Отражения (Трилогия) - Иванова Вероника Евгеньевна - Страница 132

Любое существо, пришедшее в мир, чтобы жить, имеет право оставаться живым и неизменным — в тех пределах, что определены ему при его рождении. Одно неверное движение сил, способных изменять, и существо перестанет быть самим собой. Возможно, погибнет. В некоторых случаях, впрочем, гибель — не самый худший выход из ситуации... Представьте, хоть на мгновение, что вы облечены СИЛОЙ, но не абстрактной — допускающей любое приложение, а СИЛОЙ РАЗРУШЕНИЯ. Представили? Ну как, нравится? В самом деле? Что ж, не буду спорить. Просто — подожду. До тех пор, пока вы не сломаете свою первую игрушку — вот тогда и вернёмся к разговору. Обстоятельному, долгому, за бокалом вина, подогретого с мёдом и россыпью ароматных трав. Обещаю: я буду слушать внимательно, не перебивая. И к концу беседы, не услышав от меня ни слова, вы поймёте всё, что я хотел вам сказать...

Сначала нужно разрушить стенки, удерживающие Силу Ниды. Нет, не разрушить, что я говорю?! Изменить. К фрэллу незыблемость! Мне нужна податливая и мягкая структура... Посмотрим. Ага, три слоя — их вполне хватит, чтобы выдержать нажатие. Но только — одно... Какие из ниточек формируют каркас? Эти? Нет, слишком густо переплетены... Нашёл! Разумеется, самые жёсткие — самые блеклые, но когда у вас перед глазами маячит целый пучок, поди разбери, какая из волосинок ярче, а какая бледнее! Приходится ориентироваться на другие ощущения...

Хорошо, первый шаг сделан. Теперь... Я провёл пальцами по стержню, размыкая направляющие чары, обрывки которых Мантия, следующая за мной по пятам, складывала в обратном порядке. Отток Силы из Кружева Ниды прекратился. Застыл в шатком равновесии шарика на вершине горки. Этого я и добивался...

Моя ладонь обхватила кридду, сплющивая «проплешины», выталкивая отобранную Силу назад, к истинной владелице... Движение получилось судорожным — я боялся замешкаться и выдернул стержень в тот же момент, как стенки карманов рассыпались под воздействием моего прикосновения...

Робкой струёй Сила хлынула в Кружево девушки. И из-за такой малости маг хотел пресечь юную жизнь? Да это... Просто кощунство!

Нида открыла глаза и... Закричала. А что бы сделали вы, увидев склонившегося над собой человека, совершенно голого и с ног до головы забрызганного кровью?...

Я отпрянул, не удержался на ногах и рухнул на пол, немилосердно отбивая то самое место, которое находится аккурат пониже спины...

— Простите, ради Всеблагой Матери, простите, — жалобно приговаривала Нида, оттирая с моих ног корку засохшей крови. — Я испугалась... Простите, Мастер!...

...Услышав крик девушки, ведунья, забыв обо всём на свете, бросилась к постели и сжала очнувшуюся Ниду в своих объятьях. Но нож из руки не выпустила, и я вынужден был дожидаться того момента, когда старуха убедится: всё закончилось, и закончилось весьма удачно. Только тогда ваш покорный слуга был признан «спасителем», и удостоен свободы и кое-чего ещё... В частности — трогательной заботы юной девушки, которая, борясь со слабостью и головокружением, бойко побежала греть воду. Старуха не принимала участия в омовении, потому что ей нашлась другая, но не менее нужная работа — зашить мою, порванную в нескольких местах одежду: «отступник» так торопился, что не удосужился быть аккуратным...

— Да стойте, пожалуйста! — я невольно постарался отодвинуться от уверенных рук девушки, и она лукаво хихикнула.

— Я вполне могу сам...

— Уж позвольте нам делать то, что мы умеем, Мастер! — моя стеснительность казалась Ниде чрезвычайно забавной, а вот мне самому было совсем не до смеха. Я как-то привык сам следить за чистотой своего тела...

— Когда вы прекратите меня так именовать? Сколько раз уже было сказано: я не претендую на этот титул!

Старуха на мгновение оторвалась от шитья и многозначительно заметила:

— Но никто не поручится, что этот титул не претендует на Вас...

