Венец Бога Справедливости - Шихматова Елена - Страница 187

Дракон преобразился, с ним ничего не произошло. У эльфа приоткрылся рот от изумления, на его глазах последнее время погибло несколько десятков эльфов, которые использовали даже самые незначительные заклинания, а здесь! Заклинание по преображению — отнюдь не шутка!

Видя замешательство эльфа, но, не совсем понимая его происхождение, Модест решил первым начать разговор. Он поклонился предводителю беженцев.

— Мы летим в Каримэну, через Западную страну эльфов, в Долине… больше никого нет, вам лучше повернуть назад.

— Почему? — единственное, что смог из себя выдавить эльф.

Модест несколько смутился, но потом решил сказать правду, в конце концов, сейчас это могло сыграть решающую роль в решении эльфов.

— Пограничные завесы Долины разрушены…. Ударной волной, которая разнеслась по миру после гибели четырех Богов.

— Гибели четырех Богов?! Это невозможно!

— Мне бы и самому хотелось так считать, но я не могу… отрицать правду.

— Откуда вам такое известно?

— От тех, кто был там, в момент их гибели. А вы…. До вас не дошел указ королевы?

— Дошел, только к тому времени мы и так поняли, какими последствиями чревато использование магии. И вот тут я вас не понимаю! — эльф повысил голос и перешел на возмущенные тона. — Вы, вы можете использовать магию, но вы не хотите, предпочитая сбежать, тогда как вокруг страшная смута и разрушение, смерть и убийства. Мы терпели вашу Долину, надеясь, что это оплот силы, что это то место, где жители Идэлии могут найти защиту, но на деле оказалось, что вы обманули нас! Пользовались нашей землей, и строили бы свою Долину в вашей проклятой Каримэне! Вас никто сюда не звал!..

Внезапно эльф осекся. Он кричал и возмущался, но дракона это нисколько не трогало, его лицо оставалось каменным. От ярости эльф потерял дар речи. Зато Модест не стал упускать момента, вставить свое слово.

— Долина стояла здесь до образования Каримэны как государства, и она всегда делала все, что в ее силах, но сейчас мы должны спасти своих учеников. То, что мы можем использовать магию — ошибочное представление. Вы считаете таковым преображение, но вы не знаете всей сути вопроса: при прочтении этого заклинания мы не направляем волшебство во вне, из известных заклинаний такую природу имеет лишь это, — холодно произнес он. На эльфа это произвело такое впечатление, будто его облили ледяной водой, нет, пусть лучше бы она жгла, тогда была бы и надежда. — Мы обещаем вам, что пришлем отряд драконов из Каримэны на борьбу со змиями (об этом заявил князь Бероев прошлым вечером, хотя лично сам Модест не очень верил в такую щедрость со стороны правительственного совета. Может, Альчести и Даниил согласятся с решением сына, но одного их слова недостаточно)

Эльф слабо, болезненно улыбнулся.

— Боюсь, когда ваш отряд прилетит сюда, спасать будет некого!..

Модест промолчал, в глубине души он считал также, тем более что отряд не сможет отправиться сразу. Ему оставалось только повторить.

— Отныне Долина — место гибели. Площадь разрушения растет, вскоре на том месте, где мы с вами стоим, не будет воздуха. Вам нужно уходить.

С этими словами Модест развернулся и пошел прочь, на пути он махнул рукой двум сопровождающим его драконам, отдав короткий приказ: "Взлетаем!" Эльфы долго смотрели им вслед не в силах сдвинуться с места, но если большинство из них ничего не знало, то возглавлявшему отряд пришлось хуже всех: именно ему предстояло принять решение в создавшейся ситуации, времени на разъяснения не было.

— Мы идем на северо-запад!

По рядам прокатилась волна ропота, но потом все потихоньку стали разворачивать свои телеги, повозки и через некоторое время вновь заскрипели колеса.

— Сказали об отряде?

— Сказал, — без всякого энтузиазма ответил Модест.

— Я думаю, что отряд уже сформирован и, вполне возможно, он уже сейчас в пути.

Модест слабо улыбнулся, но ничего не возразил, хотя слова вроде: "Опять вам кажется, князь?", так и просились быть озвученными.

