Душа дракона (СИ) - Воронина Тамара - Страница 61

Он поклонился им всем, повернулся и неторопливо направился обратно. Наверное, Диль бы смотрел ему вслед еще долго, но Франк погнал их вперед.

– Он нас не нагонит, – тоненько сказала Лири.

– Нет, – мрачно бросил Илем, – но ты знаешь, он сейчас счастлив. У него, конечно, душа рыцаря, но может же он ненадолго стать драконом.

Франк бросил на него короткий взгляд и едва заметно кивнул. Как ни вслушивался Диль, не доносилось никаких звуков. Здесь тоже было мало птиц.

– Далеко нам? – спросил Илем, косясь на Лири.

– На себя посмотри, – беззлобно отозвалась она, – герой с мокрым носом. Мне уже хорошо. Кай что-то сделал, и мне сразу…

– Смотря как повезет, – перебил ее Франк. – Если лигами мерить, то недалеко. Если препятствиями, то не знаю.

Первая тварь встретилась к вечеру. В первый момент Диль даже не испугался. Нечто, похожее одновременно и на человека, и на чудовище из кошмаров, бросилось на них из-за деревьев. Диль увернулся от удара когтистой руки – определенно человеческой руки, разве что с длиннющими кошачьими когтями – и затанцевал по поляне, стараясь вынудить чудище повернуться спиной к остальным. Франк в два удара рассек ему хребет и отрубил голову.

– Они смертны, – втыкая меч в землю, сообщил он. – Просто невероятно сильны, быстры и ловки. Хороший способ, Диль, но только если тварь одна. А они, случается, охотятся группами. Тогда драться придется всем. Старайтесь быть вместе. Уязвимы у них точно те же места, что и у людей.

– То есть ежели в пах, то ему будет очень больно? – осведомился Илем, разглядывая весьма внушительный детородный орган твари. Лири смущенно отвернулась. – Не видела никогда, да? Не бойся, у людей существенно меньше.

Диль ткнул его локтем в бок, в ответ на что Илем оглушительно чихнул и выругался. Простуда его почти прошла после горячей бани, во всяком случае, кашель отпустил, но вот насморк еще остался. Герои… один с мокрым носом, второй – почти что с мокрыми штанами. Диля запоздало трясло. С этим драться?

– Они внушают страх, – тихо сказал Франк. – Пока живы, конечно. Я хочу сказать, они даже самых храбрых людей заставляют бояться. Страх либо парализует, либо наоборот придает сил. Помни об этом, Диль. Вперед.

Диль, конечно, запомнил, а проку-то, если не герой, так им и не станешь, главное хотя бы не пуститься бежать.

А они именно бежали, пока Илем в изнеможении не свалился наземь и не заявил, что умрет после следующего шага. Место для привала было подходящее: большая поляна, на которой росла только не особенно высокая трава. Франк велел Дилю не шариться по лесу в поисках дров, а срубить первое попавшееся деревце, что Диль и сделал. Франк извлек из мешка флягу и обошел место лагеря по кругу, аккуратно капая на траву сильно вонючую жидкость, потом капнул на сложенные дрова, и огонь занялся мгновенно. И по кругу – тоже. Значит, твари боятся огня.

– Это их не прогонит, но уж точно не привлечет, – сказал Франк. – Не любят они пламя. Но я не исключаю, что кто-то затаится поблизости.

– Будем начеку, – пожал плечами Илем и скривился – ушибленное место еще болело. – Или в основном ты будешь начеку, как я подозреваю. Я вообще подозреваю, что ты можешь не есть, не пить и не спать очень долго.

– Очень, – спокойно согласился Франк. – Но я все же подремлю немного, пока вы еду не приготовите. В любом случае… Впрочем, неважно.

Он лег возле костра, завернулся в одеяло и, похоже, быстро заснул. Диль быстренько соорудил ужин, но Франка они будить не стали, даже дракону нужен отдых.

Илем был мрачнее обычного. Смотрел в огонь, молчал, а потом вдруг произнес:

– Каждый умирает в одиночку. Только Хантелу… повезло.

– Ты не хочешь умереть один?

– Мне пофиг, Лири. То есть я вообще не хочу умереть, но если уж суждено, то без разницы, при свидетелях или в гордом одиночестве. И никто не узнает… Ведь есть же близкие у Ори и Кая…

– Я им сообщу, – сказал Франк из-под одеяла. – Обязательно. Для них это важно. И… Лири, я постараюсь сделать все, чтобы ты осталась в истории как принцесса, спасшая мир от зла.

