Венец Бога Справедливости - Шихматова Елена - Страница 182

— Что скажешь, Горавн? Нравится тебе мое предложение? Это реальное сотрудничество, а не рабское подчинение воли одному, вознесшемуся слишком высоко!

— Это я уже слышал, повторять не надо. Скажу прямо Син, меня все устраивает, за исключением одного очень важного момента: при помощи каких сил я должен сотрудничать с тобой?!

Такой вопрос откровенно озадачил Балскове, он опять ошибся в ответе — это порядком начинало злить его. Что ему-то было надо, что его не устраивало? Разве мало ему тех сил, которыми он располагает?

— Каких? Мне не понятен это вопрос.

— Не понятен? А я тебе поясню. Сейчас повелеваешь ты и твои кристаллы. Удивлен? Откуда я про них знаю? Да, вот знаю, или ты думал: я не видел того, что происходило в моем царстве? Так вот, кристаллы, активизированные, у тебя, а у меня только магия, к которой теперь во избежание собственной гибели лучше не прибегать. Отсюда вопрос: как я могу помогать тебе?

Син побелел, его лицевые шрамы особенно отчетливо проступили на лице. Он не был готов на такие наглые заявления Горавна, нет, все-таки его воспитали в недопустимом покорстве Богам! Он продолжает бояться их, а они пользуется этим. "Собраться!" — такой мысленный приказ отдал себе новый властитель мира.

— У тебя достаточно возможностей, Горавн, ты можешь колебать землю.

— Чем? Мыслью? Нет, Балскове, я не настолько глуп, чтобы колдовать.

— Разве для этого нужна магия?

Горавн бросил на него не просто насмешливый, но взгляд, исполненный максимально возможного презрения. Син усилием воли подавил автоматически возникшее негодование и сделал заход с другой стороны.

— Да, ты прав, но, мой дорогой Горавн, не все так просто, как кажется на первый взгляд. Пойми, друг мой, чтобы активизировать кристаллы нужно время, много времени, я не могу дать тебе вторые перчатки сегодня же, и даже завтра. Увы, мне самому это не на руку — ты должен понять меня. Я начну делать кристаллы для тебя сегодня же, а ты пока можешь приступить к мщению через меня. Приказывай! Говори: какой вулкан я должен пробудить, чтобы продолжить разрушение мира Бога Справедливости.

Горавн неотрывно смотрел на Балскове, его мысли не поддавались прочтению, а взгляд говорил об искренности слов.

— А что предпринимает Адэлина?

— Собирает войско в Чертомире, чтобы сломить Царство Льва, Идэлию и Западную страну эльфов для начала.

— Масштабно! Только как бы не было это пылью, которая она бросает нам в глаза (Нам! — ликуя в душе, подметил Син)

— Пыль? Почему? Есть основания не верить ей?

— И еще какие! Не верь ей, Син, сказать она может что угодно, а потом, в последний момент, сделать так, как хочет сама. Уж я то ее знаю! Сколько заговоров пропало по ее вине, но она всегда лишь говорила и никогда не делала. Ты догадываешься: почему? Она первой присягнула ему при жизни, когда мы узнали, что он стал государем Каримэны, она первой вступалась за него в любых ситуациях, даже если это противоречило ее положению, другой разговор, что он сам редко противоречил ей. Она отомстит, будь уверен!

— Что ты предлагаешь?

— Вести с ней в двойную игру. Пусть думает, что ты веришь ей, но ты, проверяя каждое ее слово, делай то, что сочтешь нужным.

— Спасибо, друг мой!

***.

Древний вулкан "Глория" спал почти сотню лет в исчислении драконов, а на территории Королевства Серебряного Дерева об этом и вовсе вспоминали только в сказках, и в то, что сказки имели реальное основание, почти никто не верил. Горавн выбрал Глорию не случайно. Гора возвышалась на три тысячи метров — не самая большая величина на планете, но в данном случае речь шла не о простой горе.

