Последний из Истинных - Волков Угрюм - Страница 71

когда пошатнется власть императора. Власть, а не какая-то там вера. Целители, –

вот кто не давал покоя душе оскорбленного повелителя. Независимые и непокорные

интуиты. Именно на них, рано или поздно, должна была обрушиться месть Донники

Су. В первый же подходящий момент. Месть, а не вера. Власть, а не забота о

Ковчеге. Я всегда это знал, – широкое лицо поднялось, нагло смотря на вскочившего

вне себя от гнева, императора. А Донника, увидел, столь ожидаемое пламя,

разбушевавшихся свечей в глазах учителя и, прежде, чем успел хоть что-то

произнести, Ша-То поднялся и возбужденно повторил: – Да, император! Я всегда

знал, что ты захочешь отомстить. Им, – прошедшим обучение на скале.

Обладающим знаниями и способностями. Моим братьям по школе и вере. И… Я

помогу тебе в этом!

От неожиданности Донника снова сел.

– Ты, все правильно рассчитал, – продолжил учитель, повысив голос, закипая

все больше и больше, и глядя на Су, сверху вниз. –Я, действительно ненавижу их

всех. Но кое в чем ты все же ошибся император! Нет никакой армии! Нет! Я ждал! О,

как я долго ждал этого разговора. Но ты все выжидал и выжидал. А девочки

достигают восемнадцати и становятся опасными. Они бездействуют и застаиваются.

Им нужна кровь, а приказа все нет. Что ж, выход есть и они умирают. Ведь пока ещё

девчонки верят своему учителю и не знают о яде на наконечниках своего оружия. А

тренировки идут непрерывно. И вот уже новая партия малолеток начинает свою

жизнь в нашей школе. Короткую, потому, что их император все чего-то ждет, но не

бесполезную. Нет, потому что их учитель тоже учится. Он совершенствуется в

хладнокровии и сдержанности. Ему больше не надо убивать каждый день, как это

было когда-то давно. Он научился ждать. Как и его император, – Ша-То задохнулся и

сел рядом, с ошеломленным Донникой. –И, он благодарен ему за это, – слова

учителя с трудом выходили из пересохшего горла. Безумный взгляд блуждал, но

огонь уже погас и вскоре, Донника увидел все ту же неиспользуемую свечу, со слегка

тлеющим фитилем.

-Так, что никакой армии, спрятанной где-то там, в горах, не существует, – уже

тихо проговорил Ша-То, спокойно глядя в глаза императора. – Двадцать

воспитанниц, постоянно находящихся в моем распоряжении, ну и довольно большое

количество обглоданных костей, растасканных схорами, тиграми и падальщиками, –

по всему хребту. Но, -добавил он, не отводя взгляда от пребывавшего в шоке

Донники, эта двадцатка дорогого стоит и ты сможешь в этом убедиться.

Донника, оглушено молчал, глядя на, сидящего перед ним безумца и не знал,

что делать дальше. Ему и в голову не могло прийти, какая участь ожидала девочек,

десятками, пропадавших в деревнях. Он делал все, что бы списать эти

происшествия на бандитов и монстров Темного, полагая, что, за исключением

неизбежных потерь, в остальном все ученицы живы и здоровы. Да и постоянное

увеличение средств на расходы, которого требовал Ша-То, при каждом посещении,

убеждало его в этом. А теперь, рисовавшаяся перед ним красочная картина

чудесного войска, насчитывавшего не менее сотни бойцов, знающих, как бороться с

интуитами, рухнула. Вместо нее, перед глазами императора проплывали сцены

загробных страданий, уготованные таким грешникам, как он и, в роли палача в них

неизменно выступал недавний мальчик-посланник Светоносного.

– Деньги, которые ты мне привозил, на содержание армии, почти все целы и ты

можешь ими воспользоваться в любой момент, – произнес Ша-то, по-своему

истолковавший молчание Донники.

-Двадцать, только двадцать, оставшихся в живых, – пробормотал император,

опустошенно глядя прямо перед собой.

