Удача любит рыжих. (Трилогия) - Быкова Мария Алексеевна - Страница 157

— Ну да, — согласилась я, тревожно наблюдая, как розовая кофточка Полин мелькает в просвете между стволами.

— Значит, ее сюда закинули по ошибке. Минуты через три до магистров дойдет, и они телепортируют ее обратно. Ничего с ней не случится…

— А может, все-таки…

— Незачем! — упрямо сказал Хельги. — Нам и без нее проблем хватит!

Я пожала плечами. В словах вампира был свой смысл: проблем нам и впрямь хватало.

Надо сказать, злобные магистры знали, куда нас закинуть. Окажись я в городе, пусть хоть трижды чужом и незнакомом, уже через пару часов у меня были бы все необходимые сведения. Двенадцать лет бродяжьей жизни не минули даром: при желании я могла бы вспомнить любой из полузабытых навыков.

А вот выживать в лесу жизнь меня покамест не учила. В годы приключенческого детства я бродила от деревни к деревне, всеми силами избегая лесов. Ничего там хорошего не водилось, а водились волки и медведи, отнюдь не устраивавшие в честь моего визита голодовку.

Зато — и благодарение всем богам! — со мной были Генри и Хельги. Оба вампира обнаружили широкий спектр умений, необходимых в лесу: оба знали, как развести костер, не имея при себе трута ин кремня, каким этот костер должен быть и по какой причине, как соорудить шалаш или навес (выбор между этими двумя конструкциями занял больше всего времени — у обеих нашлось по защитнику, но победил в итоге Генри, заявив, что комаров можно отвадить дымом, а летом в шалаше будет душно)… В общем, наверняка было то, чего они не знали, — но я честно надеялась, что с таким ужасом мы не столкнемся.

Когда я, слегка обалдев от слаженности вампирьих действий, робко поинтересовалась, как провели детство мои напарники и не пересекались ли мы на трактах, на меня жутко обиделись и объяснили, в чем секрет. И Хельги, и Ривендейл принадлежали к вампирской аристократии, — следовательно, часто охотились, а плох тот охотник, который ориентируется в лесу только с картой, сворой егерей и в двух шагах от избушки!

Нам пришлось пройти от точки телепортации, прежде чем нашли удобное для стоянки место: небольшую поляну, окруженную густолесьем. Ветер, дувший с востока, ощущался здесь гораздо слабее; понюхав воздух, авторитетный Хельги заявил, что недалеко есть озеро или река. Меня тут же отправили за топливом для будущего костра; для порядка возмутившись на тему эксплуатации женщин, я все-таки сходила и принесла, стараясь не отдаляться от выбранной поляны.

К моему возвращению вампиры сообща сняли дерн с прямоугольника где-то три на четыре шага. Очевидно, там и предполагался будущий костер, — правда, готовить на нем пока было нечего и не в чем. Едва я вернулась и сгрузила добычу, как меня попытались отправить обратно, на сей раз за ветками для навеса, но тут я возмутилась повторно, и пошел Хельги. Он хотя бы представлял, что именно нужно, а мне отнюдь не улыбалось оказаться крайней в компании двух невыспавшихся голодных вампиров.

Часа через два у кострища лег готовый навес — достижение инженерной мысли Генри Ривендейла и моих способностей к рукоделию. Я смотрела на него со смесью гордости и грусти во взгляде: трава, которую Генри аттестовал как лучшую замену веревкам, оказалась недостойна таких дифирамбов. В итоге в расход пустили подол моей рубашки — как самой длинной и самой старой. Раздирая оторванный кусок на тонкие ленточки, я вдруг вспомнила Полин и пожалела, что ее с нами нет. Вот уж у кого в сумочке наверняка лежали и нитки, и моточек тесьмы, и всякие прочие мелочи, жизненно необходимые нормальному существу женского пола!

В завершение всего Генри, прежде снисходивший лишь до руководства, притащил сухого мха и застелил им кострище. Сверху его накрыли плащом, обнаружившимся у запасливого Хельги, и начался военный совет.

— Что делать-то будем? — осведомилась я, ощущая, как до желудка медленно доходит, что сегодня его еще ни разу не покормили.

— В смысле тактически или стратегически? — уточнил подкованный Ривендейл.

— В смысле хоть как-нибудь! Костер разводим, нет? К речке идем или как? Местность исследуем или подождет?.. Кто здесь, в конце концов, опытный вампир — вы или я?

