Анделор. Тетралогия - Куприянова Мария - Страница 92

— Принцесса права, — заметил меррил, — нам не следует оставлять их здесь.

— Мы не можем терять время! — в сердцах бросил Коля и тут же осекся.

Эдель с подозрением глянула на молодого человека и спросила:

— А разве мы куда-нибудь торопимся?

— Да нет, — поняв, что допустил ошибку, пробормотал молодой человек. — Но нам не известно, сколько еще таких тварей бродит в округе, а значит, пока мы не достигнем Аркалана, находимся в опасности встретить их снова.

Девушка продолжала пристально рассматривать спутника, пока на помощь не пришел Грейд:

— Кайл, тварюги перегородили нам путь, телега не проедет. Нам необходимо больше места.

— Конечно, ты прав, — Коля облегченно вздохнул и бросился вместе с другими расчищать пространство.

Примерно через час им удалось, наконец, освободить дорогу. Гоблины оказались на редкость тяжелыми, практически неподъемными, так что даже три человека с трудом смогли проволочь их по грязи и по одному сбросить в придорожную канаву.

Окончив грязную работу, друзья заняли свои места, в том числе и Светофор. Дракончик спикировал с занимаемой им до сих ветки на дереве прямо на плечо к хозяину.

— Еще одна драка без твоего участия! — пожурил питомца Коля. Потом погладил его по голове и по чешуйчатому тельцу.

— Он просто не ввязывается в бой, если видит, что и без него справляются, правда, Светофор? — подмигнул дракончику Эрик.

— В таком случае, он знает явно больше, чем может показаться на первый взгляд, — Коля пришпорил лошадь, и они двинулись в путь.

Прошло совсем немного времени, как вдруг Грейд крикнул:

— Стойте!

— В чем дело? — оглянулся мальчик.

— Тише, — прошептал меррил, — слышите?

Его лицо озарила довольная улыбка:

— Наирэлл!

— Большая река? — Коля с надеждой посмотрел на друга.

Все затихли, прислушиваясь. Шум бурлящей воды отчетливо разрывал безмолвие леса.

— Ты хочешь сказать, мы в предместьях Аркалана? — спросил он.

— Клянусь Могучим Двейном! — воскликнул Грейд. — Через пару дней мы подъедем к городским воротам.

Наирэлл считалась одной из самых больших рек в землях людей. Ее тихие воды напоили, а обитающая в ней рыба накормила не один город. Она текла с севера на юг, постепенно разгоняясь, и к Аркалану спокойная речушка превращалась в дикого, необузданного зверя. Однако перед тем как соединится с Серебряным морем, на равнинах она вновь замедляла свои воды, и впадала затем в уютную гавань Аркалана.

Шум бурлящих вод мог означать только одно, скоро они достигнут города. Воодушевленные, люди пришпорили своих лошадей, а меррил стал чаще щелкать кнутом и подгонять кобылку, тянущую за собой тяжелую телегу.

— Я чую запах человеческого обиталища! — проворчал Хаарс, давая знак уваргам остановится.? - Много разных запахов, — согласился второй, — скорее всего это постоялый двор

— Ты пррав, Шоррг, — довольно пробурчал Хаарс, — мальчишка недавно останавливался здесь, его запах еще свежий.

— Думаю, нам стоит туда наведаться, — глаза Шорга хищно блеснули, — я голоден.

— Что ж, хорроший обед нам не помешает, заодно и у хозяина поинтерресуемся по поводу Даниэля.

Уварги неспешно потрусили в сторону таверны «Хромая кошка».

Глава 10.

— Итак, повторри… Норрт, когда мальчишка покинул твое заведение?

Хаарс сидел за столом и грыз огромную баранью ногу. Большая кружка из-под пива уже наполовину опустела, однако голодный огонек все еще продолжал гореть в глазах уварга. Остальные, пуская слюни, столпились возле своего командира, не смея присоединится к трапезе, пока тот не насытится.

