Анделор. Тетралогия - Куприянова Мария - Страница 151

Он продолжил двигаться вперед, старательно обходя лежащих на земле единорогов, дабы не тревожить их покой, но, в то же время, внимательно следя за своими чувствами. Вдруг, что подскажут? Но они молчали, так же как и всегда, когда дело касалось волшебных существ. Неведомая преграда не позволяла ему проникнуть в их сознание, не давала вычислить того, кто действительно нужен.

Коля просмотрел почти всех единорогов, но ничто не обратило его внимания. Возможно, стоило подождать тех, кто сейчас выбивал копытами траву из земли? И вдруг он увидел его. Крупный самец серо-голубого цвета, с серебряной гривой стоял возле ручья и пил воду. Его стальной рог блестел не хуже начищенного меча, а длинный хвост заканчивался, как у льва, пышной кисточкой.

Возможно, все дело заключалось в окрасе, напомнившем Николаю Золу. Ведь именно с ней у него всегда ассоциировалось спокойствие и сдержанность. А возможно потому, что тот слишком сильно выделялся среди прочей массы соплеменников. Тем не менее, сомнений не осталось. Именно этого красавца он постарается приручить. Или погибнуть.

Коля подошел к нему вплотную. Единорог оторвался от воды и повернул голову. Насмешливо тряхнул гривой и фыркнул. Мол, иди своей дорогой, человек и оставь меня в покое.

— Привет, — тихо произнес Коля. — Покатаешь меня?

И, вспомнив совет долго не раздумывать, уцепился за шелковистую гриву и вскочил ему на спину. Несколько секунд единорог стоял, пораженный человеческой наглостью, а потом рванул вперед, да так резко, что чуть не сбросил седока. Коля прижался к мощной шее животного и крепко ухватился за его гриву, ожидая бешеной скачки.

Она оправдалась на все сто. Единорогу удавались движения, совершенно нетипичные для обычной лошади. Более пластичный и сильный по природе, он прыгал из стороны в сторону, становился свечой и крутился на месте, разгонялся, а потом внезапно тормозил, будто копытами в землю врастал. Езда без седла только усложняла и без того нелегкую задачу. Всего за несколько минут тело несчастного ездока покрылось синяками, а вскоре к ним прибавились и ссадины, когда строптивцу вздумалось перевернуться через спину. И только чудом Коля остался на месте. Как на карусели, у него начинала болеть голова, казалось, что внутренние органы перемешались, сердце так и вовсе стучало уже где-то в пятках. Он перестал думать о чем-либо другом, кроме как слезть с широченной спины серо-голубого красавца и сбежать от него куда подальше. Дикий норов, необузданную мощь и строптивую стихию в одном лице приручить невозможно. Но вот, когда, казалось, что все элементы испробованы, а всадник продолжает из последних сил цепляться за гриву, единорог со страшной скоростью понесся вперед.

Коневоды Лайрана говорили, что вывели особую породу лошадей, способную в короткие сроки преодолевать огромные расстояния, но они понятия не имели, что такое на самом деле скорость. Они не знали, что такое чувствовать, как воздух постепенно густеет и становится таким плотным, что буквально выбивает дух из легких. Они не знали, что такое стать глухим от одного только шума в ушах. Они не видели, как из блестящего рога существа, воспетого в мифах и легендах, выбивается сноп искр, разверзается пространство, и края проделанного портала холодом чертят по коже.

Вспышка света. Они вплотную приблизились к лесу. Еще вспышка, прямо перед широким древним дубом. И будто прошли его насквозь, оказавшись на другой поляне, только меньше предыдущей. Снова вспышка, и они скачут прямо в пропасть, еще немного, и единорог прыгнет туда, увлечет за собой всадника. Коля с ужасом закрыл глаза, но опять полыхнуло белым светом. Теперь копыта увязали в песке, а они оказались на безлюдном пляже какого-то большого водоема. Руки судорожно сжимали серебристые пряди, ноги сводило от напряжения, но, похоже, усталость подобралась только к седоку. И только последняя мысль блеснула в сознании. Глупая, конечно, но могла и сработать.

— Ты мне нравишься, — сквозь сжатые зубы прохрипел Николай. — Я выбрал тебе имя. Аргент.

