Хроники странного королевства. Вторжение. (Дилогия) - Панкеева Оксана Петровна - Страница 179

— Я вот только в четверг его пинал за разгул преступности и слишком вялые поиски Радужного Камня. Ты уверен, что это недоразумение не следует менять? Он же действительно ни на что не годится. Более того, он меня раздражает. Когда-нибудь я все же не сдержусь и прибью его собственноручно.

— А вот этого ни в коем случае делать нельзя. Менять неугодных людей на высоких должностях надо не под действием минутной прихоти, а по четкой схеме и с пользой для дела.

— Например?

— Подобных схем существует множество. Это тема для отдельного разговора. В данной ситуации нас больше всего волнует… что?

Наместник задумался. О наставлениях недельной давности он уже забыл, а в сложных отношениях семей да Коста и Эррера запутался на третьей фразе. Может, правитель из покойного мэтра Скаррона и получился, но вот наставник он никудышный. Будь у него чуть побольше ума и чуть поменьше самоуверенности, он бы понял, что невозможно совместить в одной личности два противоречащих друг другу свойства. Если ты воспитываешь человека, способного самостоятельно мыслить и принимать решения, — будь готов к тому, что он иногда будет иметь свое мнение и не соглашаться с тобой. Если же ты желаешь, чтобы тебе беспрекословно подчинялись и каждое твое слово воспринимали как священную истину, — не надейся, что твой воспитанник будет способен хоть что-то сделать без твоего руководства.

— Позвольте, я вам напомню. Главная наша проблема в том, что мы не знаем, будет ли преемник да Косты более эффективен, чем то, что мы имеем на данный момент. Поэтому лучшим вариантом было бы дать претенденту какую-нибудь должность с определенными полномочиями и поручить… ну хотя бы борьбу с преступностью, это действительно серьезная проблема. Проявит свои способности, докажет, что достоин, — возвысим и наделим властью, а да Косту либо переведем на более скромную должность, либо сольем по одной из схем, о которых я вам поведаю отдельно. А если окажется таким же ничтожеством… в этом случае нам и делать ничего не понадобится, только скомандовать, и да Коста его сам сожрет.

Да Коста начнет его жрать с первого же дня, и весь «испытательный срок» они с доном Орасио только и будут думать, как бы друг другу напакостить, по каковой причине ни один из них ничего полезного не свершит, погрязнув в интригах и забыв об основных обязанностях. Но до этого господин наместник пусть доходит самостоятельно. И долго.

— Думаешь, стоит?..

— Как я уже говорил, я не питаю особых надежд, что Эррера окажется намного лучше да Косты. Но если вы столь настойчиво жаждете попробовать — пробовать стоит именно так. Смещать правителей одного за другим каждую луну — не самый лучший способ добиться стабильности и порядка. Кстати о порядке. Что интересного произошло за время моего отсутствия?

— Мы потеряли рядового Нихха, — с откровенно издевательским прискорбием сообщил Харган.

— Действительно, какая потеря для великого дела! — рассмеялся Шеллар, не торопясь уточнять, верна ли его догадка касательно причины этой самой потери. — Добегался?

— Почти. Его озабоченность перешла все допустимые границы. Этот придурок бросил пост, без спросу полез на мою женщину, да еще при этом утерял оружие и получил взамен половинку ножниц. В то самое место, которым при этом думал. Я решил, что еще и лечить его после этого будет непростительным расточительством.

— Могу я уточнить, под «вашей женщиной» подразумевалась Ольга? — осторожно поинтересовался Шеллар, не забыв, однако, поощрительно улыбнуться. — Следует ли это понимать так, что вас можно поздравить?

Наместник неожиданно смутился и замялся. Точно так же когда-то и сам Шеллар стоял в растерянности, не зная, что ответить на вопрос зеленой супруги Урра, кем ему приходится Кира.

— Да… то есть нет… не в том смысле… но он-то думал…

— То есть вы подружились, — перевел Шеллар. — Но до постели еще не дошло. Что ж, это уже прогресс. И каковы ваши впечатления?

— Она такая смешная… — Харган невольно улыбнулся. — Я начинаю понимать, зачем ты держал при дворе шута.