Син перенесся к подножию вулкана, с виду он напоминал самую обыкновенную гору с террасами, поросшую лесной и луговой растительностью, на вершине даже белел снег. На первых от равнины террасах жители королевства построили несколько деревень. Находился здесь и один из замков короля, возвышающийся над трехсотметровой высотой, среди вековых лесов дворец завораживал своей красотой и дерзостью расположения. Балскове любовно осмотрел открывающийся вид, то, что он собирался все это разрушить через какие-то несколько мгновений отнюдь не смущало его, не вызывало и капли сожаления, наоборот, приводило в восторг. Одни строили, а он разрушит. О том, что этого не будет, Син думал меньше всего, сейчас его заботил только процесс уничтожения, который к тому же, наконец-то отвлек его от неудачной попытки проникновения в Каримэну.

Глорию необходимо было потревожить из под земли, но стать частью природной стихии, как Горавн, Балскове не мог, единственным путем для него оставалось — найти пустоты, в которых он мог бы расположиться. Горавн называл их, но сейчас, по трезвом размышлении, Син решительно задумался об искренности Бога подземных недр. Хорошо, допустим, пустоты, действительно, не настолько горячие, и он сможет, набрав воздуха, пробыть в них какое-то время, но как потом он вернется? Успеет ли он выскочить оттуда? В принципе, это не настолько утопично и тем не менее.

Итак, Син в своем длинном блестящем плаще стоял перед Глорией в глубокой задумчивости, спрашивая себя, как в детстве: будет или не будет? Он не мог знать, но из дворца на него обратили внимание, королева изучала новое подаренное ей чудо: трубу, через которую можно было увидеть самые отдаленные объекты, ее привезли из Каримэны, там подзорные трубы были самым обычным явлением, а в Королевстве Серебряного Дерева настоящей диковинкой. И вот, внимание королевы привлек странный господин, таинственно появившийся из пустоты. Не иначе как это Бог, решила она, и потому восторгу ее не было предела. Эта труба обладала не просто увеличительными свойствами, но и сверхъестественными, позволяя видеть Богов! Только Боги выражают разные силы и стихии…

Балскове рискнул и перенесся в пустоту, положение которой описал Горавн, что было бы, если б он солгал и Син врезался бы в толщу земли — нет, Горавн не подвел. Оставалось лишь страстно пожелать пробуждения вулкана, расшевелив его основание. Немного грязный способ, лишенный воздушности, но зато верный.

— Что это?! Ваше величество! Спасайтесь!

Королева в ужасе отскочила от окна.

— Что происходит?! Что?!

— Вулкан, вулкан проснулся!

— Этого не может быть! Это же просто гора!

Нет, Глория не была горой, с грохотом и исполинской силой Глория просыпалась, с накопленной веками мощью. Сказка оживала, становясь жуткой реальностью, может, тишина будней не так уж и плоха?.. Гора содрогнулась — затишье…

— Все прошло? — испуганно спросила королева.

— Нет, все только началось!

Невероятный мощи взрыв оглушил всех живых существ на Глории, отверзлось несколько дыр, самая большая на вершине, в полторы сотни метров диаметром, меньшие на террасах. Жестокая Глория — так пели о ней в сказаниях. Камни, клубы пара, стены огня, оглушительные волны взрывов, идущие по земле, по воздуху и по воде — в двух километрах от Глории находилось озеро. Высокие складки шли по поверхности, сметая все на своем пути. Разверзались овраги, замыкая огненными столбами и градами камней круги от Глории. Все поселения, леса, поля, всего не стало в считанные мгновения, смертоносное дыхание испепеляло все живое, а пепел разлетался с волнами пара. Вскипала вода в озерах и речках, поднималась на недопустимые высоты и падала на деревья, травы, дома.

Пробуждение Глории слышали во всем королевстве, а последствия его видели во всем мире, за исключением Каримэны, только здесь солнце продолжало светить с прежней яркостью, но за ее пределами тяжелое облако пыли повергло планету в полумрак… Балскове с вожделением представил сумрак над своей родиной, но стоило ему переместиться на границу, как увиденное повергло его в негодование, ужас, ярость и бессилие одновременно. Ликования не получилось, даже с помощью сил Горавна он не смог победить Великого Бога Справедливости!..

— Нет!!! Будь ты проклят! Проклят!