Огненный мир - Лукьянов Олег Валерьевич - Страница 55

Сразу дюжина болтов устремилась к зависшей на секунду мишени, пробила его прочную шкуру, и оставила снаружи лишь оперение. Демос заревел, а точнее замычал, и больше не помышляя о сражении в воздухе, бросился вниз прямо на копейщика.

Его мозгов как раз хватило на то, чтобы не нанизать себя на пику, а остановиться, чтобы могучим ударом обломать ее посредине и пронзить когтями грудь незадачливого пикинера. Нагрудная плита из закаленной стали, стянутая за спиной стража широкими ремнями, выдержала удар, однако прогнулась, сломав бедолаге грудину. Видимо осколки ребра пронзили человеку легкие, поскольку прежде чем рухнуть кулем, из его рта на подбородок полезла кровавя пена.

Демос не успел перешагнуть через него и расправиться со стражником, судорожно перезаряжающим тяжелый арбалет — на его спину обрушился меч командира патруля. Подавая личный пример, он стал рубить спину и крылья демоса с таким отчаянием, что за несколько секунд тот стал походить на жертву произвола водителей КАМАЗов. Его спина сделалась красной как фарш, а сам он утратил былой грозный вид, и стал походить на мальчика для битья. А когда он пришел в себя от неожиданного натиска и развернулся — лицом к лицу встретился сразу с десятком обезумевших человек. Мда, они его порвут.

Впрочем, я и не собирался им помогать, у меня самого есть чем заняться.

Две сложившие крылья демонессы лихо уворачиваются от прожигающих ночь разрядов молний, прыгают от крыши к крыше, на четвереньках бегают по стенам как вконец обнаглевшие тараканы и потихоньку сокращают расстояние. Они наметили цель и ничто их не остановит… Но так считали лишь они одни.

Я наконец, составил заклятье Паутины, но помня опыт с демосом, создал не обычную двойную, а аж трехслойную. Конечно, потерял в разы больше времени, а мозги едва не закипели, да еще и приходилось держать демонесс на расстоянии с помощью слабых разрядов молний, которые впрочем, были достаточно сильны чтобы выбивать щепки из бревен домов, но оно того стоило.

Попавшая в Паутину демонесса окрасилась в розовую краску, правда видимую только мне и оказалась в захват телекинестической пленки. Я медленно, преодолевая невидимое сопротивление, сжимал руки в кулаки.

Захрустело. Крылья вцепившейся когтями в стену демонессы, прижались к телу словно были приглажены гигантским утюгом. Она страшно закричала, попыталась что-то сделать, но эта попытка не привела ни к чему, кроме разве что падения на землю.

Лицо женщины-демона исказила гримаса боли и отчаяния, она еще пыталась сопротивляться, но уже знала, что все бесполезно…

Я сжал кулаки, отчетливо хрустнули ее кости, крик оборвался на середине. Я поспешно отвернулся — на то, что от нее осталось, спокойно не мог смотреть даже я, а уж Номата… Девушка пытавшаяся мериться магической силой со второй демонессой, взглянула на месиво лишь мельком, и, забыв обо всем на свете, потеряла контроль над заклятьем «Пылающая Длань», упала на колени, опорожнив желудок.

Оставшаяся в одиночестве демонесса, более не стала стремиться сблизиться для ближнего боя, а ударила покровом белого пламени. Одна из природных способностей демонесс сводится к черпанию пригоршни внутренней сути — помнится еще Кассия демонстрировала этот прием в бою с Катей… там, в коллекторах под столицей империи.

Словно из огнемета по недоразумению испускающее белое пламя, огненное инферно ударило в меня и, ревя как медведь, залило всю улицу рядом со мной. В самый последний миг я успел подскочить к стоящей на коленях Номате, и, развернув крылья, закрыл ее от нестерпимого жара. Нестерпимого для смертного, разумеется.

— Дура, — воскликнул я, когда поток белоснежного пламени иссяк, — ты действительно считаешь, что низшее пламя может навредить Повелителю Демонов?! Повелителю рыжего огня?! Так ощути его мощь!

Не знаю, с чего это вдруг во мне возникла вся эта патетика, но почему-то не смог отказать себе в напутственном слове к смертнику. Хм, старею наверное.