— Вы повторяете мои собственные мысли. Ольга в самом деле невероятно забавное существо. Я рад, что общение с ней вас развлекло. Последнее время вы так погрязли в работе, что я уж начал было подумывать, как бы потоньше вам намекнуть о необходимости отдыха. Усталость и голод пробуждают в людях агрессивность, а в вашем исполнении это может быть опасно для окружающих. А могу я спросить о ее впечатлениях?

Как и следовало ожидать. Хочешь надолго занять шефа — задай вопрос, над которым он отродясь не задумывался.

— Послушай… — неуверенно произнес наместник после продолжительных размышлений. — А как это можно узнать вообще? Спрашивать напрямую — так же глупо, как и спрашивать брата Джарефа, не погрел ли он руки на последних поступлениях в казну…

— Но ведь подобную информацию можно получить и из других источников. — Шеллар с трудом сдержал улыбку. — Причем Ольга как объект изучения намного проще брата Джарефа. У нее все на лице написано вот такими рунами, нужно только прочесть. Кстати, он больше не донимает тебя просьбами о личной встрече с Повелителем?

— Нет, Повелитель его здорово напугал. Но он живо интересуется, когда туда наведаюсь я, чтобы он мог передать свои нижайшие извинения и прочее… Я начинаю опасаться, что он догадается.

По подсчетам Шеллара, к столь простому и требующему ничтожных умственных усилий выводу прожженный интриган должен был прийти минимум неделю назад, а то и раньше. Однако глава ордена то ли изрядно поглупел на почве религиозного рвения, то ли умело скрывал свои догадки в надежде воспользоваться ими в более подходящий момент и как можно эффективнее.

— Если догадается, введем его в курс дела, только и всего, — беззаботно отмахнулся советник. — И тонко намекнем, что в таких вот ситуациях и проверяется истинная верность последователей. Впрочем, если я верно помню, предать он все равно не сможет, ибо ступень его посвящения всяко выше третьей.

— Лишь бы ему не пришла в голову какая-нибудь собственная оригинальная концепция, что есть благо ордена в создавшейся обстановке… — тяжко вздохнул ученик Повелителя.

— На такой случай мы заранее обяжем его все свои идеи согласовывать с вами.

— Ладно, а как все-таки с Ольгой? Я, вынужден признаться, ничего понятного на ее лице не прочел.

— Познакомитесь ближе — научитесь. Я вот, к примеру, даже не глядя на Ольгу, но зная ее более года, могу вам сразу сказать: то, что она сейчас проявляет к вам, есть лишь интерес в сочетании с обычной учтивостью. Для чего-то более определенного у нее пока мало материала. Вы рассказали ей о себе?

— Пока нет, — как-то даже виновато поведал наместник. — У меня почему-то не получается. Она так интересно рассказывает о своем мире, что мне не хочется жертвовать ее историями ради своих.

— А вот это неправильно, — наставительно заметил Шеллар. — Более того, сие есть проявление лени и эгоизма, которое к тому же противоречит вашим интересам. Обязательно выберите время и поведайте девушке о своей персоне. Только не забудьте при этом — откровенная ложь в вашем рассказе крайне нежелательна, однако умолчать кое о чем можно и должно.

— Сегодня же займусь, — решительно пообещал Харган и неожиданно, словно внезапно о чем-то вспомнив, цапнул со стола отложенную бумагу. — Кстати о лжи и умолчании. Взгляни-ка, что пишет мастер Чань. Как ты полагаешь, насколько правдоподобны его подозрения, что наш агент в Лондре перевербован или перекуплен?

— Ну-ка, ну-ка, позвольте взглянуть… — Шеллар изобразил живейшую заинтересованность и протянул руку за докладом главы департамента. — Любопытно, что вызвало у мастера такие подозрения?

Ему действительно очень хотелось знать, на чем прокололся его верный шпион, ведь инструкции писал лично его величество перед самой капитуляцией и вроде бы все предусмотрел…

За прошедшие несколько дней Ольга почти привыкла к зубастой пасти и разным глазам, усвоила, что означают движения псевдобровей, вдоволь нащупалась крыльев и теперь с трудом сдерживала шкодливые ручонки, чтобы не пощупать нос. А что, он такой прикольный и так интересно шевелится…