19 глава. Семейный совет

Змии попадались навстречу почти через каждый час, иногда по несколько особей, иногда десятками, но нападать на внушительный отряд драконов никто из них не решился. Слишком велик и внушителен соперник. Драконы также не трогали змиев, хотя могли бы, пусть на несколько особей, но все-таки их стало бы меньше, больше бы эльфов могло спастись. Руфина буквально настаивала на этом, у Андрея и Беатрис сжималось сердце, но оба они почти одновременно, в один голос, заявили: нет, нельзя отвлекаться на ни на что.

— Тень распространяется не настолько быстро! Почему вы…

Руфина шла по пятам, чем привлекала внимание всех, кто мог видеть и слышать их, а если учесть, что Андрей проходил сквозь ряды, проверяя: как устроен лагерь, это в несколько минут стало общеизвестным. Он делал вид, что не замечает ее, но, закончив осмотр, он резко обернулся к ней и с холодным строгим голосом заявил.

— Я не хочу больше ничего слышать! Ты поняла меня?

Руфину словно облили водой, вся напористость мигом пропала. Опустив глаза, она тихо сказала.

— Поняла.

Как она может соглашаться с ним, Руфина не знала сама. Почему здесь словно исчезал весь груз прожитых ею лет? Она негодовала, но стоило ей оказаться рядом с ним, как она робела и… соглашалась. Все-таки связь между "новым" драконом и тем, кто давал ему второй облик, была, и не зря ее облачили в твердые внешние формы. Эту связь ощущали оба, и Руфина, и Андрей, который, как и она, не понимал: что с ним произошло, почему так изменилось его к ней отношение. Он, действительно, воспринимал ее как свою подопечную, что противоречило его утверждениям. Эти узы по силе равнялись брачным, но если он желал их по отношению к Беатрис, то только не по отношению к Руфине. Чем больше он пытался разобраться в этом, тем больше путался. Единственное, что теперь прояснилось для него: почему он боготворил Альчести и Даниила, эта дополнительная связь скрепила его к ним любовь прочнейшей сетью. По отношению к Руфине, возможно его смущало и то, что он не был готов к этому, Андрей начал понимать это только сейчас, но содеянного не воротишь.

Вечерняя передышка была очень недолгой, едва закончился ужин, как звук трубы известил: отбой. Тем, кому сегодня выпало мыть посуду, предстояло лечь спать позднее, поскольку это не причина для задержки всех остальных.

— Модест, караулы расставлены?

— Да, господин.

— Хорошо, тогда до завтра.

— Князь, могу я… спросить вас?

— Да, конечно.

— Отряд, почему его нельзя сформировать, ведь не все драконы нагружены?..

Но Андрей не стал дожидаться окончания фразы и чуть ли не бесцеремонно оборвал учителя.

— Если вы не заметили, то вам стоит обратить внимание, что драконы постоянно меняются. О выделении отряда не может быть и речи.

— Но…

Его не осечешь как Руфину, а неплохо бы было!

— Решение принято, и никто не будет менять его раньше того времени, как мы достигнем границ Каримэны. На этом я хотел бы окончить наш разговор.

— Но они погибнут!

— И мы тоже, если сейчас распылимся на все цели, но помочь всем и сразу нельзя, даже Великому Богу Справедливости это было не под силу, а я всего лишь его потомок, и могу гораздо меньше, чем он. Мне тоже безумно жаль их!..

Андрей пошел в сторону своей палатки, а Модест еще долго стоял на месте. Князь Бероев прав, и он это знает, но как отказаться от своих чувств, от сознания, что они могли бы помочь? Кто-то рядом позвал его — Модест невольно вздрогнул.

— Господин, — говорил один из учеников, который вместе с ним должен был сегодня стоять на страже, — С восточной части три змия, похоже, они ждут ночи.

— А? Да, да, идем.

Андрею смертельно хотелось спать, но он назначил совет, конечно, его можно отменить, но тогда уснуть точно не удастся. Войдя в палатку, он облегченно вздохнул: Георг и Руфина уже здесь, значит, хотя бы не надо никого ждать.