Леннар. Тетралогия - Краснов Антон - Страница 288

— Мы теряем время на бесплодные разгово­ры,— сказал Леннар и почему-то улыбнулся. Улыбка вышла полудетская и какая-то беспомощная, и это не вязалось ни с его мощной фигурой в боевых доспехах, ни с его ролью грозного божества, которое вознамери­лось уничтожить вверенный ему людской род...

— Да-да,— торопливо произнес Элькан, поднимая голову от клавиатуры приборов.— Кто? Ну же, пото­ропитесь!

— Я,— сказал майор Неделин и вышел к центру зала.— Насколько я понял, безопасная переброска по­дразумевает участие в ней не более пяти человек. Еще четверо — сюда!

Китаец Ли Сюн, медик Ингрид Тауф, биохимик Собковский, а также кто-то из американских астронав­тов поспешили присоединиться к русскому. Элькан продолжал колдовать у приборов. Наконец он выпря­мился, разгибая затекшие шею и плечи, и произнес:

— Я готов. Вы?..

— Начинайте, Марк Иванович! — сказал Неделин, умышленно именуя Элькана его земным именем.

Элькан поднял руку и всей тыльной стороной ладо­ни вжал ее в пусковую панель. Полилась короткая, пронзительная мелодия. На мгновение исчезло осве­щение в зале, лаборатории и во всех смежных помеще­ниях, а потом лампы стали снова вспыхивать одна за другой. В центре зала точно над фигурами пятерых лю­дей возникла огромная световая игла. Она начала опускаться. Кто-то из пятерки землян задрал голову, и Элькан раздраженно повторил два раза, что не следует смотреть на световую иглу, если, конечно, у тебя нет цели сжечь себе сетчатку и ослепнуть.

Опускаясь, кончик иглы развалился на пять хобот­ков, и каждый из них тотчас нацелился на голову одно­го из перебрасываемых людей. Кажется, и Леннар был заворожен тем, чему он становился свидетелем... Иглы вошли в головы людей, и показалось, что они видны изнутри, что свет пробивается сквозь плоть землян и нарастает... Да так оно и было. Пучки мелких игл, бес­престанно множась, расшивали контуры человеческих фигур изнутри, и наконец все пятеро превратились в сияющие огненные силуэты. Эти силуэты полыхнули и, коротко замерцав, исчезли.

Элькан облизнул пересохшие губы.

— Все,— произнес он.— Переброска завершена. Сейчас уже идет чистовое ре-моделирование в конеч­ной точке. Они дома.

— Почему ты так уверен? — спросил Каллиера.

— Если бы я не был уверен, я был бы простым убий­цей. Не добросить людей до искомой точки, на кото­рую указывает заложенный в программу вектор,— ну это просто отправить их в небытие. А я не убийца, я ученый,— произнес он, возвышая голос и почти с вы­зовом глядя на собравшихся в зале людей, ожидающих своей очереди.

— А что за световые иглы... огненные фигу­ры? — спросил Каллиера.— Когда ты перемещался при помощи этого своего портативного транспортера, заде­ланного в пряжку ремня, ничего подобного не было.

— Ну сравнил,— усмехнулся Элькан.— Один пры­жок — на несколько десятков метров, второй почти на пять миллиардов километров. Разница ощутима? Или ты желаешь быть заведенным в дебри теоретической физики? Ну вот. Следующая пятерка добровольцев!

На этот раз движение в рядах Обращенных и землян было куда более интенсивным. Пример буквально рас­таявших в воздухе людей во главе с майором Недели­ным оказался если не заразительным, то по крайней мере снял болезненную неопределенность. Первый шаг, он же самый трудный, был сделан. Следующая пятерка предназначенных к переброске людей отдели­лась от общей группы. Среди них, кстати, были наибо­лее рьяно оппонирующие Леннару земляне: и Камара, и Хансен, и некто Юсуф Сафрази, британский астро­навт пакистанского происхождения. Прежде чем встать в круг отправления, этот глазастый пакистанец между прочим отметил, что недостает некоторых весь­ма приметных фигур: того же Гамова, и Абу-Керима, и капитана Епанчина...

— В самом деле,— сказал Элькан.— Они, наверное, в жилом блоке. Косте, между прочим, еще нужно пройти разделительную переброску. Чтобы он оказался в одном условном углу, а гарегг и все его следы присут­ствия в организме Константина, отмаркированные прибором,— в другом. Вот так...

