Анделор. Тетралогия - Куприянова Мария - Страница 300

— Щит Яруса разрушен. Боюсь, здесь я ничем не могу помочь. А чтобы соорудить артефакт подобной мощности понадобится не один день, и даже не неделя.

— Тогда примем бой теми силами, которыми располагаем, — заключил Артис.

— Подожди, у меня есть одна идея, — Коля допил чай и поднялся. Но мне нужно поговорить с Айлином.

Черный лес настороженно принял гостей. В его владения давно никто не наведывался: дурная молва отпугивала людей не хуже опасных тварей, бродящих по непроходимым тропам.

Коля пригнулся к серебристой гриве Аргента, пропуская над головой высохшую корявую ветку.

"Надеюсь, ты знаешь, что делаешь", — проворчал единорог, осторожно ступая на глухую и поросшую кустарником дорогу.

"Это наш единственный шанс", — мысленно ответил Коля, всматриваясь вперед.

Жизнь изменчива. Ее повороты круты и неожиданны. Еще утром он обнимал любимую женщину, целовал ее в сладкие уста и говорил нежные речи. А к вечеру оказался на границе людских земель, в густой чащобе проклятого леса.

Все утро прошло в спешных сборах. Разговор с Айлином только укрепил решимость отправиться в брошенные земли за помощью. Если только эту помощь согласятся оказать.

— Не знаю, что выйдет, но попробовать стоит, — прошелестел эльф. С каждой минутой, проведенной в Ориэлле, он старел и слабел, и едва передвигал ноги. Видеть, как друг из красивого и молодого юноши превращается в старую и больную развалину, было очень больно. И оставалось надеяться лишь на то, что светлые времена наступят раньше, чем перворожденный окончательно угаснет.

Коля настоял на том, чтобы отправиться одному. Ориэлл отчаянно нуждался в защите, а выполнить поставленную задачу в Чернолесье можно и одному.

— Береги себя, — пожелал он Элиору.

— И ты, брат. Мы будем ждать тебя и подмогу.

— Вот что, — Коля полез запазуху и достал синее перо. — Оно принадлежало птице Тару и способно исполнить одно желание. Используй его, если будешь нуждаться в помощи.

Элиор взял перо, покрутил в руках.

— Спасибо.

— И еще, — на ладони сверкнули два шарика. — Магические ловушки. Если не сможешь сражаться, минимум двух тварей ты запросто обезвредишь.

— А Торр-Сааза?

— Надеюсь, с ним ты не встретишься.

Тяжкий груз лег на сердце, когда они обнялись с братом. Но еще тяжелее далось объяснение с Эделью. Нет, она не спорила, не пыталась удержать дома или отговорить. Просто сжала губы, чтобы не расплакаться и подарила прощальный поцелуй. Мучительная боль расставания в ее глазах каленым железом жгла душу, и даже сейчас горечь разлуки не покидала его ни на миг.

"Долго еще?" — поинтересовался Аргент.

Они провели в пути почти десять часов, и оба устали. Только единорог мог совершить прыжок до Карпуса, а потом добраться до полосы Черного леса за такой короткий срок. И Коля не уставал благодарить судьбу за то, что Аргент быстро пришел в форму. И без лишних слов согласился на столь опасное путешествие.

"Понятия не имею".

В лесу быстро темнело. Тяжелая влага облепила ветви могучих деревьев, тонкими ручейками заструилась по шершавым стволам. Неестественная тишина обволакивала путников, а повисшая в воздухе угроза заставляла тревожно биться сердца.

"Кайл, тебе не кажется…"

"Кажется, — согласился Коля, напружинившись, — за нами наблюдают".

Они продолжили путь. Когда дорога, казалось, окончательно исчезла среди ухабов и кустарника, впереди появились две фигуры. Будто из воздуха материализовались. Высокие, на пару голов выше обычного человека, с длинными распущенными волосами, в обтягивающих костюмах.

— Стоять! — приказал один из них и вскинул лук.

— Брось оружие! — добавил второй.

Коля не собирался делать ни того, ни другого.

— Я — Даниэль, принц земель людских. Я пришел с миром.

— Брось меч и поговорим!

— Это и в ваших интересах тоже. Если не хотите погибнуть от руки Торр-Сааза.

Похоже, стражи прекрасно знали, о ком идет речь. Они некоторое время молчали, потом перебросились парой фраз и сказали:

— Идем. Она вас ждет.