–Да, но это четыре боевые пятерки, – подхватил Ша-То, не желая понимать

угрызения совести Донники. – Их вполне хватит, чтобы провести операции

устрашения в Льюире и Храме Святых старцев. Также пять «Листев», должны будут

направиться в имение Тумака и последняя группа, проникнет во дворец к Лиураю,

чтобы взять под контроль его личную охрану из интуитов. Поверь, император, мои

девочки справятся с этой задачей легко, и ты даже не увидишь разницу между

сотней и двадцаткой. Однако я на твоем месте беспокоился бы о, другом, – Ша-То

пристально вглядывался в глаза Донники, стараясь определить, о чем тот думает.

Император же казалось не слышал его, вспоминая слова, Чу и с ужасом понимая их

справедливость. Перед ним спокойно разглагольствовал палач, ни в чем не

повинных детей, которых бесстрастно отдал ему в руки он сам, движимый лишь

чувством мести. Однако следующая фраза учителя все же вывела его из

прострации.

– Война с интуитами и Арикой, неизбежно привлечет внимание Святой церкви

и Ниолая, – Ша –То увидел проблеск интереса в глазах своего визави и быстро

продолжил: – Не думаю, что он не сможет ничего противопоставить нашему

вторжению. Его следует ликвидировать, и сделать это могу только я. Но в обмен на

эту услугу, я тоже кое-чего попрошу у тебя!

– Чего? – губы императора раздвинулись в недобром оскале. – Ещё сотни –

другой, малолеток?

– Напрасно ёрничаешь, мой повелитель, – Ша-То подскочил и глаза его снова

загорелись. – Я нужен тебе и ты это знаешь. Под одеждой у тебя есть

что – то, что заставит тебя забыть о вынужденных потерях, какими бы

ужасными они тебе не казались. У тебя ведь теперь, помимо неуемной жажды

власти есть ещё и миссия, о масштабности коей я даже не хочу предполагать! И

взамен, я прошу лишь малость. Отдай мне, Чу. Я знаю, что как искренний верующий

ты не хочешь его смерти.

Но, извини. Мне мало просто убить его. Я хочу, что-бы ты отдал этот приказ.

Разумеется, после того, как я и мои воспитанницы выполним твои пожелания.

Согласен?

Император медлил с ответом. Он уже принял решение, но озвучивать его не

спешил, снова и снова мысленно обращаясь к Солнценосному с просьбой дать ему

хоть какой ни-будь знак. Но, господь на этот раз был нем, предпочитая чтобы

человек делал сам свой выбор. Донника глубоко вздохнул и жестко произнес: – Ты

верно назвал все места, куда я хотел нанести удар. Тебе и твоим людям надлежит

немедленно отправляться в путь, – маски были сорваны, и перед Ша-То стоял

сейчас правитель, готовый казнить за малейшее неповиновение. – Но, без приказа о

начале действовать, ни один волос не должен упасть под клинками твоих воинов, ни

единой капли крови не должно быть пролито, иначе, клянусь богом, ты пожалеешь,

что тебя не казнили сорок лет назад.

– Я повинуюсь, – по лицу учителя бродила снисходительная улыбка, как будто

ему была по душе резкость Донники, и он давно ждал этой жесткости с его стороны.

– Что должно будет служить сигналом к действию?

– Объявление о моем визите к императору Арики, – кратко бросил Донника, и

ни слова больше не говоря, вышел прочь из ледяного дома.

Ша-То проводил его почтительным поклоном, внутренне ухмыляясь. Надутый

индюк, раздувшийся от важности своего мифического предназначения, только, что

оправдал жизнь Ша-то, в его собственных глазах. Учитель всегда немного стыдился

своей неуемной тяги к убийству, но теперь все сомнения ушли. Раз уж сам

богобоязненный Донника-Су, согласился на убийство оплота веры Иутайского

государства, то, что за спрос может быть с простого целителя? А может быть речь

идет о великом предназначении для него самого – учителя Ша-то? – интуит с трудом

подавил нахлынувшее на него при этой мысли возбуждение, и бешеное желание

убить. Перед глазами его уже замелькали сладостные картинки бьющейся в агонии

низкорослой брюнетки, но он все же сумел сосредоточиться, переключив свое

воображение на планы мучительного умерщвления, Чу. Спустя, немного времени