? А все равно. Прав был эльф, высказав свежайшую, новейшую и гениальнейшую идею: ко всему привыкаешь. Даже к голосам в голове.

К одному голосу.

Еще и обижается.

Нечего иронизировать.

Почему ж это?

Ты принял меня?

Я от тебя никогда не отказывался, дубина. Ты всегда был со мной.

Пустота заполняется?

Нет. И не заполнится. Я б предпочел тебя живого. Рядом.

Я тоже.

А раз так – в чем проблема?

Ни в чем. Я так – поболтать. Раз голоса в голове есть, почему бы им не поболтать?

А Таул возьмет и подслушает.

Тебя? Не смеши. Тебя и Гаркель не слышал, не то что Таул. Ты не поддаешься нашей магии. Только они все равно в тебя верят.

Я такой хороший, в меня нельзя не верить.

Примерно так. Ты не сопротивляешься – и у меня получается лучше. Не нужно пробиваться.