Искушение - Мадерик Робин - Страница 63

— Обещаю тебе это, — сквозь слезы ответила Вера.

— Родная, ты обещала не плакать. Я люблю тебя!

— И я тебя, милый.

— Так что же мы делаем с нашей любовью, дорогая! — воскликнул Флетчер.

— Каждый из нас выбрал свой путь и следует ему.

— Я никогда не говорил тебе. Вера, как уважаю тебя, твои убеждения. Оставайся такой всегда.

— Флетчер!

— Давай попрощаемся, дорогая, иначе я никогда не уйду.

Флетчер поцеловал ее волосы, как это делал всегда в их самые счастливые минуты, и вышел, не оглянувшись.

Вера смотрела ему вслед до тех пор, пока могла различить в толпе его фигуру. «Флетчер, милый Флетчер, не уходи!» — этот крик рвался из ее груди, но она продолжала стоять молча.

На кораблях были подняты паруса, и они готовились покинуть Бостон.

Глава 33

Лонгмедоу, октябрь, 1781 г.

Джонотан был высоким красивым мальчиком с черными, как смоль, волосами и большими зелеными глазами. Он выглядел старше своих лет.

Сегодня, в воскресенье, он был одет в темный строгий костюм, сшитый специально для посещения богослужений. Костюм очень мешал Джонотану, который не мог ни минуты устоять на месте.

Погода была удивительно теплая для конца октября. Солнце ярко светило, деревья окрасились во все оттенки красного, оранжевого и желтого цветов. Джонотан шел с мамой вдоль берега реки, которая серебристой лентой извивалась между поросшими лесом холмами. Вернее, он бежал впереди нее, ведь вокруг было столько интересного!

Мальчик спешил к своему любимому старому вязу, склонившемуся над заводью. Он очень любил залезать на него и воображать себя всадником, скачущим по лесу и сражающимся с врагами. В мечтах он воевал всегда с одним и тем же человеком. Как ни странно, этим человеком был его отец. Джонотан был очень сердит на него за то, что он оставил их с мамой.

Мальчик не верил в то, что его отец умер, хотя в деревне все знали об этом. Мама тоже считала, что отец жив. Джонотан подбежал к любимому вязу и увидел, что дерево уже занято: на нем сидел бородатый мужчина.

Жизнь Веры в Лонгмедоу вошла в свое спокойное русло. Теперь это была уже совсем не та женщина, которая в свое время покинула деревню ради Бостона.

Сама деревня совсем не изменилась со времен детства Веры, но люди менялись на глазах. Многие мужчины возвращались с войны израненные, другие потеряли на войне близких друзей, и это накладывало неизгладимый отпечаток на всю их дальнейшую жизнь.

К этой категории можно было отнести и Уильяма Блисса, когда-то веселого и беззаботного юношу, с которым Вера была знакома с детства. Вернувшись год назад из армии, Уильям стал постоянным спутником Веры. Он провожал ее с сыном после воскресной службы и частенько напрашивался на обед. Вот и сейчас Уильям подошел к Вере, предложив ей свою руку.

— Джонотан! — позвала Вера.

— Не зовите его, пусть побегает. Ведь здесь с ним не может случиться ничего дурного.

— Конечно, Вы правы.

— Я очень рад, что мы с Вами снова подружились, — сказал Уильям. Вера промолчала.

— А знаете, что говорят о нас в деревне?

— Нет, — солгала Вера.

— Говорят, что дважды овдовевшая дочь старого Колтона скоро станет доброй женушкой бедняги Уильяма.

— А что Вы об этом думаете?

— Я думаю, что Вы так же не хотите этого, как и я.

— До чего же приятно слышать такое, — засмеялась Вера. — Но Вы правы. Я не собираюсь выходить замуж. Даже если бы действительно была уверена, что мой муж погиб. Но я в это не верю.

— Вы никогда не говорили об этом прежде, — с удивлением заметил Уильям.

Когда Флетчер попросил ее вернуться в Лонгмедоу и там ждать окончания войны и его возвращения, она не думала, что ожидание затянется на многие годы.

— Вера, может быть, он бросил Вас? — со вздохом спросил Уильям.

— Нет, конечно, нет!

— Вера, послушайте. Если Вы будете уверены в том, что Ваш муж погиб, Вы согласитесь выйти за меня? Ведь ребенку нужен отец. И хотя между нами и нет большой любви, мы все-таки друзья, а это уже немало.

