Шанс на жизнь, шанс на смерть - Киселева Алена - Страница 55

Да, весёлого мало… Раз работники так нужны им, наверное, тюрьма охраняется как Белый дом, а главное, мои потенциальные враги на своей территории… Что я могу на глубине? Даже мои передвижения строго ограничены набором воздушных тоннелей, гостиницей и, судя по всему, тюрьмой…

— Ладно, спасибо за помощь, мне нужно идти, — несколько рассеянно поблагодарила я.

Сделав пару шагов назад, я с разбегу перемахнула пролом, поскользнулась на мокром полу, но на ногах удержалась. Положение равновесия я себе вернула посредством упора в стену и, выждав секунду для утверждения в точке покоя, бодренько зашагала вперёд, однако далеко не ушла.

— Постой! — окликнул меня парень, вынуждая остановиться и обернуться. — Я провожу тебя.

Он легко спрыгнул в воду, что-то сказал друзьям и, махнув мне рукой, поплыл параллельно тоннелю. Стараясь не отставать, я поспешила за ним. С каждым метром тоннель становился всё более обветшалым, стены покрывала сетка тоненьких трещин, из которых сочилась вода, скапливающаяся на полу несимметричными лужицами. Будь они из стекла, по моим представлениям, давно должны бы лопнуть под давлением, но здесь ничего подобного происходить не собиралось. Всё чаще попадающиеся проломы в полу служили естественными водостоками, благодаря им лужи не достигали экстремальной глубины, однако на голову неприятно капало, одежда, и до того достаточно сырая, промокла окончательно, и становилось, мягко говоря, не жарко. Впрочем, тоннель близился к своему логическому завершению, то бишь к тупику. За очередным изгибом совершенно неожиданно выросла стена — хотя это, пожалуй, слишком громкое название для ветхой плёночки, колышущейся от малейшего волнения воды и прорванной в нескольких местах. В полу зияла огромная дыра, из которой уже выглядывал мой добровольный провожатый, всё-таки обогнавший меня на пару минут.

— Там, — он махнул рукой куда-то за спину, — здание тюрьмы. Внутри она полностью приспособлена для сухопутных существ, но нет ни одного помещения, куда бы не было доступа охране. За периметром следят, да не слишком ретиво — особой необходимости в этом нет. В основном охрана сидит в небольшой пристройке. Днём заключённые находятся на руднике, кроме тех, кто официально ещё не осуждён. Думаю, твои друзья всё ещё в этом шатком положении. Люки, ведущие внутрь, заперты на простые засовы и снаружи туда легко проникнуть, однако надо преодолеть определённое расстояние под водой, на что при человеческой скорости у тебя может не хватить воздуха. В этом я тебе помогу и постараюсь дождаться твоего возвращения, но остальное от меня не зависит.

— Конечно! — горячо закивала я. — Это даже больше, чем я могла рассчитывать… А можно глупый вопрос? Почему вы мне помогаете?

— Я всегда встаю на сторону того, кого считаю правым, — улыбнулся парень и протянул мне руку. — Поплыли?

— Сейчас… — рассеянно ответила я, мысленно борясь со стойким нежеланием лезть в холодную воду.

Совесть всё же победила; я решительно скинула сапоги и куртку, положила на более-менее сухом участке пола вместе с сумкой и мечом и смело прыгнула в дыру. Первой мыслью было: «Брр, как холодно!!!». Но додумать её мне не дали: хладнокровный в прямом смысле слова рыб схватил меня за руку и потащил на глубину — я едва успела вдохнуть. Громоздкое здание тюрьмы стремительно надвигалось — сама я плыла бы минимум в два раза медленнее. Мрачная угловатая постройка зиждилась на нескольких опорных столбах метрах в трёх от дна и не имела ни окон, ни дверей, как в той самой общеизвестной загадке; расстояние от тоннеля до ближайшей стены действительно оказалось немалым — несмотря на впечатляющую скорость, ещё на подходе я почувствовала острую нехватку кислорода, а, когда мы поднырнули под постройку, уже смутно воспринимала действительность и откровенно булькала.

