Танцующая с Ауте. Трилогия - Парфенова Анастасия Геннадьевна - Страница 154

Нефрит гордо вплыла под руку с Сергеем (чуть помятым, но все столь же незаметно угрожающим), брезгливо приподнимая подол платья. Бросила один взгляд на труп и тут же прошествовала к пульту управления. Надо отдать должное явному таланту Аррека в области сокрытия нежелательного: ничего подозрительного Видящая Истину, похоже, не заметила. Аминь.

Я скользнула к креслу мужа и, когда тот поднялся, взяла его под руку. Умело маскируя каскадом крыльев, насколько тяжело он на меня опирается. Не следовало позволять людям видеть слабость. Тем более аррам. Уж что-что, а это они чувствовали, как акулы кровь. И действовали с тем же безошибочным инстинктивным автоматизмом.

Мы все собрались вокруг трупа мужчины, завернутого в тонкую ткань лишенной времени Вероятности. Нефрит смотрела на него с каким-то брезгливым любопытством. Во взгляде ее было отвращение и уважение.

— Вы увидели все, что хотели, арр-леди?

Она медленно подняла взгляд и так же медленно, жестко контролируя каждый свой жест, кивнула.

— Да. Это они, нет никаких сомнений. Следы сотрудничества с ристами налицо: технологии, до которых эти рисующие на стенах магические руны варвары не могли бы сами дойти еще много столетий, образцы, оружие. Очень... специфические лаборатории.

— Варвары? — Я дернула ушами. — Не стоит, наверно, использовать здесь это слово. Оно предполагает некую пренебрежительную окраску и искусственно принижает опасность.

— Возможно. Должна признать, несмотря на смутность своих этических позиций и более чем... варварские методы, они кое-чего достигли. Коллекция разнообразных мутировавших органов для пересадки производила бы впечатление... не будь они все еще внутри живых доноров, которых, судя по всему, режут уже прямо на операционном столе.

— Оригинальное решение проблемы хранения тканей для трансплантации. — Аррек был сама ироничность. Гнев проявился лишь в том, как сильно, почти непереносимо сжались его пальцы на моей руке. И тут же ослабли, извиняясь, нежно скользнули по коже.

— Да, в трансплантации они достигли огромных успехов. И не только органов. С перенесением матрицы сознания из одного полноценного мозга в другой мне, например, сталкиваться еще не приходилось. У нас для того, чтобы провернуть подобное, принимающее тело должно быть предварительно опущено на интеллектуальный уровень растения. Их же метод позволяет сохранить все воспоминания тела-донора для дальнейшего использования пересаженной матрицей.

— Минутку, — я озадаченно нахмурилась, — они переносят сущность в тело, обладающее собственным, полностью сформировавшимся и полноценным разумом? А как же тогда быть с раздвоением личности?

— А никак, — на этот раз ответил Аррек. — Изначальная личность погибает. Это одна из наиболее знаменитых и ставшая уже рутинной операция, этакий фирменный знак Круга Тринадцати. Если, допустим, стареющий богач желает продлить собственную жизнь в молодом, сильном и, что характерно, принадлежащем какому-нибудь бывшему врагу теле... Или, допустим, кто-то, кому денег девать некуда, хочет испытать на пару неделек удовольствие обитания в теле другого пола. Или хочет завладеть наследством, переселившись в тело старшего брата...

— Довольно. Я поняла.

Нефрит тем временем продолжила.

— Коллекция вирусов тоже впечатляет. Конечно, до оливулских военных лабораторий им еще расти и расти, но у здешних ребят есть преимущество: при полевых испытаниях им не нужно гадать, насколько воздействие на человека будет отличаться от воздействия на лабораторных животных. Я видела питательные среды для разного рода грибков, которые раньше, кажется, были людьми. Кое-кто до сих пор жив. А некоторые даже до сих пор сохраняют сознание.

— Ну прямо рай для исследователя!

— И не говорите. Но самое интересное — это тончайшее манипулирование гормональными системами. Вряд ли эти колдуны сами понимают, что они микрокинезом манипулируют молекулярными цепочками, но их эликсиры и ритуалы, похоже, действительно срабатывают как методы концентрации, — она бросила косой взгляд в мою сторону, — жестко фиксирующие силу в определенную сеть потоков. С точностью, которой на сознательном уровне достичь просто невозможно. Если бы вот такой вот знахарь прошел стажировку в одном из медицинских колледжей Ойкумены, из него вполне мог бы получиться искомый нами Хирург.