"Интересно, — Аргент последовал за темными фигурами, — а как она догадалась?"

"Думаю, ей только что доложили о нашем прибытии".

"Обмен мыслями?"

"Если мы с тобой так общаемся, почему другие не могут?"

"Да, но…"

"Они отличаются. От истинных эльфов их отделяет тысяча лет. Кто знает, на что они способны сейчас?"

Тропа петляла и выпрямлялась, огибала деревья и опускалась в овраги. Гости следовали за провожатыми, с каждой минутой углубляясь в лес еще больше. И когда уткнулись в ровный ряд деревьев, посаженных так близко друг к другу, что стволы переплелись и срослись в одно целое, дорога исчезла совсем.

— Здесь, за живой стеной, наша земля. Тебе не уйти, если вздумаешь использовать свой меч.

Провожатый хлопнул в ладоши, и деревья тут же разошлись, открывая проход. Коля слез с Аргента, и оба они прошли через появившиеся врата. Стволы за спиной с шелестом сомкнулись, отрезав путь к отступлению.

Корявые, уродливые деревья остались позади. Здесь царил образцовый порядок. Бархатный мох устилал дорожки, пробегавшие между стройных елей и сосен. В подвешенных к ветвям шарах-фонариках горел огонь, освещая дорогу к высокому сооружению. Несколько мощных деревьев свивались настолько плотно, что образовывали живой шатер. Именно к нему гостей и подвели.

Входная арка подсвечивалась серебристым цветом, часть которого попадала и внутрь. Коля зашел в лесной дворец. Здесь пахло влажной землей, хвоей и смолой. По обеим сторонам удлиненного зала стояли скамейки, напротив входа возвышался трон из замысловато извивавшихся прутьев. Сидящая в нем женщина, увидев человека и единорога, даже не шелохнулась.

— Госпожа, вот они, — поклонились провожатые.

Она молчала.

— Нам остаться?

— Можете идти, — низкий грудной голос прокатился по залу. — Мне ничего не угрожает.

— Как угодно.

— Ты, человек, — она, наконец, посмотрела на Николая. — Подойди.

Коля пересек зал и остановился перед троном.

— Ну, здравствуй, бабушка.

Нарэна ничем не выдала удивления. Никак не среагировала на насмешку. Ни один мускул не дрогнул на лице, не один звук не сорвался с губ.

Бывшая невеста Зориана, любовница Ратхарга-Яракала, предательница своего народа, внешне ничуть не изменилась. Ее горделивая и надменная красота не покорилась времени. Только в огромных глазах поселилась пустота и утомленность. Будто ее выжгли изнутри, оставив одну прекрасную оболочку.

— Не думала я, что вновь тебя увижу, — произнесла Нарэна после нескольких минут молчания.

— Я, признаться, тоже.

— Что понадобилось потомку Зориана в этом забытым месте?

— Помощь. В битве с Торр-Саазом. — Коля не стал ходить вокруг да около. Времени оставалось совсем мало.

— Почему ты решил, что я буду тебе помогать?

— Потому что мир на грани катастрофы. Твой народ будет уничтожен. И ты.

— Почему ты решил, что я хочу жить? Мне больше тысячи лет, и видела я достаточно.

— Может, — осторожно начал Коля, — тогда ты хочешь умереть по-настоящему? Вернуть своему народу истинное имя и не сгинуть во мраке?

— Что? — на этот раз Нарэна не смогла скрыть легкую хрипотцу в голосе.

— Светлые эльфы уходят в Земли Предков. За совершенное предательство тебя и твоих соратников прокляли. Лишили не только имени, но и места в грядущем. Вы умираете, и ваши души гниют в земле вместе со своими телами. Ты бы хотела вновь обрести свободу? Честь? Жизнь после жизни?

Губы Нарэны дрогнули, она сжала кулаки, впившись ногтями в ладони. По бледной коже потекли капельки крови.

— Я не знала, — прошептала она, — что, предав Зора, лишусь всего. И не только положения и родственных связей. Но и того, куда все мы отправляемся после кончины…

В наказание за предательство, эльфы наложили на сородичей страшное проклятье. Мало того, что они изгнали их со своих земель, но и лишили самого главного: места в Благословенных Долинах. О жестоком решении Коле рассказал Айлин. И передал кое-что, чтобы убедить Нарэну оказать помощь.