Последний из Истинных - Волков Угрюм - Страница 74

мысли. Смягчало только одно – она искренне хотела угодить ему, даже если по

какой либо причине он умрет раньше осуществления своих планов.

– Только Доннику? – в ангельском голоске не промелькнуло и тени насмешки.

– Проклятье! Нет! Ещё должен умереть старый Чу, на скале интуитов. Но перед

этим он должен обязательно получить от меня привет и пожелание, как можно

дольше мучиться! Ещё вопросы? – теперь Ша-То, пребывал в стадии плохо

контролируемой ярости.

– Нет, – пискнула Птаха и поспешно выпорхнула из юрты. Тень, Мать и Краса,

низко поклонившись на прощание и забрав, приготовленные кошели, последовали

вслед за ней. Деньги для Птахи, забрала Мать. Догнав статную фигуру соперницы,

она молча передала кошель девушке и неожиданно тепло улыбнувшись, быстро

отошла к своим людям. В это время на пороге своего жилища появился учитель. Он

смотрел, как слаженно и быстро собирались в поход его отряды, и диковато

улыбался. Ша-То гордился собой. Ему удалось подавить в себе зверя и теперь,

птенцы разлетаются из смертельного гнезда. Он не сможет добраться до них, а

девочки получили приказ, не искать его. Это победа. Конечно, Ша-То, понимал, что

она не окончательная и будет ещё много соблазнов, но отпустить заведомо

обреченную добычу… Это почти подвиг.

– Пойдем вместе? – Краса подошла к Матери, украдкой оглядываясь на,

занимавшегося самолюбованием, учителя.

– Нет, – любимица Ша-То, скрупулезно проверяла котомки, за плечами двух

чернявых девчушек лет четырнадцати. Вся группа стояла уже в начале узкой тропы,

ведущей вниз, к подножию гор, откуда недавно прибыл Донника. – Я подберу

близняшек, и зайду в Льюир с востока. Твой же путь будет гораздо короче, если

пойдешь напрямик, через долину. Да и нельзя нам всем вместе, такой толпой то, –

Мать закончила осмотр и удовлетворенно кивнула, посмотрела в глаза Красе.

– Знаю, – та лениво отмахнулась. Я просто так подошла, – она чуть замялась, –

вроде не свидимся больше. Хотела предупредить. Ты опасайся этой суки, – Краса

скривила уголок губы в направлении, выстроившей свою четверку Птахи. – С нее

станется, может не забыть свою глупую любовь и…

– Не надо, – Мать мягко остановила разнервничавшуюся подругу. – Ты же

знаешь, что она не такая. Просто он для нее – всё, – девушка на миг замолчала. –

Впрочем, как и для каждой из нас!, – она вдруг резко оборвала себя. – Ты прости, но

мы выходим прямо сейчас, – Мать порывисто обняла Красу, и, поклонившись на

прощание всей высыпавшей во двор школе, резко пошла по тропе. Брюнетки плавно

засеменили вслед за ней. Ша-То со смешанными чувствами посмотрел ей в спину, и,

не желая больше никого провожать, зашел внутрь своего дома. Краса, наблюдавшая

за этой картиной, увидела, как побелевшая от ярости Птаха, бросила взгляд, полный

ненависти вслед уходящей троице, и укоризненно покачав головой, пошла,

заниматься сборами своих людей…

« Клочок Неба», встретил императора, как и всех восходящих. Без всякого

почтения к высокому сану. Холодом, пронизывающим ветром и мрачными,

аскетичными лицами интуитов. Донника смотрел на безразличное лицо Чу, и вдруг

понял, что наставник похож на Ша-То, как брат близнец. Нет, не внешне, но вот этим

показушным безразличием и мнимым всезнайством. Вот этой попыткой показать

свое превосходство над любым человеком, даже над своим императором. Что

находится под этой маской? Такой же больной, как учитель в далекой Оссии? Или

нормальный человек, просто не желающий подчиняться? А быть может ещё, что

нибудь такое, о чем Донника, даже и предполагать не смеет? Однако, сейчас Су,

был не намерен разгадывать эти загадки. Обратный путь из Оссии и Арики, вплоть

до скалы Цо, прошел, мгновенно, словно о сне. Тянь, видя состояние правителя,

запретил своим людям разговаривать в пути, несмотря на то, что это могло вызвать

ненужные подозрения. Но, Доннике было все равно. Перед его глазами проносились

кровавые картины убитых девушек, затем вдруг всплывало лицо мальчика –

посланца, почему-то с уродливой огромной головой, твердящей о предназначении.

