Хроники странного королевства. Вторжение. (Дилогия) - Панкеева Оксана Петровна - Страница 147

— Это что? — забеспокоилась Настя.

— Можешь посмотреть, только в руки не бери, порежешься.

Кантор положил сверток на стол и занялся чаем, загадывая про себя — послушается или нет?

Зашуршала бумага, затем за его спиной раздался испуганный вскрик. «Все-таки пощупала», — неодобрительно отметил Кантор и обернулся, дабы высказать сочувствие и напомнить, что если тебе говорят чего-то не делать, то это не личный каприз говорящего.

— Диего! Где ты это взял? — Настя в изумлении таращилась на чакру, послушно держа руки на расстоянии от опасной игрушки. — Это же та самая вещь! Ты ее у Брыля отобрал?

— Ну да.

— А вторая тоже у тебя?

— Какая еще вторая?

— Какой-то не то кубик, не то камушек, не то камушек в кубике… Они какие-то косноязычные, эти его дружки, объяснить не сумели…

— Переливающийся кристалл в прозрачном кубе? Нет, его у Брыля не было.

— Погоди, а где ты его видел в таком случае?

— Там же, где и чакру. В своем мире.

— О господи, так эти вещи мало того что краденые, так еще и контрабанда? Вот почему Брыль так резво удрал после разговора с дядей Витей… Только… почему тогда эта… чакра у тебя? Разве ее не забрали… ну там, в лавочку или обратно в родной мир?

— Потому что она моя.

— Ты хочешь сказать, что они ее украли у тебя? — окончательно растерялась Настя.

— Нет, ее у меня украли еще в моем родном мире. Но мне трижды начхать, кто и сколько раз ее крал после этого. И если эти твои шмякуны попробуют ее у меня отобрать, я охотнее убью их всех, чем отдам каким-то мелким пакостникам уникальный артефакт.

«М-да, не пугать девушек у тебя получается плоховато», — заметил вредный голос.

«А тебе бы только сопли развозить! — не смолчал второй. — Чего с ними цацкаться, выспросить у девушки, где они ее поджидают, и сходить туда. Подумаешь, парой-тройкой недоразвитых уродов меньше станет».

Настя, которая, к счастью, не слышала совета второго голоса, воззрилась на грозного кабальеро со странной смесью испуга и сожаления.

— Диего, я, конечно, понимаю, что у вас там простота нравов и жизнь человеческая недорого стоит, но у нас тебя за это посадят.

— Если найдут, — отмахнулся Кантор, сосредоточенный на разливании кипятка по чашкам.

— Уж тебя-то найдут в два счета. Ты ведь не имеешь понятия, как замести за собой следы. В смысле, как это делается в нашем мире.

— Ты мне расскажешь?

— Но я тоже никогда такими вещами не интересовалась. Да если даже доказать не смогут, а только заподозрят, — у тебя же личный файл липовый!

— М-да… — Вот тут она была права. Посадить, может, и не посадят, а вот липовые документы можно и засветить, если оставлять после себя неприбранные трупы. — Ладно, убедила. Не буду никого убивать. Пока не нападут группой больше трех.

— А если нападут?

— Тут уж по обстоятельствам. Зависит от их отваги и настойчивости. — Кантор поставил чашки на стол и аккуратно спрятал оружие в чехол. — Постараюсь поаккуратнее, но ничего не обещаю. Не знаю, сколько стоит жизнь тут, у вас, но своя всяко дороже. К тому же я что-то сомневаюсь, что у наших противников такие же возвышенные представления о ценности, скажем, твоей жизни. И что они так уж сильно боятся быть пойманными и повешенными.

Настя горько вздохнула:

— У нас не вешают.

— И зря, — наставительно изрек Кантор, полностью согласный в этом вопросе со вторым голосом. — Кое-кого следовало бы. Ладно, ты не думай об этом. Пей чай, пока горячий. Есть хочешь?

Девушка уныло помотала головой. Конечно, какая уж тут еда…

— Тогда располагайся, отдыхай, приходи в себя. А как успокоишься, расскажи все, что мне нужно знать о выживании в этом мире. Не хотелось бы наделать глупостей из-за собственного невежества.

— Хорошо, но можно не сегодня? Мне еще поработать надо.

— Ты сможешь?

— А что делать, надо.

