Анделор. Тетралогия - Куприянова Мария - Страница 84

— Я наврал. На самом деле меня зовут Кайл. Эрика и Грейда я тебе уже представил. Теперь, думаю, самое время сообщить нам твое.

— Меня зовут Эдель, — чинно произнесла она и сделала паузу, словно ожидая услышать аплодисменты. Поскольку их не последовало, повторила его по слогам:

— Э-дель. Дочь Колиара. — И снова остановилась, следя за произведенным эффектом.

— И что? — не выдержал Эрик.

— Вы не знаете, кто такой Колиар?

— Представь себе, нет.

— Наверное, какой-нибудь очень знатный господин, там, в королевстве, — предположил Грейд, одернув мальчика.

— Ах, ну конечно же! Откуда вам знать? Вообще-то Колиар, мой отец, вот уже тридцать лет правит нашими землями. Он — король вельтов.

— Ого! — присвистнул Эрик, — так значит ты…

— Королевская дочь, — закончил за него Коля.

— Именно! — девушка гордо вскинула голову. — Вам посчастливилось спасти единственную дочь Правителя вельтских земель. Мой отец щедро вознаградит вас всех.

В голове забилось множество вопросов. Каким образом принцесса оказалась здесь, так далеко от дома? Что случилось с ее провожатыми, ведь не могла же она путешествовать лишь в компании юноши и старца? Почему вообще вельты покинули свое королевство, и что заставило их пойти на столь рискованный шаг? На свои вопросы Коля не мог пока получить ответа. Окружающая обстановка не располагала к задушевной беседе, к тому же, они не могли зря тратить драгоценное время. Однако один из вертящихся в голове вопросов все-таки необходимо было решить прямо сейчас. Он указал на спутников девушки:

— Нам необходимо освободить повозку. Похоже, твои друзья не смогут передвигаться самостоятельно.

— Они мне больше, чем друзья, — глаза Эдель обиженно сверкнули. — Это самые близкие мне люди. Эладир, — она посмотрела на бледного юношу, — мой двоюродный брат. А Золэн — мой Ор-Рендил.

— Кто? — не удержался Эрик.

— Ор-Рендил, по-вашему… — она сделала паузу, подбирая нужное слово, — Свидетель. Да, пожалуй, таково самое правильное определение.

— Свидетель чего? — Коля заинтересованно уставился на лежащего старца.

— Слишком долго объяснять, — коротко ответила вельтка. — Чего вы ждете? Освободите телегу!

— Прежде чем мы пойдем выполнять твой приказ, позволь кое-что сказать тебе, — Коля пристально посмотрел на девушку. Хотя ее красота опять завладела всеми его чувствами, и фразы стали сбивчивыми от нежелания отвлекаться от столь прелестного предмета созерцания, молодому человеку все же удалось совладать с собой и закончить предложение. — Может быть, ты и принцесса… там, у себя на родине… и привыкла указывать… но здесь другое… нашим отрядом командую я… так что будь добра… мы сами сообразим, что нам делать…

Чтобы Эдель не увидела, как по его щекам вновь разливаются красные пятна, Коля отвернулся и, не поворачиваясь, пошел к телеге. Эрик и Грейд присоединились к нему, оставив пораженную девушку стоять в стороне.

— Браво! — издевательски хмыкнул Эрик. — Ты все-таки сказал это!

— Что?

— Кто здесь главный!

— Помолчи, Эрик, — встал на защиту друга Грейд. — Ты еще слишком молод и не понимаешь, во что женщина способна превратить мужчину.

— Ага, как же, не понимаю. В постоянно краснеющего, запинающегося идиота. Волин и Болин по сравнению с ним — просто ораторы!

— Хватит! — рявкнул Николай, который не желал выносить на всеобщее обсуждение собственные слабости. Он и сам не понимал, почему Эдель оказывает на него такое влияние. Ни одна девушка из его «прошлой» жизни не заставила его покраснеть, ни разу! Что уж говорить о внезапно пропавшем даре речи! Чтобы отвлечься от этих мыслей, он начал усердно разгружать телегу.

В клетках, сложенных рядами, сидели различные существа, которых Коля ни разу в жизни не видел, даже на картинках в книжках. Забавные зверьки вроде белок и зайцев совершенно невообразимых цветов, от сиреневого, голубого до желтого и оранжевого, с любопытством поглядывали на освободителя. Более крупные и на вид не очень дружелюбные кошки, с острыми и длинными клыками, опасно высовывающимися из-под верхней губы, скалились, но, видимо, чувствовали — им не причинят вреда.

