Последний из Истинных - Волков Угрюм - Страница 42

прибывавшие подводы с каменной породой и песком для строительства. Впрочем,

время было обеденное и на досмотре, против правил, скучал всего один пожилой

стражник, да и строителей не было видно. У обочины, глотая пыль, сидел нищий,

явно иутайского происхождения.

– Подождать старшего придется, однако, – просипел стражник, загородив

дорогу устрашающего вида, секирой.

– Ты, что пугало, гербов не видишь? – процедил громила на козлах. – Уйди,

пока не зашибли!

– Не положено, однако, – стражник стал на раскорячку. – Вот начальство с

монастырскими вернуться, осмотр произведут, тогда и пропущу. А так без

подорожной, извините. Никак не могу.

– Эй, как тебя, там, – из окошка выглянуло слегка опухшее лицо. Знаешь меня?

– Да как не знать, чать двадцать годков тут служу.

А вы, господин управляющий, всегда монету, а то и две даете. Только сейчас

увольте. Никак не могу. Такие события, что за малейшую провинность, могут и

голову снять. Не говоря уж о том, что со службы попрут, а я не хочу сидеть рядом

вон с тем, вонючкой, – он ткнул тупым концом орудия в сторону

чего-то бурчащего себе под нос, иутайца.

– Слушай, – голос Реддока был сама патока, хотя как-то странно подрагивал.

Возьми двадцать монет, – мне обязательно надо обкатать эту телегу, на поле. Это

желание его высочества, а он за свои капризы всегда хорошо платит. А подорожную

тебе завезут через час, мои люди. Договорились?

– Э, – стражник нерешительно почесал затылок.

–Нет, – жалобно проскрипел он, видимо приняв окончательное решение. –

Боязно, однако, извините. Встаньте пока вон там, в сторонке, а то сейчас опять

каменья повезут.

–Ну, что ж, ты сам виноват, – угрожающе произнес верзила, ныряя правой

рукой под сиденье.

–« Не стоит красным окроплять

Мечи и землю, без причины

Усталый стражник будет спать

Сомнения свои, отринув», – голос вбивал каждое слово в уши участников

происходящего, словно гвозди. Гигант на козлах в оцепенении смотрел, как нищий

иутаец забирает у него из рук, заготовленный меч и усаживается рядом. Стражник

же, напротив, потерял всякий интерес к собеседникам, сделав стеклянные глаза и

отойдя в сторону.

–« И с легкостью проснувшись вмиг

Когда пылить карета перестанет

Забыв и нас и этот стих

Пусть снова службу исправляет», – иутаец закончил вбивать гвозди,

отвернулся от стражника, и выжидательно уставился на Тюбука ( а это был именно

он, чего уж теперь срывать. ) Тот в свою очередь оторопело смотрел на лекаря (

думаю, что и это тоже перестало быть секретом) Из кареты же вообще не

доносилось никаких звуков. Лесной житель какое-то время поиграл в гляделки, затем

нетерпеливо взмахнул рукой и повторил, медленно и внятно проговаривая каждое

слово : «… Когда пылить карета перестанет…»

– Ааа, …Нно пошли, не сразу встряхнулся верзила и схватил вожжи…

– Ты, конечно, оказался там во время, но дальше дело воинов. Тем более, что,

скорее всего, это будет нашим последним делом, – Грюх быстрым шагом ходил

вокруг « Грозы». Карета стояла в небольшом перелеске, в стороне от дороги, а

упрямый иутаец по-прежнему восседал на козлах рядом с молчаливым гигантом.

Связанный по ногам и рукам Реддок, лежал тут же у колес, отчаянно вращая

глазами.

– Лучше останься с этим, – продолжал разглагольствовать коротышка, указав

пальцем на управляющего. – А ближе к ночи, когда нас уже будет не догнать,

отпустишь его восвояси.

Лекарь продолжал изображать мумию.

– Тогда, нам придется его убить, – кровожадно проговорил Грюх, подступая к,

неистово задергавшемуся, пленнику.

