Естественный отбор 2. Старая война - лишь прелюдия к новой (СИ) - Петров Артем Дмитриевич - Страница 83

  - Я не как он! - вспылил я.

  Но женщина отреагировала вполне сдержанно и просто продолжила.

  - Его сломал Афганистан... Он сделал там что-то, за что не может себя простить. И пытается исправить ошибки, не замечая, что совершает новые. Стал озлобленным, нелюдимым... холодным. А после он ушел от нас с матерью. Потому что знал, что своим присутствием причиняет только боль. Почему я сказала вы похожи? Такой обреченный взгляд есть только у отчаявшихся...

  Я резко встал с кресла и прошелся по комнате, схватившись за голову.

  - Значит, жертва вашего брата была определенно напрасной...

  - Я так не считаю. Но если вы станете похожим на моего отца, то да. Это будет конец.

  - Вы ненавидите его?

  - Нет. Мне просто жаль его... Как и всех вас.

  Я обернулся. Было странно все это слышать. Но во всех этих словах есть доля правды. Жизнь научила меня бороться, а сейчас все спускается в трубу. Но хватит ли сил преодолеть все это?..

  - У вас больше никого не осталось, кроме отца? - не знаю, зачем спросил это.

  - Никого, кроме мужа, ребенка и матери... Но она сейчас в доме престарелых... Отец вряд ли соизволит с ней попрощаться...

  - Вряд ли... - подтвердил я.

  Может в Коннорсе и осталось что-то человеческое, но точно только все самое плохое.

  - Простите, мне наверное не стоило приходить, мне пора...

  Да уж пора. И так слишком тяжело.

  - Нет, спасибо, что зашли - Джулия взялась проводить меня - Главное не сдавайтесь... - были ее последние слова, прежде чем дверь закрылась.

  Нечеловеческий слух уловил по ту сторону тихие всхлипы. И кому этот разговор дался тяжелее?

  Обернувшись, я увидел, что мою машину кто-то угнал, вместо нее стоял серебристый седан с тонированными боковыми стеклами. Раздался громкий призывный гудок.

  - Чертово ЦРУ... - выругался я по-русски и со злостью сел в машину.

  - Привет, Алан... Мы уже встречались. Я генерал Мальком - я посмотрел на мужчину за рулем.

  Теперь он ничем не напоминал того оборванца, которого мы подобрали в Казахстане. Хорошо уложенные волосы, короткая борода по все лицо, черная повязка на правом глазу, идеально выглаженный серый костюм без галстука. Хотя военная форма точно подойдет ему лучше.

  - Какие будут приказы, сэр? - я отдал честь, насколько позволял салон машины, когда она тронулась вперед.

  - Оставь это для войны. И ты вне моего подчинения. Ты работаешь на Армстронга...

  - Значит, вы заведуете ЦРУ?

  - Я не имею никакого отношения к ЦРУ. Я военный генерал.

  Черт, к чему он клонит? Что ему надо?

  - Тогда зачем я вам нужен?

  Тут генерал достал два пакетика белого порошка, что до этого лежали в бардачке моей машины.

  - Совсем мозги в Африке отшибло? Сторчаться решил?

  Как своего сына, черт побери, ругает.

  - Вам-то какое дело? Главное, что я не собираюсь употреблять, когда воюю...

  Страха определенно не было. Вероятно, еще не отошел до конца от прошлого прихода. Командование со своими приказами начало казаться чем-то несущественным.

  - Все понятно...

  Что понятно? Почему генерал, не имеющий никакого отношения к ЦРУ, и вообще ко мне, приехал сюда?

  - Я многое пропустил за добрый десяток лет... А потом мне стало интересно, кто же помог Армстронгу меня спасти - словно прочитав мои мысли, ответил Мальком - Смотрю последние донесения по поводу тебя, а ты на наркоте...

  - Меня, что, барыга сдал?

  - Да сдался ты ему. А то ты под кайфом по улицам не шлялся? Думал, никто не заметит, да?

  Да, тогда действительно думал, что всем плевать, ходил по улицам. Ощущения от героина у лугару совсем другие, не как у людей. Постоянно хочется двигаться, хоть и ходишь, как гребаный лунатик...

  - Все равно... Какое вам до этого дело?

  - Сейчас объясню...

  Я не заметил, как мы оказались в довольно безлюдной части города. Резко затормозив перед переулком, лугару повернул машину, совершив дрифт на девяносто градусов и выкинул меня телекинезом из машины, попутно оторвав переднюю дверь.

  Настолько расслабился, что сообразил о произосшедшем только лежал на спине на асфальте. И вставать как-то не хотелось.