Резкий толчок — и я почувствовала под собой твёрдую поверхность, а вокруг — воздушную среду. Первая попытка вдохнуть не удалась и вылилась в длинный приступ кашля, который, впрочем, поспособствовал освобождению лёгких от нетипичной для них жидкости. Отплевавшись и не без труда поднявшись на колени, я подняла мутный взгляд: мой провожатый по пояс высунулся из открытого в полу люка и, обеспокоенно наклонив голову, наблюдал за мной.

— Всё нормально. Спасибо, — уточнила я.

— Хорошо, — деловито кивнул он. — Я закрою люк, но не буду его запирать и постараюсь быть рядом, пока ты не вернёшься. Но поспеши, не хотелось бы объясняться с охраной.

Улыбнувшись, парень нырнул, глухо хлопнув крышкой люка, и я осталась одна. В обе стороны разбегался широкий пустой коридор с несколькими ответвлениями. Кое-как поднявшись на ноги, я зябко поёжилась и, обречённо вздохнув, поплелась в первом попавшемся направлении.

Тюрьма оказалась не просто большой, а огромной. И, главное, ощущения запустения не складывалось, несмотря на то, что ни один человек мною встречен не был. Я осмотрела несколько десятков камер — все они выглядели обжитыми, будто хозяева, если заключённых можно так назвать, покинули комнату пару минут назад. Кроме бесконечных коридоров и жилых помещений, я побывала в просторной столовой с каким-то неприятным запахом тины и застоявшейся воды в воздухе, а также в инвентарной, где по полкам аккуратно лежали инструменты, рабочая одежда, пустые мешки. Всюду бросалось в глаза огромное количество люков в полу, хотя, в общем-то, их число было вполне оправдано необходимостью следить за заключёнными и неким образом отправлять их на принудительные работы…

Время шло, силы уходили, а вместо них подкрадывалось отчаяние; я устала и замёрзла, отсутствие окон угнетало, дышать становилось всё трудней: здешний воздух явно имел не такой состав, как на поверхности, да и давление наверняка не соответствовало норме. Теперь я понимала, отчего подводные узники быстро теряли здоровье: заниматься физическим трудом и жить в условиях недостатка кислорода, сырости и холода на протяжении длительного времени сможет далеко не каждый, а если кто и справится, последствия для него будут серьёзными и, скорей всего, необратимыми… Тяжело дыша и еле переставляя ноги, я вышла в очередной коридор с рядом дверей, ведущих в камеры. С твёрдым намерением сделать передышку я дёрнула за ручку первой из них… и тут, как назло, мне повезло.

— Полесия!!! Ты пришла за нами?!

Кейрен с детской восторженностью бросился мне на шею… в буквальном смысле бросился, под шумок попытался поцеловать меня в губы, но я, разгадав его замыслы, увернулась, подставив щёку, и с усилием отпихнула его.

— Мне приятно, конечно, что ты так рад меня видеть, но давай поспокойнее, — окончательно отстраняясь, попросила я и, посмотрев за спину Кейрена, встретилась глазами с Игнисом, как всегда, невозмутимым.

— Надеюсь, он прав, и ты пришла сюда по собственной воле? — спокойно и чуть насмешливо поинтересовался он. — Иначе радоваться тут было бы нечему.

— В кои-то веки Кейрен действительно прав, — улыбнулась я. — Это не слишком продуманная, но всё же спасательная операция. А вот почему вы бездействуете, мне интересно? Ведь даже в нынешнем положении у вас куда больше возможностей, чем у меня. Только не говорите, что находитесь на стадии разработки плана!

Кейрен только поморщился, не в силах выразить досаду словами, зато Игнис снизошёл до объяснений:

— Что-то блокирует и его магию, и мои способности. Почти как там, на границе, но ощущения другие. А без этого нам было не выбраться на поверхность — слишком глубоко. Впрочем, я, в отличие от твоего нервного приятеля, не волновался: я знал, что рано или поздно ты появишься: подобные глупости в твоём характере.

— Точно, — буркнул ущемлённый репликой наёмника Кейрен. — Я бы на твоём месте преспокойно бы отправился дальше по своим делам — проще, безопаснее, выгоднее.

Господи, с кем я связалась… И вот их я называла друзьями?! И вот их возможную смерть так переживала?! И вот ради них рискую сейчас жизнью и свободой?! Какой кошмар…

— Да ну вас, ребят, — сокрушённо вздохнула я, развернулась и быстро пошагала обратно по коридору: обида пробудила второе дыхание.