— Возможно, Вы правы.

Уильям кивнул. Он не был влюблен в Веру. Он все еще надеялся встретить женщину, которая сделает его счастливым. Но ему очень нравился малыш Джонотан, и чувство жалости охватывало его при мысли, что такой славный мальчик растет без отцовской любви и заботы.

— Джонотан! — крикнула Вера и пошла вперед быстрым шагом, обгоняя Уильямса.

Мальчик выскочил ей навстречу. Он весь испачкался и промок.

— Джонотан, посмотри на себя. Чем это ты занимался?

— Мама, я встретил на реке незнакомца. Он такой странный… И он сказал, что я похож на тебя. А как он узнал? — взволнованно спросил Джонотан.

— Он сказал, как его зовут?

— Нет, мама, но он такой хороший! Почему ты так смотришь? Он не хотел меня обидеть.

— А что он еще сказал?

— О, он спрашивал обо всем: чем я занимаюсь, нравится ли мне здесь… Он спрашивал и о тебе, мама.

— А что он спрашивал обо мне?

— Он спрашивал, счастлива ли ты. Вера почувствовала, что колени ее задрожали.

— Он… он еще там, этот человек?

— Думаю, что да. Он не хотел идти в деревню.

— Пойдем скорее, — сказала Вера, и они быстрым шагом направились к старому вязу. — А как он выглядит?

— Знаешь, мама, он похож… на того охотника, которого я видел в прошлом году.

— Какого охотника?

— Ты его не видела. Он сидел на моем дереве около воды.

— Он… — начала Вера и остановилась как вкопанная: перед ней стоял Флетчер. — Флетчер!

Мужчина не ответил, он только приподнял шляпу так, что ей стали видны его черные волосы и глубокий шрам на лбу. Медленно, шаг за шагом, затаив дыхание, Вера подходила к нему. Теперь их разделял только ствол дерева. Они смотрели друг на друга не в силах произнести ни слова.

— Вера… — произнес Флетчер после долгого молчания, — скажи, ты ждала меня? Флетчер крепко обнял ее.

— Ах, Флетчер, я не могу поверить, что это ты. Дай мне посмотреть на тебя, — прошептала Вера, чуть отклонившись назад.

Флетчер выпустил Веру из своих объятий, но Вера не отпустила его руки.

— Не отпускай меня совсем. Я должна чувствовать тебя. Глазам своим я уже не верю.

— Милая, не отвергай меня, — прошептал Флетчер и крепко поцеловал ее.

Их поцелуй был таким же нежным и сладким, как много лет назад.

Вера вспомнила о Джонатане, обернулась и позвала его.

Джонотан смотрел на них во все глаза. Так значит, он, его отец, не умер? Это он разговаривал с ним год назад.

В это время подошел Уильям Блисс. Он встал рядом с Джонотаном и положил руку ему на плечо.

— Кто это? — резко спросил Флетчер.

Уильям Блисс встал на его пути, сжимая плечо Джонотана. Взгляд его был мрачен и враждебен.

Глава 34

Флетчер сидел у камина в гостиной старого Колтона. Несмотря на теплый осенний вечер, Вера развела огонь. Джон Колтон был человеком простым, и вся обстановка в доме вполне соответствовала его взгляду на мир. Единственным исключением были стулья эпохи королевы Анны, купленные по желанию жены Колтона, и камин, отделанный мрамором и деревом.

— Итак, — сказал Колтон, — оказывается, Вы и есть мой зять. Довольно странная встреча. Я, конечно, знал, что Вы живы, тем не менее не надеялся увидеть Вас.

— Вы думали, что я бросил Веру?

— Если откровенно, то да.

— Мне очень неприятно, что у Вас был повод так думать. В свое время мы, я и Вера, решили, что не можем быть вместе, пока не кончится война. Она говорила Вам об этом?

— Что касается объяснений, моя дочь не любит их. Она слишком упряма и горда для этого.

— Да, я согласен с Вами. Но теперь война закончена…

— Война кончилась?

— А Вы не слышали? Одиннадцать дней тому назад Корнуэллис сдался в Йорк-тауне.

— Значит, закончена. А это у Вас след от ранения? — спросил Колтон, указывая на шрам на лбу.

— Да, сударь, — ответил Флетчер.