Рыже-красное пламя заполонило воздух, пронеслось по улице, захлестнуло дом и слизнуло с крыши демонессу…

Она открыла рот чтобы закричать, но не успела. Разумный огонь, не тронув солому на крыше, сожрал ее плоть, проник внутрь черепа и уже оттуда вырвался из глазниц. Всего мгновенье потребовалось скелету чтобы, рухнув с крыши разлететься пеплом, но я успел разглядеть тонкую плеть позвонков вылезающего из-под самого таза. Ммм, а я думал, что у демонесс, как и у собак, хвост из хрящей… Ужас.

Я бросил взгляд на девушку и, убедившись что с ней все в порядке, уставился на бегущий ко мне усиленный наряд стражей. Тот отряд, что воевал с демосом был дальше по улице, и, судя по тому, что там валяется изрубленная груда мяса, он его одолел. Вот только потери среди двух десятков храбрецов оказались огромны — раненым помогали только пятеро. А сколько из лежащих пластом людей было ранено, сколько убито, в данный момент выяснять было бесполезно.

Топот двух десятков сапог прекратился, отряд под предводительством старой знакомой остановился и, махая во все стороны факелами, рассредоточился подле меня. Однако быстро же они среагировали.

Кто-то присвистнул, большинство из них тут же оказались у спрессованного в не очень большой шар красно-бурого трупа демонессы. Ветераны, склонившись над диковинкой, и освещая факелами все подробности, удивленно зацокали языком, а новобранцы едва удерживая желудок на месте, поспешили отодвинуться. Девушке опять стало плохо…

В глазах людей читались недоумение и страх, борющиеся с робкой надеждой на то, что все обойдется. Люди еще не понимали, что конкретно происходит, зато очень хорошо осознавали, что началась новая… эээ… черная полоса. Город опять под угрозой!

Их предводительница одарила меня нечитаемым, пустым взглядом и, стянув с головы шлем без забрала, обратилась ко мне официальным тоном:

— Что вы можете сообщить по поводу нашествия демонов Кан-Альтаир? Это дело рук Круга?

Я покачал головой.

— Кан-Жанесса, я сообщал вам и ранее что Князь начал выдвигать на нас свой легион. Вот только непонятно, почему демонов было всего ничего, боюсь, что это была разведка…

— Расступитесь, дайте пройти, — раздался голос в толпе стражей.

Через пару мгновений подле Жанессы объявился истекающий кровью человек в разорванной кольчуге поверх которой, со стороны груди была прикреплена чуть погнутая плита, имитирующая рефренную кирасу. Спину же такая дура не защищала — «бронепластина» рассчитана на лобовое сражение, а не для защиты трусов показывающих врагам спину. Впрочем, к зомби, с которых собрали все эти трофеи, данное слово не относилось. Эти гады не чувствовали страх и никогда не бегали от врагов.

— Сержант Михаэль! — отчеканил он Жанессе, стискивая зубы, чтобы не выругаться от боли в ранах. — Разрешите доложить!

— Докладывай сержант.

— Патрулируя вверенную мне улицу, мой отряд столкнулся с демоном в количестве одной штуки и принял неравный бой. Мои потери ровно дюжина убитыми и шестеро раненными. Прошу дозволить отнести раненных на носилках в академию или в квартал целителей!

— Разрешаю, — сухо отозвалась Жанесса, а когда заметила на лице сержанта бледную тень эмоций, спросила: — Что-то еще?

Он, движением пионера, отсалютовал ей мечом:

— Да мой капитан! Я полагаю важным сообщить, что демоны свалились с неба, прямо из открывшейся черной воронки! Сначала появился один, потом воронка пропала, затем снова появилась, и из нее вылетел еще один демон, а потом… через минуту еще двое!

— Что? И ты говоришь мне это только сейчас?! Куда делись эти демоны?

— Не волнуйся Кан-Жанесса, — остудил я ее, — мы с Номатой убили ровно трех, но думаю, это только начало.

Никто не успел выразить удивление моим словам, как серебряное сияние луны едва заметно померкло, и все синхронно вздернули головы к небу. Я отметил тот странный факт, что люди хоть и не ощутили, но интуитивно почуяли опасность, надвигающуюся с ночного неба.

Появившаяся и растекающаяся по небу воронка уже не была иссиня-черной, а отдавала лиловым оттенком. В ее центре что-то колыхалось, вздувалось, копилось, а потом разорвалось словно мыльный пузырь и исчезло, оставив на своем месте четырех закруживших демонесс.