Шанс на жизнь, шанс на смерть - Киселева Алена - Страница 12

— Простите, нельзя ли мне взглянуть на неё. Я иду из Кобёра и, стыдно признаться, сбилась с пути.

Господи, как она ухитряется выдавать такие заковыристые фразы?.. В моё время так не говорят, наверно, даже при дворе английской королевы… Ориен взяла карту из моих рук и принялась водить по ней пальцем.

— Куда вы держите путь, если не секрет? — вдруг спросила она, поднимая взгляд.

Говорить, что направляюсь туда, где на карте белое пятно, я сочла неразумным и ответила нейтрально:

— Я просто путешествую. Пока планирую двигаться на северо-запад.

— Значит, нам по дороге? Если вы…

Я устало выдохнула и закатила глаза.

— Послушай, давай на «ты».

«Надеюсь, это сделает её речь хоть немного проще для понимания», — мысленно добавила я.

— Хорошо, — несколько неуверенно согласилась Ориен. — Мы могли бы…

— Поскольку нам в одну сторону, мы можем ехать вместе, — невежливо перебила я, опасаясь, что в её исполнении это предложение растянется на полчаса.

— Да, именно это я и хотела сказать, — несколько ошарашено пробормотала Ориен. — Только, боюсь, я буду вас… тебя задерживать, ведь вы… ты верхом, а я не эксплуатирую никакое бессловесное существо.

Я подавилась чаем и согнулась, смешно вытянув перед собой трясущуюся руку с кружкой, кашляя и задыхаясь. Ориен испуганно отшатнулась от меня, но почти тут же, досадуя на себя, вернулась на место.

— Думаю, на Арктуре можно ехать вдвоём, — просипела я, откашлявшись, и совсем тихо добавила. — И ничего я его не эксплуатирую…

Девушка всё же услышала и яростно сверкнула глазами — не то в ответ на моё предложение, не то из несогласия с моей последней репликой. Ей, пожалуй, стоит основать какую-нибудь организацию по защите диких лошадей… и ослов… и мулов…

— Если это несчастное животное не может сказать, что ему неприятно таскать у себя на спине несколько пудов груза… — разъярённо начала Ориен.

— То оно вполне в состоянии было скинуть меня на землю, когда я два дня ездила на нём без узды, — резко парировала я — меня уже начинало раздражать её странное поведение.

В яростно горящих глазах Ориен блеснуло удивление, она повернулась к Арктуру, неподалёку от которого не очень аккуратно лежало седло, но никакой другой упряжи видно не было.

— Арктура собирались продать коллекционеру. Я хотела избавить его от столь печальной участи, поэтому выкрала его, совершила, можно сказать, противозаконный акт, но в конюшне смогла найти только седло.

Ориен несколько смутилась, но сбавив тон, всё же попыталась возразить:

— Ты могла отпустить его на волю.

Мне, конечно, такая оригинальная мысль и в голову не приходила, но я не растерялась.

— Не смеши! Такого породистого и красивого коня тут же кто-нибудь подберёт. И что с ним станет?

Подтверждением моей полной и безоговорочной победы стало то, что Ориен не нашла больше аргументов, неискренне извинилась и обещала поехать верхом. Спать я легла с чувством полного удовлетворения.

…Арктур шёл, как обычно мягко и словно бы не замечал удвоенной ноши. Ориен расположилась впереди меня, она сидела боком и вела себя несколько неуверенно, опасаясь лишний раз шевельнуться или коснуться гривы коня. Её поведение казалось мне, мягко говоря, странным, но я не стала допытываться. Вдруг всё это связано с какой-нибудь душераздирающей историей, после которой у неё не то конофобия, не то кономания… Около пяти безупречно чистое небо начало затягиваться свинцовыми тучами, ураганный ветер буквально сдувал с седла, особенно шатко сидящую хрупкую Ориен, вцепившуюся мёртвой хваткой в мою немеющую руку. Поэтому когда впереди показалась дубовая роща, я с облегчением вздохнула и торопливо предложила:

— Устроим здесь привал, хорошо?