Стараясь не обращать внимания на их свирепый вид, Коля ломал замки и выпускал животных на волю. Когда добрался, наконец, до самых удаленных частей обоза, то увидел большую клетку — магическую ловушку, наподобие той, в которой совсем недавно сидели Эрик и Грейд. Внутри находилась крупная птица с очень красивым опереньем. Тело ее переливалось серебром, хохолок и крылья были окрашены в голубой цвет, а хвост — синий. По всей видимости, шарик-ловушку использовали исключительно для редких и самых ценных экземпляров. И для тех, поймать которых обычным путем никому не удавалось.

Николай поднял руку и нажал сверху на своеобразный замок, следуя точно такой же схеме, по которой освободил друзей. Ловушка ожила и убрала свои прутья, однако птица улетела не сразу. Она просидела несколько минут на месте, пристально изучая своего спасителя, а потом, взмахнув крыльями, улетела, оставив после себя серебристое облако и большое, сантиметров в двадцать, синее перо.

— Знаешь, что ты только что сделал? — спросила подошедшая к повозке Эдель.

— Выпустил на волю животных, — пожал плечами Николай. — Не тащить же их с собой?

— Я о другом. Ты только что освободил Тару — птицу желаний!

— И?

— Ох, невежественные вы, люди! Она может исполнить любое желание. Тот, кто владеет этой птицей, может получить все, что захочет: деньги, драгоценности, славу, власть над себе подобными!

— Мне ничего не нужно.

— Странный ты, Кайл, — она склонила голову набок, — никто не в силах устоять перед таким искушением. Однако Тару отблагодарила тебя, оставив свое перо. Возьми его. Ты можешь загадать любое желание, соразмерное, конечно, заключенной в нем силе. Им нельзя убить, влюбить в себя и…

— Оживить мертвого, так? — подмигнул ей Коля, удивляясь собственной смелости.

Затем поднял подарок Тару с земли, повертел в руках и сунул его за пазуху. Что ж, иметь желание в запасе не повредит, даже если оно единственное и весьма ограниченное. Он также забрал металлический шарик — ловушку. Справедливо рассудив, что раз уж нашел способ «выключить» его, то разберется и с тем, как «запустить». Шарик отправился в карман к своему, подобранному ранее, собрату, тому, который удерживал его друзей.

Теперь, когда место в повозке освободилось, он, вдвоем с Грейдом, уложил туда старца, так как силы меррила несколько уменьшились за отсутствием волшебных частиц, а Эдель усадила рядом своего брата. Грейд вызвался управлять повозкой, ему все равно надоело сидеть на одной лошади с Эриком.

Принцесса вновь проявила свою прекрасную осведомленность, седлая одну из лошадей, принадлежавшую ранее разбойнику. Она прошептала что-то ей на ухо, и та позволила оседлать себя.

— Я слышала, как однажды ее имя произнес по неосторожности бывший владелец, — пояснила девушка.

— Может, ты заодно знаешь, как зовут ту, которая впряжена в повозку? — спросил Грейд, стараясь усмирить возмущенное животное.

— Конечно. Мы же всегда шли рядом. Ее имя Пыль.

— Очень похоже, — улыбнулся Коля, хлопнув по крупу лошади и чихнув от взметнувшегося столбика пыли. — Ее что, давно не мыли?

— Нет, просто она ужас как любит в пыли валятся, — Эдель брезгливо поморщилась, — столько грязи от нее на меня летело!

— То ли еще будет, — хмыкнул Эрик, залезая на Факела. Не дождавшись ответной реплики, он пустил его вскачь.

— А…м-м-м, нам ведь предстоит длительный путь, — Коля нашел слова, оправдывающие «шпильку» своего друга. — Так что… Поехали?

Грейд тронул поводья и повозка, слегка поскрипывая колесами, покатилось по дороге. Рядом с ней поскакала на лошади Эдель, а Николай, задержавшись, чтобы переложить синее перо Тару и шарики-ловушки в дорожную сумку, а Светофора посадить себе на плечо, поехал следом. Он старался не оглядываться, чтобы не видеть той жуткой картины, которую оставил после себя, однако почувствовал себя увереннее только тогда, когда оставил это побоище далеко за спиной.