Дневник, которого не было(СИ) - Зинина Евгения Евгеньевна - Страница 46

Мы прошли в комнату ожидания, где у стен были разложены пурпурные подушки с серебряными кисточками, и мой провожатый, предлагая присесть, скрылся за следующей дверью.

Я уже привыкла сидеть, поджав под себя ноги, но вдруг задержалась у странной высокой штуковины, взгляд на которую был для меня настоящим шоком. Я слышала об этом, но никогда не доводилось мне видеть такого своими глазами.

Она называлась зеркало, и я увидела в ней отражение той, в кого я превратилась здесь за какие-то несколько месяцев.

Когда-то веселая девочка с длинными вьющимися волосами и ясными голубыми глазами, отражалась в воде ручья. Теперь передо мной стояла девушка, смотрели, не мигая ошарашенные потемневшие от вечного полумрака глаза, в них очень глубоко пряталась боль. Взгляд на то, что сотворила со мной Долья, заставил ручьи слез устремиться вниз из моих глаз. Исхудавшая, похожая скорее на мальчишку я закрыла глаза руками, чтобы не видеть этого кошмара.

Глашатай снова вошел в комнату и покинул покои принца, сказав, что сейчас Его Высочество примет меня, но я даже не взглянула на него.

При виде меня лицо вошедшего Алвара изменилось за одно мгновение. Он немедленно подошел ко мне, и его пальцы провели по моему виску, едва касаясь редких волос, торчащих клочьями, где остались самые крупные шрамы, изумрудные глаза стали чуть влажными.

Он подхватил меня и поставил перед собой, спиной к этому проклятому зеркалу, затем взял за руки и пристально заглянул в мое лицо. Взгляд в его глаза был подобен полету с большой высоты.

— Я превратилась в чудовище, — сквозь слезы прошептала я.

Алвар внезапно опустился на одно колено, и теперь я глядела на него чуть сверху. Я могла бесконечно любоваться его красотой. Он был одет в просторную черную тунику, почти доходившую до колен и кожаные штаны. Золотой пояс подчеркивал его стройность, длинные рукава обвивали симметричные золотые узоры из кленовых листьев. Две косы, искусно заплетенные по вискам, выглядели точно корона, в них были вплетены золотые ленточки, они сходились на затылке в еще одну косу, лежащую поверх его густых распущенных волос. Глаза сегодня выглядели чуть потемневшими от тревог и печали. Мне так хотелось обнять его, развеять его грусть, согреть его теплом моей любви.

— Посмотри мне в глаза, посмотри внимательно, — начал он, крепко держа меня за руки, — И скажи мне, где ты действительно увидишь себя?

Затем принц отпустил мои руки.

Мудрый Владыка знал, что я увижу в его глазах. В них отражалась моя собственная душа, благодаря чистоте и вере которой мне удалось завоевать уважение самого принца эльфов, который опустился на одно колено перед человеком, слово, обычно произносимое здесь с презрением.

Я вдруг улыбнулась ему, и он также ответил теплой улыбкой.

— Ты все поняла. Ты — нежный цветок, чистый, как сияние утра. Ты то, что отражается в моих глазах.

Алвар увлек меня в одно из соседних помещений, служащее, судя по всему для отдыха, здесь был настоящий камин, и дымоход, ведущий на поверхность. Комната была очень маленькой и от того еще более уютной.

Предметы обихода густого цвета ночного неба с серебристой отделкой, создавали впечатление, что это место залито мягким лунным светом, и казалось будто пронизанным дыханием прохладной ночи. На полу был темно-зеленый ковер с таким длинным ворсом, что сразу напомнил мне нежную весеннюю траву. Стен было почти не видать за высокими полками с многочисленными книгами, огонь в камине служил единственным источником света, возле его красивой кованой решетки были разложены уже привычные подушки.

Мы присели друг напротив друга у огня и принц, подправив пламя изящной кочергой в виде веточки вьюна, мягко спросил меня:

— Расскажи мне, что случилось с начала и до конца.

Я вздохнула и уставилась на жаркие языки огня, сцепив между собой пальцы рук. Я прекрасно понимала, что мои слова могут расстроить их отношения с Карной, их свадьба и так была отложена. И уж, конечно, я ни словом не обмолвлюсь о Долье, пусть она и ненавидела меня всей душой, я зла ей не желаю. Бедной женщине и так досталось свыше всякой меры за эти долгие годы.