С вымученной улыбкой отлепив пальцы Ориен от своего запястья, я спихнула её с седла и спрыгнула вниз сама — мои ноги коснулись земли одновременно с первыми каплями дождя. Арктур настойчиво потянул меня в рощу, я не стала сопротивляться. Стоило нам войти под кроны деревьев, как небо рассекла ветвистая молния, словно спецэффект из фильма ужасов. Открывшийся за широкими стволами вид вполне соответствовал мрачноватой атмосфере: в центре рощи возвышалась каменная горка, больше всего походящая на склеп с полуобвалившимся входом в виде арки. Ориен бодро встряхнулась, во все стороны разбрызгивая воду с волос, и молнией метнулась к укрытию наперегонки с Арктуром. Мне оставалось только развести руками и последовать за большинством.

Вход в подземелье встретил нас выщербленными ступеньками, уходящими в темноту. Любопытным взглядом я жадно уставилась вниз — Ориен подозрительно заглянула мне в лицо и, будто прочитав мои мысли, осторожно сказала:

— Это не кажется мне хорошей идеей…

— Да, — легко согласилась я, — без света туда соваться не стоит. Фонарик бы…

И тут меня осенило: из трудной ситуации выведет универсальный помощник цивилизованного человека — сотовый телефон! Найти оный в сумке было сложнее, чем иголку в стоге сена, но я справилась с этой задачей в рекордный срок. Аккумулятор оказался заряжен всего на одну треть, света от экрана хватало буквально на полметра — хилая, конечно, замена факелу, но за неимением лучшего…

— Пойдёшь со мной? — повернулась я к Ориен.

Та, будучи совсем не в восторге от моей идеи, неопределённо скривилась. Впрочем, я не стала дожидаться вразумительного ответа и начала осторожно спускаться по растрескавшимся от времени ступеням. Кое-где по углам на них даже рос сухой мох и ещё какие-то растения-паразиты, названия которых я не знала. Когда сзади послышались быстрые шаги, я успела преодолеть около полутора десятков ступенек и была вынуждена включить фонарь, то бишь раскрыть телефон, тут же весело засветившийся матово-голубым.

Спускались мы довольно долго: глубина была приличная, а чтобы освещать ступеньки под ногами приходилось опускать руку до уровня колен, что причиняло вполне ощутимые неудобства, но, в конце концов, лестница была преодолена. В загадочном подземелье, путь до которого оказался довольно долгим, рассмотреть мы смогли только земляной «пол» и ничем не примечательную каменную «стену» — влажную и замшелую на ощупь.

— Позволь спросить, — издалека начала Ориен, брезгливо ковырнув ногтём грязно-зелёный гранит, — не удовлетворит ли тебя созерцание сего заповедника мха и плесени?

— Другими словами, собираюсь ли я идти дальше или нет? — привычно перевела я. — Так всё интересное — впереди, как можно остановиться на полпути?

Девушка вежливо промолчала, только с силой пнула ни в чём не повинную стену — я бы, наверно, ногу сломала, а ей хоть бы что — и с обречённым выражением лица пошла за мной. Правда, метров через сто нам вновь пришлось остановиться: неверный свет от телефона выхватил из тьмы острый край обрыва, мрак за которым можно было бы рассеять разве что прожектором. У правой стены мне удалось разглядеть узкий карниз, покрытый подозрительными трещинами и сколами.

— Похоже, дальше только туда.

Ориен покорно перевела взгляд на предполагаемый путь, на её лице в течение нескольких секунд отражалась борьба между любопытством и нежеланием рисковать, но говорить она так ничего и не стала, предоставив право выбора мне. Заставив меня вздрогнуть, телефон в руке тревожно завибрировал, сообщая о своей разрядке, и хотя обычно он возмущался так по целому дню, мне стало не по себе оттого, что мы можем остаться на краю обрыва без света. Но я всё равно бесстрашно шагнула на карниз и двинулась вперёд. Осторожные шаги эхом раздавались по всему подземелью. Света хватало на совсем маленький кусочек карниза, поэтому идти приходилось чрезвычайно медленно: переступать границу видимого участка было неоправданно опасно. Небольшие разломы попадались практически на каждом шагу, из-под ног сыпалось каменное крошево, с сухим шорохом падая в пропасть. Я подняла руку с телефоном повыше, силясь разглядеть чуть больше, и, скептически усмехнувшись увиденному, остановилась.

— Что-то не так? — тихо спросила Ориен, а эхо насмешливо ей ответило: «Не так, не так!»