Аррек пнул бесчувственное тело.

— Уже получился. Аж в количестве тринадцати штук. Хотя я, честно говоря, удивлен, что они умудрились настолько скоординироваться, чтобы вместе заняться одним делом. Традиционно Круг считался достаточно анархичной организацией, члены которой не слишком друг друга жаловали.

— А вы уверены, что тут замешан весь Круг?

— Да, — коротко и очень сухо. Взгляд Видящей Истину на мгновение затуманился, затем вновь обрел фокус.

— Вы правы, дарай-князь. Похоже, среди них появился лидер. Выходец из Ойкумены, каким-то образом очутившейся в Диких Мирах, приобщившийся тут к прелестям местной культуры, а затем понесший новообретенные истины обратно домой. — Арры переглянулись, что-то безмолвное и не слишком приятное проскользнуло между ними.

— Ренегат из наших? — Вопрос рискнул задать Сергей.

— Не-ет, — медленно протянул Аррек. А потом уже уверенней: — Нет. Или, может, кто-то из низших арров. Дараев с детства программируют слишком хорошо. При невероятном стечении обстоятельств они еще могут так или иначе ускользнуть от служения Эйхаррону, удрать в те же Дикие Миры или просто перерезать себе горло. Но пойти против своих? Немыслимо. Дарай-ренегат мог бы встать во главе Круга Тринадцати. Но десятилетиями похищать и потрошить граждан Эйхаррона? Физиологически невозможно.

— Эти ребята, похоже, неплохо разбираются в физиологии, — сказала я.

— Не настолько. Уж поверь специалисту, — отрезал один из лучших Целителей, что мне когда-либо встречался. И определенно лучший, если говорить о человеческой физиологии. Эти Хирурги, все тринадцать вместе взятые, с ним и рядом не стояли.

Ты пробовал? Подкорректировать себя так, чтобы не быть зависимым от Эйхаррона?

Очень тихо. Очень лично.

Да.

На этом мы тему закрыли.

Нефрит поджала губы.

— Ну и как мы намерены извлекать сведения из этого? — Кивок в сторону трупа.

— Терпеть не могу некромантии, — буркнул Целитель.

— Великий князь... вы это серьезно?

Тот фыркнул.

— Разумеется, я не намерен разыгрывать представлений с поднятием зомби или выкручиванием «рук» несчастной душе. Хотя мог бы. Тело у нас есть, мозг тоже, причем в достаточно свежем состоянии. Считаем информацию прямо из нейронов.

Я зачарованно развела уши в стороны.

— А так можно?

— Чистая биохимия. Никакого волшебства.

— Любите вы, люди, красивые слова, — это влез Л'Рис, — химия — это просто другое название волшебства.

Дельвар, как всегда, промолчал. Самый мудрый из нас.

— И ты скачаешь всю его память?

— Я что, похож на мазохиста? Только интересующее нас.

Нефрит, тоже явно увлекшаяся, чуть прищурилась.

— Я задам вопросы. Вы сможете сформулировать ответы в виде сен-образов, мой князь?

— Попробуем. И я бы всех попросил, — прицельный взгляд в сторону Л'Риса, — не вмешиваться в беседу. Начали.

С шорохом, которого никто не услышал, покров Вероятностей упал с мертвого тела. Интересно, а смог бы Аррек, если бы захотел, оживить беднягу? Должно быть, не очень сложно — восстановить поврежденные ткани, запустить сердце. Ведь мозг был мертв совсем недолго, прежде чем его заморозили. Типичная клиническая смерть. Хотя... Я пригляделась внимательней. Вся аура бедняги была изодрана на мелкие такие, живописные клочочки. Душа отсутствовала. Этого уже не оживишь без более... радикальных мер. Качественная работа.

Выражение лица Аррека стало каким-то пустым, словно бы погрузился в другую жизнь. Труп дернулся, что-то смутное вырвалось из его груди, повисло на уровне наших глаз нечетким сен-образом.

— Спрашивайте. — Голос Целителя был спокойный, обычный. Кажется, происходящее ему особых хлопот не доставляло, хотя с Арреком никогда нельзя знать точно, как он себя чувствует, тяжело ли ему. Его самообладание меня откровенно пугало.