Что ж, надо так надо. Товарищу Кантору, между прочим, тоже кое-что надо сделать. Раз дело так обернулось, разговор с папой нельзя дальше откладывать. Можно ли обманывать в снах, уже не столь важно. Зато папа сможет поведать о тех специфических тонкостях бытия, о которых бесполезно спрашивать боязливую девушку Настю.

— Ну и что теперь с ним делать?

— Да что, к врачу ему надо. Кровотечение остановилось на время, пока заклинание действует. Не поворачивайся!

— Да я не поворачиваюсь. Просто непривычно спиной разговаривать.

— Ты же прекрасно знаешь, что тут все залито кровью, включая меня. А через дверь виден дохлый вампир. Если ты оглянешься, мне опять тебя в чувство приводить. Лучше так и смотри в монитор. И нюхай, что ты там нюхаешь.

Нашатырем воняло по всему подвалу. К счастью, обычным, натуральным, не магическим аналогом, который сопровождается шоковой атакой на все шесть чувств одновременно.

— Так, давай думать дальше… Нам надо: Виктора — к врачу, самим смотаться в Первый Оазис и взять ориентиры…

— А еще сделать все так, чтобы мы могли потом вразумительно объяснить все отдельно убасу и отдельно почтенным мэтрам, не упоминая об этой комнате…

— А Вик чтобы мог объяснить это своему начальству, не упоминая нас с тобой…

— Ой, твою мать! — совсем не по-эльфийски выругался парнишка. — Про его начальство-то я и забыл…

— Вот именно.

— Тогда давай так… Морковку возьмем с собой, смотаемся домой, быстро скинем его на руки мэтру Вельмиру, а сами — назад…

— И все это я проделываю в бессознательном состоянии.

— Послушай, ты мог бы хоть на время взять себя в руки и не уподобляться придворным дамам? Это уже даже не смешно!

— Ах, значит, до сих пор тебе было смешно?

— Ребята… — с трудом вырвавшись из полуобморочного отупения, позвал Кангрем. — Послушайте сюда…

— Не поворачивайся! — предостерегающе вскрикнул Мафей. — Вик, потерпи чуть-чуть… сейчас мы…

— Слушай сюда, я сказал… Вампир… сотрудник лавочки. Мне надо о нем доложить, сдать труп… и после этого… его кабину в Первом ликвидируют. И всю комнату зальют пенобетоном… ориентиры надо брать где-то за ее пределами.

— Очень хорошо… — мрачно пробормотал Жак, привычным жестом сунув руку в перчатку. — Блин, штекер надо было взять… Еще объяснять отдельно убасу и мэтрам, куда делся труп…

— Нам все равно пришлось бы кому-то из них это объяснять.

— Это ерунда, а вот с кабиной… Туда надо сходить сейчас, пока она там есть. Сколько у нас времени? В смысле, заклинание твое сколько продержится?

— Я успею. Ты мне только кабину настрой на нужный адрес.

— Один пойдешь? — Жак изо всех сил постарался, чтобы это прозвучало с деловитым безразличием, но унять дрожь в голосе так и не сумел.

— Мне из комнаты выходить придется. Не хватало, чтобы ты там где-то наткнулся на зомби и грохнулся в обморок. Да и я тоже… руки еще можно помыть, но у меня и манжеты в крови. Сиди здесь.

— Не ковыряйся там… — посоветовал Кангрем, вспомнив о прошлой жизни Настиного непутевого братца. — Список кодов в папке «От склероза», так и называется — «Коды кабин».

— А дверь там как открывается?

— Ах, мать его… Не подумал…

— Что?

— Дистанционка от двери у Митьки в кисть имплантирована… Вот здесь, как у меня…

Жак скорбно застонал — видать, начал прикидывать, как сымитировать нужный сигнал, и понял, сколько это займет времени. А тащить с собой труп… Миниатюрный эльф не унесет восемьдесят шесть кило, разве что волоком…

Сам же Мафей, ничуть не смущенный новым обстоятельством, деловито поинтересовался:

— Правая или левая?

— Правая.

— Секундочку…

Ну не секундочку, а примерно десяток секундочек спустя из подвала послышался грохот перерываемых скобяных изделий, а затем гулкий хрусткий удар. Простая и суровая жизнь обитателей иных миров диктовала столь же простые и безыскусные решения проблем.

Заслышав торопливые легкие шаги эльфа, Кангрем благоразумно прикрыл глаза. Его и без того мутило. Не то чтобы он боялся отрубленных рук, но не в таком состоянии демонстрировать крепость нервов…