– Это поможет? – тоненько спросила она.

– Нет. Пройдет сто лет или триста… и если ты в истории останешься, то лишь как принцесса, из-за каприза которой началась война. Но я сделаю что смогу. Родителям твоим скажу правду. Заставлю Райгуна оставить Канди и отпустить твоих братьев.

– А он откажется, – фыркнул Илем. – Ты защитник, ты ему ничего не сделаешь. Ну, защиты лишишь. Ой как он испугается…

– Он испугается, – жестко бросил Франк, – потому что именно короли знают, что это значит. От лишенного защиты дракона отворачиваются все. С другой стороны, если он сделает то, что я скажу, он прославится как великодушный король, оценивший жертву своей неудавшейся невесты.

В глазах Лири появилась надежда.

– Правда?

– Слово дракона, – просто сказал Франк. Не поверить этому не получалось.

– А для меня что сделаешь? – прищурился Илем.

– То, что ты хочешь. Но ты не хочешь ничего.

– Выжить я хочу, – возразил Илем. – А в историю войти – нет. Мне там делать нечего. Вот Ори и Кай – пусть. Им это нужнее. Ну, или их близким.

– Я смотрю, тебя все больше начинают занимать личностные проблемы.

– Ага, – тут же согласился Илем, – особенно если учесть, что прежде я интересовался исключительно мировыми.

Франк сел и обхватил руками колени.

– Зачем столько сарказма? Поверь, я не сомневаюсь в том, что тебя судьба мира интересует в последнюю очередь. Но почему ты не ушел, когда была возможность? После встречи с Сандуреном. Я не стал бы удерживать, а Сандурен обеспечил бы твою безопасность.

Илем уткнулся лбом в колени, но ненадолго, поднял голову и уставился в глаза дракона. Он снова пугал Диля, будто в нем жили два человека. По меньшей мере два.

– Не знаю! – бросил он. – Сам не знаю. Я не хочу спасать мир, предпочту спасти себя... Честное слово, я думал об этом. Пытался убедить себя в том, что должен исполнить именно миссию, а не попытаться спасти собственную шкуру. Не получилось. Я не понимаю, почему иду.

– Тоже мне, великая сложность, – фыркнула Лири, не обратив внимания на ожегший ее взгляд Илема. – Я раньше думала, что человек по-настоящему может знать только самого себя. А получается наоборот. Мне твои мотивы совершенно понятны. – Она подождала, но Илем молчал, и она продолжила: – Диль. Ты даже не осознаешь, насколько не хочешь нести еще одну вину. Не только Силли, но и Диль. Думаю, если бы он погиб, ты без малейших сомнений нас бросил.

Голубые глаза Илема даже посветлели. Диль приготовился его перехватывать, но это была не ярость. Прозрение. Вот каких слов нахватался.

– А и точно, – облегченно сказал вор. – А ты не такая уж идиотка, какой кажешься.

– А ты не такой циник, каким хочешь быть.

Она еще и язык ему показала.

– Погоди, – вмешался Диль. – Почему именно я? Не Ори или Кай?

– Потому что Ори и Кая уже нет, – ее голос дрогнул, – а Илем еще с нами. Потому что Ори и Кай могли постоять за себя. Потому что ни Ори, ни Кай не стали его друзьями. А ты почему-то стал.

– Почему-то, – проворчал Илем. – Именно что почему-то.

– Тоже просто. Он тебя не только понимает, но и принимает. Ты ему гадость за гадостью, а он все равно тебя принимает. Может, жалеет… погоди злиться. Жалость не всегда унизительна…

– И тогда она называется сочувствием, – перебил Франк. – Довольно уже. Он понял, Лири. А теперь быстро спать, вы должны быть отдохнувшими. Начинается самое трудное.

* * *

Он был прав. О, как он был прав. Здесь их больше не преследовали, похоже, Белый орден тоже не жаждал частично перевоплотиться в великих людей будущего. А тварей было много. Им везло – создания бездны большей частью нападали по одному, и убивал их почти неизменно Франк. Он всегда дрался едва не лучше воина Ори, но сейчас превосходил сам себя. Наверное, был драконом, не принимая этот облик. За ним невозможно было уследить, и даже твари, действительно очень быстрые и ловкие, не успевали повернуться, когда он оказывался позади и наносил молниеносный удар по пояснице, перерубая позвоночник.