Су словно в лихорадке отмахивался от него, но башка сменялась, на лицо Ша-То,

которое спокойно смотрело на Доннику, словно успокаивая и говоря, что все будет в

порядке. А когда император начинал возбужденно доказывать ему, что дело

Солнценосного не может зависеть от, психованного убийцы, вновь появлялся

мальчик, в первоначальном обличье и грозно напоминал Доннике, чтобы он не

пытался понять господни пути, своим смертным, человеческим умишком… Донника

на время успокаивался и даже видел Тяня, маячившего рядом с каретой.

Воспользовавшись минутами просветления, император начинал истово молиться,

прося бога наставить его на путь истинный, но у него сразу начинала раскалываться

голова, и все возвращалось по кругу. И сейчас, он, вконец, измотанный, смотрел на

равнодушное лицо Чу, думая, с чего начать. Как убедить этого невзрачного

старикашку отдать приказ целителям, если его самого все ещё гложут сомнения?

Какие слова надо сказать? И что он должен услышать в ответ?

Чу, с раздражением посмотрел на молчавшего императора и переступил с ноги

на ногу, всем видом показывая, что долго ждать он не намерен.

В глазах Донники потемнело от ярости, и он решил не отступать, от

первоначального плана.

– Чу, – выкрикнул он, с такой силой, что, мгновенно среагировавшие «

Крокодилы», выхватив арбалеты, взяли под прицел наставника и ещё шестерых

учителей, застывших на площадке. Почуяв напряжение, со всех сторон, к старшим

начали подтягиваться ученики.

– Разве медитация закончена? – невозмутимо произнес наставник, с жесткой

мягкостью, взглянув на молодых целителей. Те, немедленно разошлись по местам.

– Что привело правителя нашего государства в столь отдаленное от столицы

место? – против ожидания, учтиво произнес наставник.

Решение пришло к, Доннике, мгновенно. – Вот это, – спокойно произнес он,

резко выдернув из-под кимано, подарок Солнценосного. Тянь стоявший чуть позади

императора, при виде сверкнувшего золотом плаща, от неожиданности крякнул.

– Правитель позволит? – вопросительно произнес Чу, с плохо скрываемым

любопытством глядя на артефакт. Император кивнул. Чу, коротко махнул рукой

младшим учителям, и те с неохотой разошлись, оставив наставника наедине с

Донникой и его людьми. Су последовал его примеру и таким же знаком отослал

телохранителей. Наставник прикоснулся к плащу, который Донника не выпускал из

рук и закрыл глаза… Пауза, казалось, будет длиться вечно.

– Многое зависит от обстоятельств, при которых мой император получил это, –

наконец произнес он, выпустив чудесную ткань и на шаг отступая от Су.

– Ты даже представить себе не можешь насколько прав, – Донника быстро

убрал подарок под одежду. – Вся судьба Ковчега зависит от этого и от того, как ты

отреагируешь на мою просьбу, – последнее слово далось ему с очевидным трудом.

– Тот, кто передал мне это, указал на предателей веры, готовых в любой момент

уничтожить Границу и принять веру в Темного. И это не просто какой-то там,

заблудший и оступившийся крестьянин, но глава самого мощного государства и все

его правительство. Со дня на день они нападут на Иутай, да и на Оссию тоже. Ты не

можешь не знать про это.

Чу вместо ответа опять прикрыл глаза. В Ковчеге явно творилось неладное.

Сначала этот Приближенный, затем слухи о готовящейся к войне, Арике и о

кровавой бойне в Храме Святых Старцев. Теперь вот император с накидкой такой

мощи, что, сомнений в её божественном происхождении и быть не может. Вот только

природа этого божества неясна до конца, но то, что артефакт призван бороться с