Огненный феникс: рождение мастера - Ругалова Антонина Романовна - Страница 50

И тут, к моему огромному удивлению, Лео скривился (Шар заржал, он это любит) и тихо рыкнул:

— Я предупреждал, — и неуверенно отошёл в сторону, чтобы открыть моему взору…

Я смотрел в такие яркие стальные глаза…

Боги всемогущие, я уже даже начал забывать, насколько холодными и колючими они могут быть, и, если такое возможно, в них поселилось ещё больше холода. Что, впрочем, не удивительно, если она действительно могла выжить в той экспедиции, значит, осталась одна. С чего бы сироте-человеку быть веселой и общительной, а, учитывая, что она такой никогда не была…

Девочка кинула раздраженный взгляд на Лео и, смело шагнув ко мне, сказала:

— Представляешь, Рен, за полгода общения со мной наш рогатый друг все еще считает, что меня можно забыть!

А я смотрел в такие, ставшие родными ещё неполные пятнадцать лет назад, глаза и глупо улыбался. В моей жизни в кои-то веки снова появились яркие краски, пусть и в явной черно-серой гамме. Но моё обоняние слышало в ней изменение… опасное, должен заметить. От неё пахло свежей кровью.

— С тобой все в порядке?

— Проклятый кошачий нюх! Давай-ка ты сейчас успокоишь этих куриц-наседок, что не собираешься меня убивать за чрезмерную наглость… и убери, пожалуйста, это существо из зала! — она уставилась на посла светлых как придворная барышня на раздавленного червя.

Странное отношение, в «Звездной пятерке» ведь должен быть Лин..! да, она всегда умело играла с моим природным любопытством. И сейчас ей это удалось сделать в её любимой манере: быстро, четко и наверняка.

Но, так или иначе, послушать разумного совета наверняка стоит, и я взмахом руки распустил «великий совет», после чего повел нежданных, но таких желанных гостей в мои личные апартаменты… вот ведь, выверты судьбы, да? Глядя на распределяющихся по периметру братьев, я сам поражался думая, как же сейчас радуюсь встрече с ребятами, которые еще столетие назад меня бесили.

Но вернемся к нашим баранам:

— Таина, что с тобой случилось?

— В общем и целом или ты имеешь в виду что-то конкретное?

Вот… несносное создание..! как же я по таким соскучился! А то тут все и во всем со мной согласны, аж противно!

— Ну, начнем с того, почему от тебя пахнет кровью?

— На меня не действует восстанавливающая магия, — ну и что это за ответ?

— Ну да, помню такое. И коим местом это отвечает на мой вопрос?

— Рен, будь другом, дай просто порадоваться тому, что мы, наконец, добрались!

Ну что ж, раз так просят, откидываюсь на спинку своего кресла и наблюдаю за моими гостями: тоже своеобразное развлечение. Например, их расположение по периметру комнаты. Ну, черные это понятно: заняли наиболее выгодные позиции с точки зрения наблюдения и обороны, а вот то, что Таина сделала так же, в принципе, удивляет… хотя, почему? Можно было бы и помнить, что девочка просто физически неспособна быть ординарной. И еще одна странность: она села ближе к человеку. С какой-то стороны она права — от него меньше угрозы, но в этом и её ошибка — в случае нападения он не самый надежный защитник… хотя, кто там разберется в её мотивах! Эта милая головка всегда была не просто дремучим лесом и даже не омутом, а океанским дном, причем какой-нибудь особо глубокой впадиной.

— Солнышко! — ого, а этому человеку многое позволено! — а ты ничего не забыла?

— Например?

— Ну, там, Шрара на улице?

Видеть её лицо в этот момент было сущим наслаждением, причем явно не только мне: ребятки явно тоже привыкли к её «каменному» выражению. А легкий налет растерянности на точенных чертах появлялся так редко… хотя я и сомневаюсь, что до сегодня хоть одно живое существо видело на этой милой мордашке растерянность!

— Ой, точно. Рен, я знаю, что у тебя тут собак не очень жалуют, но к нам тут один щенок прибился, не отвяжешь. Можно, рядом со мной будет?

— Ты уверена, что сможешь защитить своего любимца? На собак мой авторитет не распространяется.

