- Куркан Юлия Михайловна - Страница 25

— За что ты меня так ненавидела? — почему-то этот вопрос показался мне очень важным.

— Ты! — взвизгнула Светка. — Ты всегда была во всем лучше. Успешнее, красивее, умнее, мужики липли к тебе, как мухи! Даже эта сволочь Ник! Он же обещал на мне жениться, обещал, что мы будем вместе воспитывать нашего малыша… — её слова всколыхнули воздух, и рядом из ничего возник Никита. Его облик был еще страшнее, чем при нашей последней встрече. Все лицо избороздили глубокие морщины и язвы, на глазах были бельмы, а некогда красивое тело, превратилось в скелет, обтянутый сухой, ломкой кожей. На шее его болталась оторванная веревочная петля. Страшные глаза Ника нашли меня.

— Ты! — голос напоминал скрип плохо смазанных петель. — Стоишь здесь красивая, сильная… А что стало со мной из-за тебя? Ты видишь? Нравится?

— Где я? — в горле встал ком.

— Это ад, милочка! — расхохоталась Светка. — Нравится? Отсюда нет выхода, и тебе будет плохо, очень плохо, гораздо хуже, чем нам! Наконец-то! — она запрокинула голову и безумный смех толчками вырывался из её горла.

Громкий хлопок, прекратил ужасные звуки. Светка с Ником побледнели, и почти мгновенно испарились. Я обернулась, и почувствовала, как обессилено разжались пальцы, все еще держащие рукоять ножа. С тихим звоном тот упал на землю. Передо мной стоял Падший, собственной персоной.

— Кого я вижу, — хищно улыбнулся он. — Сама Алиса пожаловала к нам. Ненадолго, жаль ненадолго…

— Что ты имеешь ввиду?

— То, моя дорогая, что я говорил тебе тысячу раз, — он приблизился, взял мою безвольную руку, и провел языком вдоль порезов. Кровь на них мгновенно почернела, и взялась корочкой. — Какой букет, — усмехнулся демон. — Ты не умрешь. Не сейчас, по крайней мере, потому что ты нужна мне там. Тебя ждут великие дела, ведьмочка, — как всегда его голос напоминал шелест пламени, а прикосновение было горячим и похожим на электрический ток. — До встречи, — он издевательски поцеловал мне руку и растаял. Я почувствовала, как проваливаюсь в темноту…

С тех пор прошло ровно шесть дней. Я пыталась любыми способам себя угробить, но, как вы понимаете, все было бесполезно. Меня игнорировали маньяки и убийцы, машины, вместо того, чтобы сбить меня, просто объезжали, и даже ни один кирпич не желал падать мне на голову. Падший снова оказался прав. Мне не удастся умереть, не сделав выбора.

До конца отпущенного мне срока оставались ровно сутки…

Журналист

Я не знаю, сколько прошло времени, с тех пор, как я начал читать. Может сутки, а может неделя? Помню только, как я не мог оторваться от этой черной тетрадки, возвращался к началу, перечитывал, искал ответы на свои вопросы. Я, будто бы жил в той реальности.

Потом я помню людей в белом, которые хотели отобрать у меня дневник. Я отчаянно сопротивлялся, и меня увезли куда-то вместе с ним. Меня мало интересовала окружающая обстановка, я искал конец записей и не мог найти.

До конца отпущенного мне срока оставались ровно сутки…

И все! рукопись кончалась на этих словах, но мне жизненно необходимо было узнать, что же будет дальше.

Иногда приходила какая-то женщина, и делала мне уколы, после которых я засыпал.

Я лихорадочно, день за днем листал страницы, и не мог найти конца, пока однажды не открылась дверь, и в мое нынешнее место обитания не зашел высокий элегантно одетый незнакомец с черными волосами до плеч. Его глаза были отражением всех пороков мира, а его появление сопровождал легкий запах серы.

— Мне показалось, вы хотели меня о чем-то спросить? — он улыбался своей хищной улыбкой, а голос его был похож на шелест пламени…