— Я шла на соревнования через юго-восточные туннели, но заблудилась там, — он обернулся, сверкнув своими пронзительными глазами, и моя голова непроизвольно опустилась еще ниже, я поняла, что прячу от него взгляд. Я не смогу обманывать его, глядя в эти необыкновенные глаза.

Он неожиданно легко засмеялся, с укоризной покачав головой.

— Хорошая история, Марта. А теперь расскажи мне, что там было на самом деле.

— Там было темно, и я еле нашла выход, а потом меня заметили и…

— Марта, данаари сначала стреляют, а потом уже задают вопросы. В тех туннелях нет ни одного разумного существа.

Да уж. Слово «дерд» и слово «разум» абсолютно не сочетаются.

— Я не знаю, как сказать Вам, В…Ваше Высочество… Я не знаю, имею ли право сделать то, что Вы просите.

— Хорошо, тогда я начну, а ты будешь дополнять. Только учти, что я очень хорошо осведомлен даже о том, что не было тебе известно.

И он рассказал мне о том, что произошло шесть дней назад, когда приготовления к свадьбе только начинались. Алвар сообщил Карне, что откладывает свадьбу на неопределенное время и, вскоре после этого, в ее апартаменты тайно доставили Долью. Принцу рассказали немало интересных фактов из их продолжительной беседы. Это она сказала невесте принца, что есть некая девушка, после разговора с которой, Алвар изменил свои планы. Затем два чародея из крепости магов прибыли в Раш-Кенор, чтобы якобы готовить магические эликсиры для успокоения безутешной невесты. И они действительно что-то готовили, только «эликсиры» оказались двумя мощными жезлами повиновения, которые были запрещены в Нивенрэле, Карна действительно боялась моего дара к магии и решила действовать только наверняка. С ними прибыли еще несколько эльфов из свиты Карны, один из них был специально обученным ассасином — убийцей. Но тогда еще принц об этом не знал. Он рассказал, что последний день принес ему немало беспокойства, поскольку я исчезла вместе со шпионом, что он приставил следить за мной, и о нападении на нас ему было неизвестно. Но когда шпиона нашли и израненного доставили жрецам Раш-Кенор, тогда-то Алвар и узнал, что Долья с помощью моей так называемой подруги заманила меня в смертельную ловушку, но мне удалось бежать. Некоторое время понадобилось, чтобы выяснить, что двое магов таинственно исчезли, а Карна же зачем-то немедленно отбывает в Оренор. Магов выследили очень быстро, их путь лежал туда же.

— Нандиры слишком поздно нашли моего шпиона, боюсь, что тебе слишком много довелось пережить за это время по вине Карны, — Алвар говорил голосом, в котором слышалась его сдержанная ярость, его глаза иногда сверкали в свете пламени камина, и тогда я поспешно отводила взгляд.

Но теперь мне стало понятно, почему он забрал мои воспоминания, щеки зарумянились, когда я подумала, что он так беспокоился обо мне. Вслух же я сказала:

— За мной следил Ваш шпион? Так вот почему он назвал меня по имени!

— Илингвё — один из моих лучших шпионов.

— Он… Он следил за мной все время?

— Да. Ты думаешь, я бы оставил тебя без защиты? Он оберегал тебя ценою своей жизни.

— О, нет! Мне так жаль!.. Это… Это все из-за меня!

— Не волнуйся, он жив. Но ему сильно досталось. И здесь нет твоей вины. Ассасин нанес ему несколько глубоких ран, но он будет в порядке. Его противнику пришлось гораздо хуже — он мертв. Гораздо труднее ему будет оправиться от удивления твоему самоотверженному поступку. Вы вдвоем уложили столько дердов, сколько все патрули раданмаров убивают за месяц. А теперь скажи мне — можешь ли ты к этому еще что-то добавить?

Я отрицательно покачала головой. Почти весь рассказ я слушала молча и только боялась смотреть в его глубокие и такие пленительные глаза.

— Нечего добавить, кроме того, что у Его Высочества отличные шпионы.

Алвар снова мягко засмеялся, но затем посмотрел на меня долгим испытывающим взглядом. Мое тело будто сковало заклятием. Со вздохом он сказал: