Венец Бога Справедливости - Шихматова Елена - Страница 165

— Да. По крайне мере, то, что стало его фактической причиной.

Королева вопросительно посмотрела на принца, потом перевела взгляд на князя и его жену, которая, вопреки всем доводам здравого смысла, действительно, очень напоминала ту самую Беатрис. Все драконы выглядели в буквальном смысле траурно, одним своим видом пугая королеву.

— Итак, я слушаю вас.

— Ваше величество, и я и мой брат отправились в Идэлию по разным мотивам, но, как оказалось, искали мы в итоге одно, а именно храм Зору. Там произошло самое страшное событие, о котором можно было только подумать: гибель Великого Бога Справедливости.

— Что?! Что вы такое говорите? Это невозможно!

— Мы были свидетелями этого, — сказал Андрей, — но это, как выяснилось, являлось только началом. Мы собирались лететь по тому же маршруту, которым прилетели на то злополучное место, но поняли, что вслед за Великим Богом Справедливости не стало и Хранителя Идэлии Берендора.

— Может быть, — добавила Беатрис, — не стало и еще кого-нибудь из Богов.

— Да, я чувствую, что пространство перестало ощущаться с прежней легкостью.

— Но как понимать это? Кто мог?..

— Син Балскове, Зору Аверский и Яромир Корелли — вот, кто смог добиться гибели Бога… Богов, — говорил Георг. — Да, я знаю, каждое из этих имен в отдельности вызывает волну недоумения, сомнения в истинности такого сочетания. И все-таки, это так.

— Но Балскове…

— Смог выбраться из плена, в который был заключен Богом Справедливости.

— А Зору! Он же…

— По-видимому, Син перенес его во времени.

— А Яромир, как он мог? Нет, я отказываюсь это принимать! Если даже друзьям нельзя верить, то кому можно? И потом… Руфина Аверская… — как это понимать?

Девушка поначалу смутилась, Беатрис же недоуменно посмотрела на нее: зачем она не скрыла свое имя сразу? Теперь ведь пути назад не было.

— Да, все так, я дочь Зору Аверского.

— И вы тоже перенеслись во времени? — с не совсем здоровым смешком спросила Амариллида.

— Да.

— Надо же какое совпадение! Вся семья в сборе!

Удивительно, но за Руфину заступился не кто-нибудь, а Андрей, он вышел несколько вперед, отстранив тем самым девушку из непосредственного поля зрения королевы.

— Я бы попросил вас, ваше величество быть более сдержанной в отношении моей жены, и ее дочери.

— Да что вы! Не забывайте и вы, где находитесь!

— Вы не оставляете мне выбора.

— Хорошо, но вы и должны понять меня! Вся эта ситуация…. Есть ли теперь вообще какой-нибудь выход? Чего нам ждать? Что вы можете ответить мне на это, князь?

— Только то, что дальше будет ещё хуже. Очевидно, что Син не остановится на достигнутом. Возможно, его цель — уничтожение всех Богов, а возможно и всего мира.

— Насколько основательны такие амбиции?

— Он стоит на очень твердом фундаменте, состоящем из неких кристаллов. Нам известно только то, что они могут принимать форму задуманного, при этом, встречаясь с уже оформленными явлениями, мы не можем обнаружить их. Так, Великий Бог Справедливости не мог войти в храм Зору. Далее, нельзя бороться против этих кристаллов с помощью магии. Если она направлена во вне, на их разрушение, то они обращают нашу силу на нас самих, так, по-видимому, произошло и с Богом Справедливости, и с Берендором.

— Что вы имеете в виду, говоря "во вне"?

— Потому что, магическая сила, направленная на нас самих, как например, наше заклинание по преображению, даже при условии близкого расположения к уничтоженному пространству не вызывает никаких трагических реакций.

— Уничтоженному?

— Да, — подтвердила Беатрис, — пространство на месте взрыва, от которого погиб Великий Бог Справедливости, изменилось, если так вообще можно выразиться. Внутри него нет воздуха, а значит, и никакой жизни…

— И я склонен предполагать, — заключил Андрей, — что оно будет расти, тем более теперь, после гибели еще одного Бога, а может, и более.

— Вы говорите страшные вещи! Что же делать теперь?

— Отдайте распоряжение не применять против змиев магию, ваше величество! — воскликнул Георг. — Именно поэтому мы решили лететь этим путем, чтобы лично предупредить вам обо всем. Отдайте этот приказ сейчас, немедленно! Чем дольше вы будете медлить, тем больше мы будем подвергать опасности всех! Я более чем уверен в предположении брата, поэтому любое применение магии — залог увеличения разрушенного пространства. Даже такое минимальное, как при общении на уровне мыслей. Прошу вас, отдайте приказ!

— Хорошо, я сделаю так, как вы просите, но вы должны обещать мне…. Обещать, что сделаете все возможное, чтобы прекратить это, не допустить гибели моей страны.

— Мне очень жаль, — с горечью в голосе сказал Андрей, — но мы не можем дать такого обещания…

— Не можете?! Не можете?! Если вы не можете, то кто может?!

— Ваше величество…

— Значит, вы отказываетесь бороться?

— Нет, но…

— Что но, Андрей? Вы и ваш брат — самые могущественные маги своего времени, не думайте, что мне не известно об этом, вы — потомки Великого Бога Справедливости, так отомстите же за него, восстановите равновесие!

На некоторое время в зале воцарилось молчание, но потом негромко, но твердо, Андрей сказал.

— Я сделаю все, что в моих силах, чтобы восстановить равновесие, даже если это будет стоить мне жизни!

Клятву вслед за Андреем повторили все, никто из них на тот момент не знал: что делать, как бороться против новой силы, но они поклялись бороться и отступить теперь не могли.

7 глава. Неожиданное предложение

Богатые просторные покои главного жреца Чертомира освещали многочисленные яркие магического активирования светильники. Здесь было двадцать комнат — на такую роскошь в рамках нечастного дворца мог претендовать не всякий вельможа Риданы, а уж последние любили подчеркнуть свою избранность — и чем не прекрасная возможность сказать об этом числом и убранством личных покоев? И все-таки, одно дело дворец, совсем другое — храм, посвященный Богине Темных Сил. У многих возникал сей навязчивый вопрос, но не каждый мог задать его счастливому обладателю такого сана. Последний, если таковое вдруг, все-таки, случалось обычно отвечал примерно следующее: "Так при строительстве храма распорядилась сама Богиня Амнэрис, предшественник первого жреца, унаследовав все, не стал изменять ее первоначальной воли — и правильно сделал!" На что нерадивым ученикам Чертомира оставалось только, вздыхая, говорить: "Хорошо еще не целый храм в его честь построили!" Именно это сказали и трое драконов, попавших сюда за "поиск личной выгоды в щедро предоставляемой Богами возможности спасения от гибели" — так звучала статья, по которой осудили Маргариту, Индиру и Митиния. И им предстояло искупить свою вину без малого за четыре месяца. Когда им объявили этот срок на суде, что по великой милости Богини Амнэрис устраивался над каждым преступником, все трое возмущенно встали с мест и нарушили установленное изначально правило: не прерывать работу суда посторонней речью, а ведь, их предупредили об этом!

— Что ж, — довольно улыбаясь, говорил судья. — За неуважение к оглашенному в начале заседания правилу, которое приравнивается к отягчающим обстоятельствам, ваш срок будет увеличен на три месяца — из расчета по одному на каждого.

— Что?! Это нечестно! — воскликнула Маргарита, а, поскольку сама она работала какое-то время в судебном ведомстве, то не преминула упрекнуть местных законников в неправомерном распределении наказаний. — Да вас за такое судейство в Каримэне…

— Еще одно слово, милая девушка, и вы увеличите ваш общий срок еще на три месяца.

— За оскорбление суда, — неприятным голосом с постоянно проскальзывающими в нем резкими, нестройными нотками, добавил его помощник, чем, конечно же, подлил масла в огонь. Сейчас возвращение в изначально спокойное состояние едва ли представлялось возможным дл всех троих драконов.