— Чего-нибудь пожрать надо, — хмуро сказал Хельги: он, как и я, не ценил стратегию на голодный желудок.

— Замечательно, — обрадовалась я, — что?

Хельги подумал.

— Ну-у, — неуверенно сказал он, — я могу поймать зайца.

— И зажарить тут же, — не без ехидства добавил герцог. — Боевым пульсаром.

— Зачем пульсаром? — обиделся вампир. — В силки. Вон у Яльги рубашки еще много…

— Рубашку не отдам! — рыкнула я, закрывая грудь руками.

— А что так? — Благородный Ривендейл изящно приподнял бровь. — Будет модная модель, укороченная такая…

— Ага, «эльфийский купальник» называется! Речка рядом, вы что, рыбу поймать не можете?

— Руками? — возмутился Хельги. — Я так похож на Нарроугарда?

Генри пожал плечами:

— Ну это как посмотреть. Волосы такие же светлые…

— Ребята. — Я серьезно посмотрела на обоих вампиров по очереди. — Вы что, не понимаете, что это все всерьез?

Парни переглянулись, Ривендейл вновь приподнял бровь, но на этот раз левую.

— Яльга, — задушевно сказал Хельги, — ну подумай сама. Наши магистры, конечно, те еще изверги, но вряд ли они заморят несчастных адептов в лесу! Если совсем припрет, нам всегда помогут…

— Если совсем припрет, — не выдержав, я вскочила на ноги, — нас выкинут из Академии, вот и все! Это ж ведь не просто экскурсия с посещением любимого заповедника Державы Путятича! Буковец же говорил, мрыс дерр гаст, от этого зависит наша годовая оценка!

— Да там, где Буковец говорил… — возмущенно начал Хельги; но его неожиданно перебил Ривендейл, обеспокоенно косившийся в сторону леса:

— Слушайте… что-то мне за Полин неспокойно.

— Мне тоже, — вдруг признался Хельги. — Может, сходим посмотрим, а?

Я неуверенно пожала плечами. После реплики Генри я вдруг поняла, что за чувство снедало меня последние три часа: я беспокоилась за Полин, причем с каждой минутой все сильнее и сильнее. Да, конечно, алхимичка была здесь… не то чтобы лишней — чай, не компания друзей, — просто это было не ее место. У алхимиков наверняка другая практика, да и что делать в диком лесу городской девушке, привыкшей ходить исключительно на каблуках?

— Идемте посмотрим, — наконец решился Хельги. — А то в самом деле неудобно получается…

— Верно, — поддержал его Ривендейл. — Мы ж мужчины… ну то есть боевые маги! Мы должны помочь женщине…

— А стоянка никуда не убежит, — закончила я. — Идем?

Вампиры встали на ноги, Хельги тут же забрал свой плащ, но едва он успел это сделать, как в кустах послышался треск и оттуда вывалилась исцарапанная Полин с растрепанной прической и донельзя грозным видом.

— Вот! — с ходу начала она, словно не замечая одинакового облегчения, появившегося на лицах у вампиров. — Бросили девушку одну в лесу, да? На растерзание волкам, да? И медве… ой, Яльга, что у тебя с рубашкой?

— Полин… — тут же вклинился предприимчивый Хельги. Алхимичка вскинула на него глаза, и вампир — неслыханное дело! — даже потупился, правда ненадолго. — Ты извини, ага… А леска у тебя есть?

Несколько секунд было тихо. Насупившаяся алхимичка переводила взгляд с Хельги на меня, а с меня — на Генри.

— Ну есть, — наконец буркнула она, раскрывая сумку. — Вам-то зачем?

— А мы рыбки поймаем! — лучезарно улыбнулся Хельги, и впрямь осчастливленный моточком прозрачной лески. — И на ужин сготовим! Правда, девочки?

— Неправда, — злобно ответила я. Подумав, добавила: — Мальчики.

Но вампира, обретшего единение с леской, сложно было обидеть:

— А что так?

— Я готовить не умею, — призналась я, усаживаясь обратно на лапник и вытягивая ноги. — Нет, серьезно!.. Что, думаешь, на трактах так рыбы и плавают?

— На тра-актах? — мигом навострила уши Полин. — На каких трактах?

— Не имеет значения, — поморщился Ривендейл. В кои-то веки благородная наследственность оказалась мне на руку: даже коротенькая гримаса получилась у герцога такой… даже не знаю, как сказать… ну в общем, Полин тут же забыла про все дороги мира.