Единорог остановился, как вкопанный. А всадник — нет. Перелетев через голову, он въехал в песок, чудом не свернув себе шею. Перед глазами все качалось, мышцы дрожали, и Коля ощущал себя матросом, выброшенным бурей на берег после кораблекрушения. Сплевывая песок, кряхтя и мотая головой, он перевернулся и сел. Сил, на то, чтобы встать и держать равновесие у него уже не осталось. Протер глаза и увидел перед собой рог, направленный прямо в горло. Острый конец угрожающе качнулся, как вдруг блестящий стальной цвет стал медленно тускнеть. Блестящая шкура поблекла, будто по ней провели невидимой кистью с блеклой краской, серебряная грива превратилась в обыкновенную — серую. Взгляд единорога вдруг стал каким-то отрешенным, будто его вмиг лишили жизненной силы.

— Что с тобой? Что случилось?

«Ты дал мне имя. Теперь я — твой раб», - вдруг прозвучало в голове.

— Я… Я что? Понимаю тебя? Ты можешь говорить? — Коля возбужденно вскочил на ноги, не обращая внимания на то, что его изрядно покачивало.

«Мы можем общаться только со своими хозяевами. Это часть магического контракта».

«Так, значит, он в самом деле существует? Так же как с лошадьми?», - тут он понял, что тоже не раскрывает рот.

«Не смеши меня», - фыркнул Аргент, — «лошади — примитивные создания. Не чета нам».

«Так в чем состоит магический контракт?»

«Значит, ты не маг? Обычно у магов есть сила, способная подчинить нашу волю».

«Я… да. Но мне сказали, что никому еще не удавалось приручить вас», - растерялся Николай.

«Они забыли упомянуть — на долгий срок», - рог многозначительно уперся незадачливому рабовладельцу в горло. — «Но, мы хозяев не убиваем. Нельзя». Аргент отвернулся.

«А кто тогда?»

«Их убивают другие единороги. Им это не запрещено».

«Значит, нашли лазейку в контракте? У вас хорошие юристы! Так в чем именно он заключается?»

«Я буду служить тебе, пока ты не погибнешь. Только тогда я обрету свободу», - Аргент озадаченно склонил голову на бок.

«Поэтому твой цвет изменился?»

«Да. Теперь я — раб. Но могу уверить, долго моим хозяином ты не пробудешь».

«Могу тебя уверить в том же. Разорвать контракт можно?»

«Что? Не знаю. Зачем?»

— Потому что я возвращаю тебе свободу. Можешь идти куда угодно! — произнес вслух Николай.

Он даже не удивился, когда мутные оковы спали, вновь вернулись былые краски, заискрилась шелковистая грива, заблестел стальной рог.

Тяжело вздохнув, бывший рабовладелец развернулся и пошел прочь. Возможно, Айлин не одобрит его действия. Наверное, стоило договориться с единорогом, чтобы тот отвез его в Забытый лес. Но кто знает, с кем им там придется встретиться? Аргент и хвостом не пошевелит, чтоб помочь. А перспектива быть проткнутым его соплеменниками по возвращении на поле выглядела совершенно не заманчиво. Лучше уж оставить все как есть. Он еще что-нибудь придумает, сумасшедшая мысль, как попасть во дворец Фаридара, у него имелась. Надо только добраться до пророчества, а для начала и в Ринвелл. Куда же его занесло? И как долго возвращаться?

Сзади послышался стук копыт, и снова в голове зазвучал голос:

«Подожди!»

Коля удивленно обернулся.

— Я все еще тебя слышу!

«Связь между нами осталась».

«И что ты хочешь?»

«Почему ты освободил меня?»

«Там, куда я направляюсь, мне не нужен раб. Мне нужен друг».

«А куда ты направляешься?» — единорог с любопытством вглядывался в «собеседника».

«Мне нужно попасть на поляну Оласар. Это вопрос жизни и смерти».

«Твоей?»

«Всех живых существ Анделора».

«Громко сказано!»

«Громко подумано».

«Если так, то я хочу знать, что угрожает моему племени! Я, как-никак, вожак!»

«Ты — вожак? Ну и ну. Повезло мне. Думаю, тебе не нужно объяснять, и так все видно. Магия исчезает, граница сдвинулась. Со слиянием звезд мир погрузится во тьму, и я не успеваю остановить главного злодея. Где-то так, вкратце».