Напротив Хаарса сидел хозяин таверны и с ужасом взирал на вечерних гостей. Он видел уварга лишь однажды, тот проезжал мимо по каким-то своим делам, но и двух часов хватило, чтобы запомнить волосатую тварь навсегда. Мало того, что он тогда опустошил все его запасы хмельного и еды, так не потрудился даже заплатить за ужин. Однако Норт радовался, что остался жив и не посмел даже заикнуться о деньгах. Он надеялся, что уварги никогда больше не переступят порог его «Кошки». Как же сильно он ошибался!

Сегодня, в обычный день, постояльцы не жаловали своим присутствием одинокую таверну. Однако старика сей факт больше не заботил. Тот самый мешочек с золотыми монетами, оставленный разбойниками, мог обеспечить ему и его семье безбедное существование на долгие годы, так что продолжал работать исключительно ради собственного удовольствия.

Вечером, когда Норт закрыл «кошку» на ночь и уже налил себе традиционную кружку пива, в дверь постучали. Он открыл засов, и застыл от ужаса. Перед ним, закутавшись в плащи, стояли десять существ, которых он меньше всего ожидал здесь увидеть. Самый крупный из уваргов бесцеремонно зашел внутрь, грубо оттолкнув старика, загораживающего вход.

— Где хозяин? — прорычал он.

Норт все еще не мог оправиться от шока, язык словно приклеился к небу. Старик стоял и быстро соображал, успел ли спрятать свой мешочек с золотом в тайник. Ведь не далее, как сегодня утром, он вынул его, чтобы в тысячный раз пересчитать свое богатство.

— Что молчишь? Отвечай, если командир тебе задает вопросы! — один из уваргов подскочил к Норту и тряхнул его, словно пыльный коврик. Челюсти несчастного клацнули одна о другую, от неожиданности он прикусил язык, и изо рта тонкой струйкой полилась кровь.

— Я х…хозяин, — наконец выдавил из себя он.

— Что с ним делать, Хаарс? — обратился к главному тот, кто продолжал держать старика.

— Усади его за стол. Пусть прринесут еду и выпивку. Мне с ним надо потолковать.

Норту очень не понравилось, как при этом хищно заблестели глаза уварга, но изображать из себя героя побоялся.

«Эх, старый дурень, говорила жена зарыть богатство в укромном уголке!» — ругал он себя. «Неизвестно, зачем я понадобился этим тварям, вдруг им известно о драгоценном мешке?» От такой мысли ему стало совсем худо, а уж когда его усадили за стол, а главарь сел напротив, старик затрясся, как загнанный в ловушку трусливый зверек.

— Итак, — медленно произнес Хаарс, — недавно в твоей таверрне останавливались тррое. Двое людей и один мерррил.

Норт, услышав эти слова, несказанно обрадовался, что страшные создания ищут не его драгоценности, а тех самых троих постояльцев. Видимо, на его лице отразилось облегчение, потому что уварг отвлекся от только что принесенного служанкой ужина и пристально посмотрел на старика. Тот усиленно закивал головой:

— Да, я помню их… Высокий юноша, светловолосый паренек и меррил.

— Ррассказывай, — Хаарс принялся уплетать мясо.

— Да, в общем-то, и ничего рассказывать-то, — промямлил Норт, но его речь тут же прервал удар крепкой мохнатой лапы уварга по столу. Он с ужасом уставился на удлиняющиеся когти, которые буквально за несколько мгновений превратились в длинные лезвия, и с легкостью проделали на поверхности стола пять длинных полос.

— Не врри мне, и ррассказывай по поррядку. Все, как на духу! — Хаарс вонзил свои когти-сабли в баранью ногу, поднес ее ко рту, и начал грызть мясо.

Норт представил, что вместо баранины на этих ужасных когтях может болтаться он сам и начал выкладывать все, что помнил. Про странного черноволосого человека, который представился Кайлом, и про его любезность, и про необычайную прозорливость. В общем, все, что помнил до того самого момента, когда неизвестно какая по счету кружка пива, выпитая с этим юношей, окончательно не стерла его память. Он действительно не знал, в каком направлении наутро отправились постояльцы, потому что в это время крепко спал. Единственный, кто провожал их тогда — это Жиль, мальчишка конюха. Однако он уехал в Аркалан вместе со своим отцом и будет не раньше, чем через месяц.

— Итак, повторри… Норт, когда мальчишка покинул твое заведение?

— Да недели не прошло!