Зулкибар (Книги 1-4) (СИ) - Добрынина Марина Владимировна "и Астральная Сказочница" - Страница 406

   - Что дозволено богине, не дозволено другим, - промямлил Рахноэль, который сейчас выглядел не величественным эльфом, а жалким длинноухим осликом.

   - Что, кроме издевательств над подданными ты предпринял для захвата Зулкибара? - раздраженно постукивая носком туфли по земле, спросила Ллиувердан.

   - Мой план не сработал, - покаялся Рахноэль. - Но у нас есть все шансы подмять под себя Кентарион, а потом мы двинемся на Зулкибар.

   - Минуточку! - рявкнула мать, - что значит, ты велела Рахноэлю захватить Зулкибар? Кардагол, твоя подруга не в курсе, что ее длинноухие фанаты помогали Арвалии? Фигушки бы мы Эрраде вернули, если бы не помощь Зулкибара. Это у нее такой способ говорить спасибо? Завоевательница недобитая! Я тебе так Зулкибар завоюю, что мало не покажется! Валь, скажи ей! Валь?!

   Но Вальдор, к моему удивлению промолчал, мрачно о чем-то размышляя и сжимая поводья своего коня с такой силой, будто представлял на их месте шею злейшего врага

   - Как забавно звучит, - умилилась Ллиувердан, проигнорировав мамины угрозы, - Арвалия и Эрраде - это одно государство, и что я слышу? Они воюют между собой! Кардагол, когда я вернулась, а это случилось тридцать два года назад, я побывала не только в Альпердолионе, но и за горами. И что же я увидела? Твое королевство превратилось в несколько мелких государств, твои потомки деградировали до уровня жалких бытовых мажиков... один Терин радовал. Кстати, князь, с тебя причитается. Твой старший брат Ларрен не планировал умирать еще лет шестьдесят как минимум.

   - А я-то думаю, с чего вдруг этот Ларрен заболел чем-то этаким, что даже лучшие маги вылечить не смогли! - воскликнула мать.

   - Это была я, - гордо изрекла Ллиувердан, - я не могла позволить роду Кайвусов опуститься до уровня помойных крыс.... А ты, Кардагол! Как у тебя совести хватило позволить схватить себя и заточить в Нижнем мире? Да еще и застрять там на возмутительно долгий срок! Если бы не мое вмешательство, сидеть бы тебе с зоргами по сей день.

   Тут мне стало не по себе. Ведь одним из условий освобождающего заклинания было: "когда кровь победителя и побежденного сольется в одно"... то есть при ритуале нужна была кровь общего потомка Мерлина Первого и Кардагола. Моя, одним словом. Неужели дракониха поколдовала над родителями, заставив их пожениться, а на самом деле они друг друга не любят? И что теперь будет?

   Мать подумала о том же, о чем и я, и рявкнула, угрожающе взмахнув тапком:

   - Вот только не надо пытаться меня убедить, будто ты принимала активное участие в охмурении мною Теринчика!

   - Ты вообще была не предусмотрена. Не знаю, как тебе удалось просочиться в мои точные расчеты, - призналась Ллиувердан, - я планировала женить старика Мерлина на дочери Терина и Далии, а потом отправить их отпрыска в Нижний мир и...

   - Кого? - взвизгнула мама, - ты хотела скрестить Терина с этой дурой в бабочках? Да я тебя...

   - Дульсинея, не надо замахиваться своим магическим предметом на... - отец сделал паузу и вопросительно взглянул на дракониху, - на нашу будущую родственницу?

   Ллиувердан такое предположение понравилось, она расцвела в улыбке и, в свою очередь, вопросительно посмотрела на Кардагола.

   - Я все еще не вижу Кира, - проворчал он.

   - Я отправила его в Зулкибар. Мальчик нуждается в отдыхе. Палачи в Альпердолионе - больные садисты, но при этом возмутительно криворукие! Ничего не смыслят в пытках... Рахноэль!

   Эльф, наблюдавший за происходящим совершенно безумными глазами, среагировал на окрик "богини" и снова согнулся в поклоне, стукнувшись лбом о землю.

   - Ты больше не правитель, Рахни. Я лишаю тебя трона.

   В дракона Ллиу превратилась так же быстро, как до этого в женщину. Я даже не успел толком понять, что происходит. Стремительное движение клиновидной головы в направлении скорчившегося на земле Рахноэля, клацанье зубов и вопль Кардагола:

   - Опять ты за свое, Ллиу!

