Натиск на Закат(СИ) - Васильев Владимир Иванович - Страница 66

Оно косвенным образом напомнило эрлу его первый пиратский подвиг и взятие свейского торгового судна с зерном на борту. Часть зерна он продал оптом, а часть хранил в новом поместье, и там же, в бухте стоял вмёрзшее в прибрежный лёд его первый приз. «Легко его взяли — легко отдадим Петру» — этак подумал граф, с любопытством перечитывая газетную заметку. В ней не было упоминания о его пиратском рейде в балтийских водах, но упоминались корабли с хлебными запасами. Заметка гласила:

Чарльз вырезал заметку и спрятал её в потайной карман…

— Вот, Государь, — сказал он мне, протягивая пожелтевшую вырезку из газеты, — Напоминание о днях минувших. Сергий Фёдорович учил меня по своим правилам. До прибытия в Россию я был уверен, что грамотно пишу по-русски.

Роскошный камзол Чарльза казался мне вычурным и годным разве что для сцены. Бывшему графу взгрустнулось, его веки задёргались, и слеза, явно не театральная, скатилась по его щеке.

— Мы все грустим по Ирию.

— У меня там осталась жена. Никто не знал, где она.

«Чарльз, как видно, сентиментальный парень,» — думал я, играя с «брелком», вытребованным у бывшего эрла в первую нашу встречу. Его слёзы навели на меня грусть-тоску, но она не была связана с Ирием: наши встречи и беседы были прерваны неприятными событиями.

Весь последующий день ушёл на решение тактических задач. Весьма неприятных.

Не удивительно, что меня терзали мрачные предчувствия по поводу судеб западных славян. По прибытии в стан новоприбывших пиратов-корсаров, я выдал задание сателлиту сменить стационарную позицию. Сателлит, зависнув над княжествами ободритов и лютичей, регулярно передавал картинки окрест лежащих земель. Наихудшие опасения подтвердились: вчера утром узрел большую армию рыцарей и кнехтов, ведомую монахами. Их передвижение ясно обозначило цели: княжество лютичей. Загадка лёгкой победы немцев над ободритами выяснилась: в куче трупов отыскали лазерную пушку, аналогичную тем, что мы нашли в арсенале странницы Живы. В армии крестоносцев, идущей на лютичей, один из монахов, весьма горделивый, ехал верхом в окружении братьев. За его спиной, на двух заплечных ремнях, поблёскивал ствол пушки. Со стопроцентной уверенностью можно было бы оплакивать лютичей.

Меня удивило ещё одно обстоятельство: наверняка, известие об уничтожении первой армии дошло до правителей немцев. Часть воинства скрылась от моего мстительного огня, и я не стал их преследовать. И времени прошло достаточно… Кто же послал новый полк на вероятную гибель?

Особого труда не составило — разгадал эту тайну. Поведение «монахов» и их пренебрежительное помыкание рыцарями выявило скрытые пружины, приводящие в действо армию немцев. Принцип ясен: церковь их ведёт, и церковь побеждает. Трепещите, поганцы!

Скажите на милость: вам бы понравилась роль палача?..

На месте побоища не оставил ни единой живой души, кроме одного раненого монаха. Изъял пушку. Мои воины усадили бледного от потери крови монаха рядом с собой в отсеке флайера, и мы полетели на юг, в сторону Рима. За горами, отделявшими итальянские города от немецких земель, увидели множество лагун и городов. Наибольший из них, конечно, Венеция. В здешней Венеции все дома, облицованные чёрным мрамором, придавали городскому облику зловещий вид. Цель нашего полёта была иной — город Рим. Над Римом господствовал чёрный замок, подобный нашему в Уралграде. Верхняя площадка замка была захламлена донельзя, и о посадке пришлось забыть. Лишь один служитель церкви осмелился выползти на площадку. Вот ему мы и сбросили наш живой груз. Раненый монах, отчаянно пискнув, свалился на кучу мусора. Наши мужики, как один, молча погрозили кулаками церковному служке, вышедшему встречать нас. Тот с открытым от изумления ртом смотрел на хмурого воина, слетевшего к нему аки ангел. Вручив служке грозное послание Папе римскому, «ангел» без крылышек взлетел на борт флайера, влекомый подъемной силой пояса-антиграва.

На прощание совершили облёт. Впечатление город не произвел. Ни величавости, ни одного грандиозного здания, за исключением чернеющего на холме замка.

На меня накатила безмерная усталость. Возмездие было совершено, но моя психика при виде множества трупов пришла в расстройство. «Тебе нужно отдохнуть,» — шептал я себе.

Смутно помню, как долетел до замка божественной Кали. Думаю, все в отряде переживали нечто подобное. А потому личному составу был отдан приказ: отдыхать. И я сам последовал своему приказу. Сон для души целебен.