Кукольник (СИ) - Некин Андрей - Страница 11

Третьим вышел орк. Но не северный, а южный. Настоящий гигант, как и сам Ро-Гхрак. Заревел тут же, вперед бросился, размахивая кулаками.

Северные и южные орки - непримиримые враги, ужиться они вместе не смогут. Поместить его сюда, значит убить также верно, как выстрелить в брюхо из пушки. Но местная стая не стремится забить его сразу всей кучей. Нет никакой доблести, разорвать одного вдесятером.

Двоих - запросто, двое - уже армия, считают орки.

Здесь же только один враг, и это будет дуэль. Северные варвары отходят в стороны, оставляя Гхрака в одиночестве.

Южный красный орк врезался в северного зеленого с мощью механического локомотива. Они полетели к стене, сшибая по пути кого-то меньше и слабее.

Казалось, Ро-Гхрак подмят и недолго ему осталось, - красный бил его сверху, словно молотом по наковальне. Бил равномерно, будто рукой его двигал незримый чугунный маховик или давление парового котла. Бил так, что инерция передавалась через зеленое тело в пол, сотрясая стены.

Но не тут то было - Ро-Гхрак тренированный воин театра, а не обычный дикарь. Он вывернулся змеей из-под тяжелой хватки. Скользкий от крови, просочился и ударил в ответ. Взял врага за шею, и принялся бить лбом в пол. Бил пока не смолол кость в труху, и голова не лопнула, как гнилой овощ, брошенный с высокой башни.

- Гррр! - разъяренно смотрел он по сторонам в поисках следующего соперника, но новички уже успели разбежаться под шумок по темным углам. Кто к сородичам по расе, а кто забился в темные щели, как многоножка.

- Никакого мастерства, одна сила, - брезгливо скривился Сириус. - Он обречен, да, чемпион? Ты, да я, перебьем их всех. Подумай. Или тебя не раздражает, как они рычат по ночам?

"Грольгруф, мать вашу, тьфу" - сплюнул узник, не дождавшись ответа.

Чемпион все также безучастно сидел. Хотя нет... теперь он начал катать камешек взад-вперед. И остальные узники лениво разбредались по углам, будто ничего не произошло. Вечерело. Видимо, подобное было им привычно, как наступление дня или ночи.

В дальнем углу гномы развели костер.

Здешние не любят гномов. Ибо те давние-давние союзники людей. Реже других попадают они в эту яму, только если сам подгорный король отрекается от них. А это происходит нечасто.

- Копай, Гелиом. Вниз копай, - слышится ворчливый голос.

- Вставь мозги тебе великий Сефлакс! А то что ли можно вверх копать, друг Феррит? - кидает в ответ полностью скрывшийся в яме гном.

Стучат кирки, молоты. Ничто не может отвлечь белобородых карликов от работы. Говорят, делать подкоп они начали годы назад. А углубились лишь на два своих роста. Прочен закаленный камень.

Стражники давно заметили подкоп, но просто махнули рукой. Выбраться невозможно - все знают.

- Станцуй, - раздался голос, прерывая тишину камеры.

Сухие губы чемпиона раздвинулись, смещая грязную лицевую повязку. И он повторяет:

- Станцуй что ли.

- Чего? - испуганно переспросила Эль.

- Умеешь танцевать? Здесь совсем скучно. Давай спляши что-нибудь. Все эльфы умеют. Я знаю.

Взгляд воина был лишен всякого осмысления, точно у мертвеца. Руки бесцельно бродили по полу. Свет мелькнул сквозь верхнюю решетку - голова по-змеиному дернулась в сторону, ища спасительной тени.

- Тебе проще сразу убить нас, Человек, - раздался журчащий голос Аль. Он спокоен, будто эльфийка давно ждала от узника какой-нибудь гадости, столь свойственной людям.

- Отказываешься?

- Исполнять человеческие прихоти? - вновь зазвучал ровный тон эльфийской принцессы. - Никогда.

Чемпион задумчиво выпустил дымное кольцо.

- Эй, Сириус. Твое предложение еще в силе? По сушеной крысе за каждую, и они обе твои.

- Ты и имя мое помнишь? - радостно дернулся Оциус. Никогда еще он не видел соседа настолько болтливым и расположенным к взаимовыгодному обмену.