— Я передам на внешнее оцепление,— сказал Кал­лиера после молчаливого кивка Леннара.— Там люди Берана А.

И тут названный Каллиерой воин-наку появился сам. Он стремительным шагом вошел в зал и прогово­рил, обращаясь не к Каллиере, а к первому лицу среди присутствующих, то есть к Леннару:

— Только что стало известно. Трое землян, а с ними девчонка из Горна, захватили «колесницу Ааааму», ко­торая летала над болотами. Весь экипаж гареггинов перебит. Трупы они утопили.

— Вот как,— произнес Леннар без всякого выраже­ния.— Ну и что думаете, господа?

Альд Каллиера воскликнул:

— Да что же это?! Прямо сбываются твои предска­зания, Элькан! Кажется, именно ты предлагал вот этой женщине,— указал он на стоящую на полушарии Бо­льшого биотранспортера Элен Камара,— захватить модуль и попытаться на нем вырваться из Корабля.

— Доставь их сюда,— приказал Леннар.— У нас мало времени. Думаю, что Акил уже знает,— добавил он совсем тихо, явно ни к кому не обращаясь — Захва­тить модуль можно только ночью, врасплох, при усло­вии что эти болваны из экипажа оставят открытым хотя бы один из входных люков... Да... Может, и к луч­шему.

Элькан между тем снова занимался с приборами. Элен Камара сделала какое-то резкое движение в тот момент, когда световая игла уже опускалась на головы пятерки, но Элькан крикнул:

— Дура! Ты что же, хочешь на Земле оказаться кале­кой? Не дергайся! Стой спокойно. Это всех касается!

— Fuckin' shit! — жалобно пробормотал нанотехнолог Хансен, чувствуя, как по спине течет холодный пот. Через несколько секунд его фигура превратилась в огненный силуэт, который вспыхнул, вливаясь в об­щее сияние, и вторая пятерка исчезла.

— Десять! — с ноткой смутного удовлетворения произнес Элькан, и вот тут вдруг грохнуло, сверху по­сыпалась пыль и пол под ногами содрогнулся.

Леннар отстегнул от бедра плазмоизлучатель и хладнокровно произнес:

— Рано или поздно это должно было произойти. Спровоцировали мы или они сами решили, что дово­льно уже остаткам Обращенных разгуливать на сво­боде и даже развивать какую-то деятельность!.. Все равно!

— Леннар! Но как же так?! — закричал Элькан.— Они должны дать нам уйти! Это... подлость!

— И кого этим удивишь? — отозвался Леннар, сры­ваясь с места.— Каллиера, бери всех своих! Алькасоол, со мной!

— Ну, — пробормотал Элькан, с перекошенным ртом застывая у экранов приборов,— если сардонары начали, то теперь будут доигрывать до упора! К таким задачам, как атака на лагерь Леннара, не подходят с полумерами... И останется тут только дыра в земле!

Между тем наверху, над болотами, начался настоя­щий бой. Находящиеся в захваченном модуле земляне увидели два летательных аппарата с гареггинами Аки­ла, и Абу-Керим, оказавшийся в кабине управления в кресле второго пилота, первым догадался, как именно следует стрелять из плазменной пушки.

Промахнулся.

Зато этот и два других выстрела, произведенных уже капитаном Епанчиным скорее для того, чтобы шум выстрела предупредил тех, кто находится в здании медцентра, окончательно развеял сомнения Акила. Впрочем, часом раньше, часом позже — он все равно узнал бы о том, что Леннар обрек его и мир, который Акил хотел видеть у своих ног, на гибель. Удара по ла­герю последних Обращенных было не избежать. Снова вспомнились и слова Грендама, благополучно упоко­ившегося. У него в самом деле была превосходная ин­туиция, и сам Акил не мог припомнить случая, чтобы тот ошибался в своих предположениях и даже предска­заниях...

— Все ясно! — прокричал он, когда борт захвачен­ного землянами модуля наконец ответил бранью на незнакомом языке.— Пост перебит. «Колесница» за­хвачена. Что ж теперь сомневаться?.. В атаку!

Летчик-космонавт Епанчин недаром в свое время пилотировал военный истребитель и некоторое время был летчиком-испытателем. Нужно отдать ему дол­жное, он управлял модулем куда лучше, чем Эльмаут, управляющий первым аппаратом, и сам Акил, пилот второго.