Отмеченные лазурью. (Трилогия) - Бялоленьская Эва - Страница 29

Известие об обвинении, выдвинутом против старшин Круга обычным, небогатым Говоруном откуда-то из захолустья империи Ленгорхии, было чуть не равносильно сообщению о нисхождении Богини Матери с небес и уж наверняка сопоставимо с молнией с ясного неба. По вполне понятным причинам аргументы обвинителя должны были быть представлены перед независимым судом присяжных, в число которых входили наиболее достойные свободные граждане расположенного вокруг Замка Посада. И хотя под зал заседаний предназначили самые просторные покои в Замке магов, в нем собралось столько людей, что они стояли, прижавшись друг к другу, точно зубочистки в стаканчике. Но ради такой сенсации стоило перетерпеть неудобство. Часть зала огородили деревянными поручнями, выделив свободное пространство в форме прямоугольника. Вдоль одной его длинной стороны стояло десять стульев с резными спинками, украшенными эмблемами, — по одному месту для представителя каждой из ведущих каст. Напротив них располагались места для шести судей. Короткая сторона и стул со знаком «уста» предназначались для обвинителя. А напротив стоял гораздо менее пышно украшенный стул — для свидетелей. Магистры, занявшие свои места, были облачены в элегантные туники с символами каст на плечах, перепоясанные лазурными шарфами, как диктовала серьезность происходящего, а выражения лиц старейшин свидетельствовали о раздражении и нетерпении. Они явно полагали, что их время тратится напрасно. А вот Говорун Телец производил впечатление совершенно спокойного человека. Он был скромно одет в черное платье, на фоне которого особенно ярко выделялся его лазурный шарф, точно магистр хотел этим ненавязчиво напомнить, кто он и какие у него есть права. Рядом с пестро разодетыми, точно павлины, представителями противной стороны он как бы источал честную добросовестность и решительность. Напротив друг друга встали оппоненты — оба в черно-белых облачениях законников, с традиционно обритыми головами, на которых был вытатуирован упрощенный символ весов.

— Говорун Телец выступает против Круга о нарушении его личных прав, — сказал Филяр, отец Имбиря.

— Круг принимает, — ответил его противник.

— Говорун вносит протест против намерения нанести увечье мальчику по имени Ночной Певец, которого он, Телец, доверил Кругу на воспитание десять месяцев назад.

— Круг возражает против определения его намерений как «нанести увечье».

Началось. Оба представителя теперь должны были взаимно цепляться за слова и пытаться сбить противника с толку.

— Я настаиваю на этом определении как ключевом для дела. Талант является интегральной частью тела, а лишение тела его интегральной части является увечьем.

— Частями тела являются также волосы и ногти. Является ли их стрижка нанесением увечья?

— Хочу обратить внимание на то, что талант не отрастает, — жестко отрубил Филяр.

Представитель Круга не нашел возражений и обратился к Тельцу:

— Господин Говорун, этот мальчик является членом вашей семьи, сыном, внуком или иным родственником?

— Нет, — ответил Телец.

— Почему же решение старейшин Круга так затронуло вас, что вы решились возбудить против них это дело о нарушении личных прав?

Этого вопроса ждали, и ответ на него был давно готов.

— Мальчик принадлежит мне, — сказал Говорун. — Я купил его, и теперь он мой невольник.

В зале заволновались. Так вот в чем дело! Процесс оказался совершенно неслыханным. Более сильное впечатление Телец мог бы произвести, разве что извергая огонь. Десятка магистров уставилась на него округлившимися от изумления глазами. Представитель интересов Круга ненадолго даже лишился дара речи. Он посмотрел на Филяра с искренней обидой и снова приступил к вопросам:

— Как дошло до… до трансакции?

— Я откупил ребенка у бродячей цирковой труппы.

— А можно узнать, за какую цену? — кажется, законник что-то задумал.

— Можно. Два серебряника, — честно ответил Говорун.