  - Просто я ненавижу таких, как ты... Щенок... Повоевал меньше года... - генерал ходил вокруг меня - Девушка порвала с ним... И теперь, все, да?

  Мальком схватил меня за горло и с легкостью поднял в воздух. Для лугару он неимоверно физически силен.

  - Думаешь, ты уже закоренелый ветеран, который заслужил приступы жалости к себе? Моих лучших друзей убили в Нормандии. Я годами сидел в джунглях Вьетнама и глотал пыль в Афганистане. Вокруг меня гибли сотни, если не тысячи!

  Я пытался вырваться, но бесполезно. Но генерал сам меня отбросил к ближайшей стене, где осталась приличная вмятина, а потрепанная куртка оказалась вся измазана кирпичной крошкой.

  - Кого ты из себя корчишь? Щенок. Что еще в твоей жизни случилось такого? Отец избивал? Бывает. Особенно в такой варварской стране, откуда ты родом.

  Казалось, что я уже привык к нападкам Коннорса и еще некоторых, кому сильно не понравился. Но сейчас такое состояние, что гнев бесконтрольно закипал внутри.

  В генерала полетел мощный поток молний. Даже самую мощную защиту пробьет. Поэтому лугару направил его в разные стороны. Теперь мне показалось, что он убьет меня на месте... Сил осталось мало - я хорошо выложился.

  - Хотя бы капли самоуважения к себе остались...

  Дальше последовало несколько мощных ударов, и Мальком прижал меня локтем за горло к стене.

  - А теперь еще раз посмотри на себя... Хочешь кайфовать? Переходи на кокаин и марихуану. А с героина тебе потом может год понадобиться, чтоб окончательно слезть!

  - А как вы с этим справляетесь? - прохрипел я, пытаясь вырваться из крепкой хватки.

  - У нас есть цель. Мы движемся к ней. Мы знаем, что все это не зря! Ради чего воюешь ты?

  - Я делаю лишь что прикажут...

  Мальком швырнул меня на асфальт с такой силой, что я проехал по нему метр.

  - Ты лугару! Ты наш собрат. Да, среди нас много моральных уродов, но у людей разве по другому? - генерал присел передо мной - Я знаю, что в глубине души тебе не плевать. Тебе просто хочется, чтобы так было... Тот, кому на все было здесь похрен, не стал бы спасать Митчелла, не отправился бы за Дженсеном, и уж точно дезертировал бы в Африке подальше от ужасов войны.

  - У каждого свой лимит... - сопротивляться больше не хотелось - И мой уже закончился...

  Я перевернулся на спину, глядя в небо.

  - Ты и сотой доли этого лимита не достиг... Даже обычный человек может выдержать гораздо больше.

  - Люди слабы... Любой бы уже сошел с ума - генерал вздохнул, посмотрев вниз на землю.

  - Не стоит недооценивать людей. Их бы не было сейчас шесть миллиардов, если бы они были слабы. Подумай над этим...

  Он поднялся на ноги и направился к машине.

  - Чтобы завтра же поехал дальше обучаться. Другие не будут действовать также мягко, как я.

  Тут я вскочил на ноги и вцепился в Малькома.

  - Мне никто не оставил выбора! Никто! Я родился со всем этим! А потом меня насильно втянули в эту войну! Это был не мой выбор!

  Генерал оттолкнул меня и поправил пиджак.

  - У тебя был выбор. Ты мог не связываться с анархистами, а сразу пойти к нам. Тогда бы ты не вызывал подозрений. Ты мог не идти в то здание останавливать террористов, и Армстронг тогда бы не приметил тебя, а Коннорсу ты бы надоел через год. Ты мог не останавливать Дженсена. Мы бы выкарабкались из этого кризиса. Но ты стал героем, а ЦРУ нужны как никогда. Ты мог отказаться от предложения Армстронга. Он бы тебя и пальцем не тронул.

  В бессилии я рухнул на колени. Всегда проще кого-то винить в своих проблемах...

  - Ты сам выбираешь путь. Мы лишь направляем. Ты можешь хоть сегодня подать в отставку - продолжил Мальком - Но задумайся. Тебе не плевать на то, что будет с нашим видом и этой страной дальше. Ты почувствовал вкус войны, и тебе будет сложно от нее отказаться. Ты сможешь адаптироваться к мирной жизни, но спроси себя... Хочешь ли ты ее? Завести семью, купить дом, выполнить все пункты американской мечты. Ты озвереешь через несколько лет от рутины. Ты, как и я, человек действия. Человек конфликта. Войны. С чем угодно, лишь бы что-то происходило. Ты, может и неосознанно, но выбирал этот путь.