Я поперхнулся.

— Это даже не смешно!

— А я и не смеюсь, — подтвердила ведунья.

— Вы... принимаете желаемое за действительное!

— Это наше право, Мастер.

— Да уж... — на слова женщины мне нечего было возразить. Их право, на самом деле. Спорить бесполезно. Не только потому, что я отчаянно искал и никак не мог подобрать аргументы, свидетельствующие в мою пользу, но и в силу того, что глупо возражать той, которая опирается в своей жизни не только на доводы разума...

— Я не такая умелица, как Рина, но не бежать же за ней по морозу? — ведунья вручила мне приведённую в относительный порядок одежду, которую я и поспешил натянуть, чем вызвал новый приступ тихого смеха у Ниды.

— Можно подумать, мы мужчин никогда не видели... — вполголоса фыркнула девушка, рассчитывая, что я всё услышу.

— Это не повод пялиться на меня! — недовольно хмурюсь.

— Простите... — она закашлялась, чтобы хоть как-то скрыть хихиканье.

Я почувствовал, что подошёл к злости так близко, что скоро не смогу противиться её жестокому очарованию. Надо сменить тему беседы... Но каким образом?

— Почтенная, я могу задать Вам несколько вопросов?

— Как можно отказать Мастеру?

— Хотя бы на пять минут перестаньте упоминать это слово! Иначе... Иначе...

— Зачем защищаться от того, что не принесёт вреда? — задумчиво спросила ведунья.

— Это моё личное дело!

— Как будет угодно Мастеру...

— Я же просил!

— Хорошо, я выполню Вашу просьбу, юноша. Так о чём Вы хотели спросить?

Я куснул губу.

— Зачем Вы послали за мной? Только честно!

Она отвела глаза, но я успел увидеть то, что и предполагал найти в корне всех своих сегодняшних бед.

— Я хотела спасти Ниду и себя.

— За мой счёт?

Старуха горестно вздохнула, но не посмела что-то сказать в своё оправдание.

— А Вы понимаете, почтенная: если бы я знал, что именно меня ожидает, всё прошло бы мирно и гладко!

— Да, я понимаю... Теперь, — призналась ведунья.

— А раньше? Раньше Вы считали меня лакомым кусочком для «отступника»?

— Простите старую... Я ошиблась...

— Ошиблась? — я хмыкнул. — И на миг не поверю, что Вы не расспрашивали обо мне водяника.

Она смутилась, и тем самым подтвердила: моя догадка верна.

— Расспрашивали, ведь так?

— Да, Мастер...

На очередной «титул» у меня уже не было сил реагировать, и я мысленно махнул рукой: нравится так ко мне обращаться, и фрэлл с ней!

— И что сказал водяник? Или Вы беседовали с кем-то из его свиты?

— Речная нежить называет Вас «dan-nah»... Большего мне не открылось.

— Но Вы знаете, что это означает? — я сдвинул брови.

— Знаю... «Хозяин».

— Вы поступили опрометчиво, решив пожертвовать тем, кому не смеют перечить даже водяные духи, — сурово объявил я. — Ваш поступок может иметь неприятные последствия.

Ведунья побледнела и, не успел я даже подумать о протесте, опустилась на колени.

— Я приму любое наказание, только... Пощадите мою девочку...

— Не устраивайте балаган, почтенная! Никто никого не собирается наказывать... Я всего лишь хочу, чтобы Вы впредь думали, что творите!

— Я не понимаю... — Старуха растерянно подняла на меня глаза.

— А и нечего понимать! — почти простонал я. — Вашим заботам вверено столько людей, а Вы... До сих пор не научились жить для них, а не для себя. Страх потерять собственную жизнь и жизнь преемницы затмил Ваш разум, почтенная, и чуть было не привёл к... К очень нехорошему концу. Неужели Вы поверили, что убив меня, «отступник» сжалится над вами обеими? Какая глупость! Нида уже была при смерти, разве Вы этого не заметили? Изъятие зашло слишком далеко, и я сам не понимаю, каким чудом удалось справиться с криддой!

Тут я немного слукавил: никакого чуда не было. Обычная рутинная процедура — подобные ей упражнения в иное время приходилось проделывать по несколько раз за урок. Правда, практика проходила не на «живых моделях»...