На меня посмотрели та-ак ехидно, словно я сам еще перед этим животным ползать буду.

— Шрар!!!

Мать! Вот это голос! Пока я отходил от звона в достаточно чувствительных ушах, пропустил звуки хлопающих крыльев за моим окном.

Девушка плавным движением перетекла в положение стоя и направилась в сторону окна, чтобы, как я понял позже, открыть его… мать! Что-то я это слово начал слишком часто повторять! Но что я могу еще сказать, глядя на еле протискивающееся в, стоит отметить, достаточно большой, оконный проем существо, мило именуемое Таиной щенком? Белоснежный сар’гари с меня ростом в холке, необъятным размахом крыльев и, я клянусь, таким же ехидным взглядом, как и у Таины, к которой это немыслимое создание тот час начало ластиться.

— Знаешь, что самое противное? — задумчиво говорю я, глядя на миниатюрную брюнетку и ластящегося к ней хищника. — То что, даже спустя столько времени, я не способен полноценно удивляться твоим выбрыкам. Вот скажи, как ты умудрилась приручить сар’гари?

— Вырастила.

Вот так, просто взяла и вырастила! Нет, девушка, ты меня когда-то доведешь до белого каления… или же до инфаркта, я еще не определился.

— Ты знаешь, что означает его белый цвет?

— Нет, просто ему идет.

Я сума сойду с этой барышней… причем сегодня!

— Еще бы, — буркнул я. — Ну что ж, думаю, от дороги вы уже отошли, а посему, может быть, скажете, зачем пожаловали? — сейчас я разговаривал с братьями, так как девочка явно куда-то уплыла.

— Тут у некоторых есть вопрос, — Арли скептически глянул на Лео и Тара, — и лично мне очень хотелось бы услышать на него ответ.

— Дерзай!

— Ты старший из нас, носитель традиций, и братьям очень интересно, согласишься ли ты одно из них нарушить?

— А тебе, значит, не интересно?

— Я увидел все, что мне нужно. — Брат смотрел на меня с каким-то веселым азартом, — Мы дали ей крылья, князь. Сейчас она белый феникс, — и смотрит на девочку, гладящую огромного волка толи глазами влюбленного мальчишки, толи гордого родителя. — И ребята решили переложить на твои плечи решение: позволять ли ей проходить испытание на черного?

— А она осилит сейчас… нет, не так. Давайте разберемся сразу со всем, что с ней происходит. Например, почему от неё за лигу несет свежей кровью?

— Но ты не против? — Лео смотрит на меня немного ошалело.

— Понимаете, ребята, знал я эту девочку всего две недели почти пятнадцать лет назад. Но до сих пор помню каждое слово, сказанное пятилетним тогда ребенком. Даже наши дети при всех магических характеристиках организма и развития не могут в таком возрасте четко различать вымысел и реальность. А она со мной спорила, понимаете? Не так, что «я так хочу!», как обычно бывает у маленьких детей, а приводя такие аргументы, так их объясняя и мотивируя на простых повседневных примерах, что я был вынужден отдавать ей право выигрыша! И только поэтому я не против, но только после того, как посмотрю, что из неё выросло.

— А мешать будешь? — Таина смотрит хитрыми, чуть прищуренными глазами… и когда только успела выбраться из своего пушистого рая?

— Нет, даже помогу.

— Спасибо, это очень много для меня значит, — и вернулась к своему «щенку». Но мне в её словах послышался какой-то подтекст, даже эхо. Но эту мысль я отбросил.

— Может, кто-то все-таки расскажет, что у неё стряслось?

— Ты знаешь, что на неё не действует магия? — Шар, как, впрочем, и всегда, наслаждается всем доступным и скрытым юмором ситуации… комик, мать его!

— Ну да, слышал… стой! Что, совсем? Потрясающе! Она с этим собиралась работать. Но как серьезно могут восприниматься слова ребенка, пусть и настолько необычного? Хм-м. Значит, у неё это получилось, — я бормотал себе под нос, размышляя над иронией и легким налетом безумия во всей этой ситуации. Ну да ладно. — К чему ты это сказал?

— Она сама это сделала? — Лин переводит широко раскрытые глазки с меня на девочку.

— Да, но, тем ни менее, к чему это было сказано? — у меня неожиданно закончилось терпение.