– « Его с собой мы взять не можем,

Ну, что ж пускай в земле тогда сгниет

Кормить червей ведь кто-то должен

А Дух покой, пусть, обретет»., – равнодушно пожал плечами иутаец,

торжественно сделав благословляющий знак вконец, обезумевшему Реддоку.

– А, что б тебя, – раздосадовано, сплюнул Грюх и подошел вплотную к седокам.

– Ну, как тебе ещё втолдычить? Мы едем в хорошо охраняемое и укрепленное

имение Первого советника императора! !! Не на прогулку. Мы хотим его убить!!! Без

разговоров и вариантов. Он должен ответить за свое преступление. Тумак умрет и

мы, скорее всего тоже. Но зато эта гнида не сможет больше повторить, то, что

сделала и уйти безнаказанно. Понимаешь? А твоя смерть ни чему! Сиди в своем

лесу и песенки пой! И… Спасибо тебе за все!, – с этими словами Грюх попытался

силой стащить лекаря с облюбованного места.

–« Однажды встарь, один мужик

Другому укорял, что тот с женой его

когда-то переспал…

Что сын его, – ну просто копия с лица

И, что пришла пора угробить подлеца

Топор востер и кровь – река

За преступление – висеть за шею

– Мой муж! Сын мой, не твой, –

у эшафота плакала жена,-

но не его –убитого тобою. Прости, поверь.

– А он каков! Знал и молчал.

Любя, когда его рубил топор твой

Гулящею младой была

Но, среди многих ходоков

Любови истинной – его, не знала лишь одной…», – лекарь легко стряхнул с

себя воина и, раскатив глаза по – разным сторонам, занялся излюбленным делом –

раскачиванием худосочного туловища.

– Не понял, – Грюх в искреннем недоумении развел руками.

– Он хочет сказать, что прежде, чем казнить Тумака, мы должны убедиться в

его виновности, – мрачно вступил в диалог Тюбук. – А, для тех, кто на безногом осле,

не поспевает за караваном, поясняет – то, что лежит на поверхности, не всегда

является истиной.

– Вот это речь!, – Грюх восхищенно подпрыгнул на месте. – Воистину наш

иутаец лечит все, даже врожденное отсутствие мозгов. Подумать только! Мой

долговязый друг умеет так говорить. Но, шутки в сторону, – коротышка враз

посерьезнел. – Лекарь идет с нами, а дальше по обстоятельствам. – Что будем

делать с конюхом? Нам ведь действительно не нужен отряд мешающихся под

ногами воинов, или того хуже монахов!

– Реддок! Ты отправишься назад, найдешь Ниолая.

Скажешь ему следующее : тот, кого когда-то он знал под именем Ли – Хо, в

сопровождении двух воинов, отправился в имение Первого советника, с целью

произвести расследование согласно кодекса интуитов – инквизиторов. Передашь

ему, вот – это.

Грюх, выглядивший, слегка контуженным, с изумлением наблюдал, как лекарь

развязывает пленника и передает ему, старое, потертое серебряное кольцо. Реддок

же, взглянув на гравировку, отдал быстрый поклон нищему и, что было духу

припустил в сторону города.

– Это как-то неожиданно, – изумленно проговорил коротышка, проводив

взглядом управляющего. – Да и не в рифму, – ехидно добавил он не удосужившись

ни слова, от, вновь взгромоздившегося на козлы интуита.

–« Уж ночь близка. Дорога ждет!

Садись в карету иди…»

– Ну вот. Снова за старое. Да ещё и с нецензурщиной, – Грюх погрозил

кулаком, плохо прячущему улыбку, верзиле и легко нырнул в « Грозу»…

Воздух в мрачном подземелье отдавал железом. Запах ржавого металла

давил, как на обоняние, так и на осязание обоих сокамерников. Хотя, в том, что их

заключение проходит именно под землей, полной уверенности не было. Просто на

окнах не было привычных решеток, за отсутствием самих окон. Все, что было, в

довольно просторной камере, так это дверь, с узким раздаточным затвором, да

тусклая лампа, наглухо вмонтированная в потолок, так, что было непонятно, каким