   - Я научилась глотать, не жуя, - робко поведала дракониха и нажаловалась, - мы расстались потому, что он брезговал со мной целоваться, когда увидел, как я кушаю.

   - А ты бы не побрезговала, если бы я жрал драконов, да еще их кости смачно обгладывал? - взорвался Кардагол.

   - Я теперь не глодаю кости, ты же видел, - Ллиувердан склонила голову, пытаясь заглянуть Кардаголу в глаза, и часто заморгала.

   - Да, ладно тебе, котик, у девушек есть маленькие слабости, и надо относиться к ним снисходительно, - не удержавшись, брякнул я.

   Вот лучше бы молчал, потому что внимание Ллиувердан переключилось на меня и стоявшую рядом со мной Саффу.

   - О, это же Мерлин и Озерная Ведьма! Привет, ребята. Вы еще не передумали насчет экспериментального превращения в кентавров? Не бойтесь, у меня все получится. Вот у Кардо можете спросить. Сделала же я из него Повелителя времени.

   - Как интересно! - оживилась мать.

   - Я думала, эта способность у него врожденная, - заинтересовалась Саффа.

   - Ллиу, ты вовсе не делала меня Повелителем времени, не вводи их в заблуждение, - прошипел Кардагол, - ты всего лишь усилила уже имеющуюся у меня способность повелевать временем!

   - Ой, а разве это не одно и то же? - отмахнулась Ллиувердан и снова превратилась в женщину. Из одежды на ней опять были эти едва скрывающие прелести тряпочки. Плащ, подаренный Кардаголом, отсутствовал. Я поспешил отвести взгляд, разумно рассудив, что если буду продолжать вот так таращиться, то получу в глаз. Не знаю даже, от кого быстрее - от Саффы или от Кардагола.

   Вальдор, до сих пор хранивший напряженное молчание, наконец, ожил и подал голос.

   Вальдор

   Я спешился, понимая, что мне еще долго предстоит выслушивать всякую ерунду. Стою, держу Вороненка под уздцы, уговариваю себя молчать. Уговариваю и уговариваю, а у самого аж руки трясутся. Наконец, после совершенно, казалось бы, невинной фразы этой странной особы о том, что она сделала из Кардагола Повелителя времени, терпение мое заканчивается.

   - Я правильно понял, что большая часть моих неприятностей оттого, что какой-то дракон решил поиграть с эльфами в игру на выживание? - тихо проговариваю я.

   - Что значит, какой-то дракон?! - возмущается Ллиувердан. Красивая все же, зараза! Так и убил бы.

   - Молчать, женщина! - ору я, - да как ты вообще осмелилась вмешиваться в дела людей, которые тебя не касаются?!

   - Что?! - кричит она.

   Смотрим друг на друга. Судя по выражению ее лица, драконица в ярости. Ну, а я так уже в состоянии бешенства. Мне уже все равно, дракон она или бог. Вот совершенно это для меня неважно.

   - Это та самая сука, из-за которой мучили Шеоннеля и Кира? Я правильно поняла? - слышу я и оборачиваюсь.

   Плавной спокойной походкой, небрежно помахивая украшенным бриллиантами хлыстиком, к нам приближается Аннет. На лице ее полнейшая безмятежность.

   Ллиувердан пренебрежительно фыркает.

   - Пошла вон!

   - Это я-то пошла вон? - ласково переспрашивает моя супруга, - я? Что это ты, подруга, на моего мужа пасть разинула? Ты решила, что ты тут самая крутая? Уж прости, детка, если ты с недотраху бросилась делать всем поблизости гадости, ты не стала от этого супер-дрюпер грозой полей и огородов. Ты, тварь такая, кто тебе право дал моим близким жизнь портить?!

   И все замирают. Нечто подобное мы готовы были услышать от Дульсинеи, но не от нежной и кроткой (за редкими исключениями) королевы Аннет. О том, что она пыталась недавно избить Лиафель, все уже благополучно забыли. Первым, надо признать, в себя приходит Кардагол. Потому что именно он, рискуя жизнью, обхватывает руками Ллиувердан.

   За ним, пусть с некоторым запозданием, реагирую я. Бросаюсь к Аннет, сжимаю ее в объятьях.

   - Пусти! - рычит она и пытается ударить меня каблуком по ступне. Еле успеваю одернуть ногу.