Аль незаметно спустила руку к бедру, ощупывая опасную железную остроту под платьем. Рядом почувствовалось плечо верной Эль, положившей стрелу на тетиву. "Tir Elf de sien ra-da".

Вторая рука Аль поднялась к потолку. По тонкой кисти пробежали молнии. Электрические искры скользнули меж пальцев, спутываясь в яркий лучистый клубок - маленькое солнце, разогнавшее тени и мрак.

Воин театра болезненно сощурился, отступая к стене.

"Колдовство" - зашебуршали орки. "Дешевый фокус" - ухмыльнулся Сириус.

- Выключи свой фонарь. Совсем выключи, - прошипел чемпион, - и нож убери. Порежешься.

- Боишься волшебного света, Человек? - догадливо воскликнула Аль, поражаясь невероятной удаче.

Этот маленький шарик света - единственное, на что хватило всех ее магических талантов в пределах Империи. То, чем она рассчитывали лишь напугать, сработало лучше любого оружия.

Всю свою энергию она направила в кисть. Поддержание даже такого легкого заклятия в Тулурке требовало неимоверных усилий.

- Хватит. Не хочешь танцевать - не танцуй. Выключи, или шею сверну... Выключи, - почти жалобно прохрипел странный человек.

- Ты и пальцем нас не тронешь. Или я сделаю так ярко, что ты ослепнешь, - предупредила эльфийская принцесса, отступая в угол.

Облегченно вздохнула Эль, опуская оружие. Разочарованно фыркнул Сириус. На него магический свет не действовал никоим образом, как собственно и на всех остальных.

В дальнем углу зала послышалось шумное дыхание. "Рах-Гор-Клохл проснулся!" - ворчливо пронеслась весть от рта к уху.

Ночь сулила стать бессонной, если тролля охватит безумие...

Эль шепнула еще тише, чем раньше:

- Госпожа, если они его держат здесь - он, наверное, им враг?

- Почему ты спрашиваешь?

- Госпожа, быть может, с ним стоит договориться?

- С этим животным?

- Ну, он же не отдал нас... А от того человека пахнет смертью, "Светлячок" против него не поможет... - мелко задрожала младшая сестра принцессы, косясь на фигуру Сириуса за решетчатой стеной. - Госпожа, похоже он не хочет нам зла. Этот перевязанный просто пленник. А наша цель важнее гордости...

Эль осеклась под осуждающим взглядом сестры. Эльфы не имеют дел с людьми.

- Простите за глупость, Госпожа Принцесса, - шепнула она.

Меж тем тот, о ком они говорили, лег на солому возле труб и мирно уснул. В Гибурге быстро темнело из-за близости к четвертому полюсу. И над улицами степенно и горделиво поднималась первая луна.

Эльфийки неподвижно стояли до третьей фазы, боясь то ли узника и его соседей, толи шуршащих в стенах крыс и многочисленных многоножек, пока сон не сломил и их.

Вторая луна взошла чуть позже. Ее появление в это время года - большая редкость. По легенде, сам Безымянный ударил в ярости клинком по земле, проиграв в кости Мастеру-Игроку своего любимого коня.

Три раза по морям прошли огненные волны. Сгорели леса, реки, дворцы и замки. Мало кто остался в живых. А огромнейшая гора взлетела вверх и кружит теперь по небосводу, украшая печальную северную ночь.

Свет у нее зловеще красноватый. Такой свет предрекает большие несчастья всякому, кто задумает выйти из дома в подобную ночь. И это не миф и не легенда. Свечение второй луны жжет непокрытую кожу сильнее открытого пламени. На утро он не оставит от несчастного путника и горсти костей.

Эль снился Великий Лес. Всем эльфам он снится. Снится, потому что вне сна его уже не существует. Нет, деревья стоят на том же месте, и реки текут также быстро, как прежде. Цветут цветы, пахнут растения, и трава пробивается под действием влаги и светом яркого, доброго Гелио.

Все сохранилось как было...

Есть деревья, реки и трава. Но нет больше леса. Не рождаются новые эльфы под густыми кронами. И никто не может сказать почему. Старейшины разводят руками. Печалится высокий эльфийский двор. Без толку бродят герои в поисках ответов. Наверное, оттого то они и отправились в это безнадежное путешествие, уцепившись за последнюю, тончайшую, невероятнейшую из соломинок...

Эль проспала не больше двух фаз и проснулась от чьего-то неподвижного взгляда.