— Это нельзя назвать надлежащей ценой. Скорее вымогательством.

— Как раз нет, — возразил Телец. — Мальчик был в тяжелейшем состоянии, практически не оставалось надежды, что он доживет до следующего дня. А кроме того, я выложил гораздо более крупные суммы на его лечение и содержание.

И заседание продолжалось. Телец рассказал обо всем, что он сделал для мальчика, представляя свои старания как инвестиции на будущее. Говорил о том, что временно отказался заниматься новым приобретением из-за ухудшения состояния своего здоровья и принял решение послать ребенка в резиденцию Круга, где тот мог бы получить соответствующее образование согласно с волей владельца. Говорун производил впечатление абсолютно уравновешенного человека. Он смотрел спрашивающему прямо в глаза, давая понять всем присутствующим: «Я ничего не боюсь и уверен в своей правоте». Имбирь, следивший за ним со своего места, был восхищен. Будучи сыном законника, он еще мальчиком не один час провел в зале суда. И оценил поведение Говоруна как утонченный аргумент в судебной игре.

— Однако некая маленькая деталь разбивает все эти доводы, — выпалил представитель Круга, делая небрежный жест рукой. — Маг не может быть невольником! Так что аргумент о нарушении прав собственности сам собой отпадает.

— Протест! — тут же возразил Филяр. — Я настаиваю на этом аргументе, поскольку мальчик не является — повторяю: не является магом!

— Установление наличия таланта тут же…

Филяр прервал его:

— Установление наличия таланта не означает немедленное признание статуса мага и члена Круга. Всем известно, что окончательная квалификация может иметь место только после достижения претендентом четырнадцати лет, принимая во внимание возникающую иногда вероятность исчезновения таланта при достижении возраста созревания. Ночному Певцу восемь лет.

Представитель Круга сжал зубы. Его противник подготовился даже слишком хорошо. Кто знает, какие еще острые аргументы он может вытянуть из рукава?

— Я хотел бы вызвать свидетелем магистра Творителя Клинка для выяснения мотивов решения старшин.

Высокий маг встал со своего места и перешел на стул свидетеля.

— Предварительное распознание таланта ребенка определило его как Творителя большой силы, — начал маг. — Мы руководствовались результатами обычных тестов и рапортом присутствующего тут Говоруна Тельца. Но после длительного наблюдения оказалось, что у мальчика имеет место устойчивая блокада таланта, возможно, под воздействием сильной психической травмы. Талант проявлялся только в минуту опасности, и то самым деструктивным образом. Ребенок никоим образом не может им управлять. Мы приняли это нелегкое решение, руководствуясь исключительно соображениями благополучия ребенка и безопасности его окружения.

Филяр жестом попросил разрешения задать вопросы.

— Более широкому кругу посвященных известны два случая, назовем их, неуправляемого проявления таланта. Но на самом деле их было три. Что магистр может нам сказать об этом третьем?

— Меня… хм… ударило…

— Силой?

— Да, — коротко ответил маг, мысленно проклиная источники утечки этой информации, каким бы способом она ни произошла. В присутствии такого количества Наблюдателей и других магов, умеющих читать в мыслях, он не мог отклониться от правды.

— Магистр каким-то образом пострадал?

— Впечатление было крайне неприятным…

— Остались ли на теле магистра устойчивые следы применения таланта? Шрамы, внутренние повреждения или хотя бы синяки?

— Нет.

— Можно ли утверждать, что мальчик направил на вас только небольшую долю энергии или только хотел вас испугать?

— Не знаю.

— Можно ли утверждать, что отсутствие увечий является следствием осуществляемого над талантом контроля?

— Думаю, можно, — с трудом и кислым выражением лица ответил маг. Пока обвинитель выигрывал.

— Благодарю. — Филяр вежливо поклонился. — Это все. Как мы видим, талант мальчика все-таки находится под каким-то контролем. А теперь прошу свидетеля обвинения Творителя Имбиря.