Ядерный будильник - Гайдуков Сергей - Страница 75

Чёрный Малик знал, что дьявол не делает подарков. Чёрный Малик знал, что однажды раздастся звонок, и либо сам Крестинский, либо — что вероятнее — его доверенный человек скажет, что время пришло.

Это оказался Акмаль. Старый знакомый из турецкой разведки, который с некоторых пор был куплен Крестинским с потрохами. Акмаль оправдал надежды Чёрного Малика и вложения Крестинского — он сказал, что время пришло.

Он много чего сказал, этот Акмаль. Когда Чёрный Малик обдумал его слова и оценил предложенный план, то изумлённо покачал головой. У дьявола, который занимал тело Крестинского, мозги совершенно точно были свёрнуты набок. Но это был великий план. Исполнив его, Чёрный Малик компенсировал бы годы своего бездействия. Исполнив его, он стал бы недосягаемым для прочих претендентов на роль Героического Воина. Он стал бы святым. Конечно, не завтра, а через какое-то время, потому что формально святым делает смерть, а умирать Чёрный Малик не спешил. Хотя такая жизнь, полная боли, ему основательно наскучила. Но исполнить план Крестинского значило получить ещё денег на лечение и надежду на изгнание боли, надежду на лучшую жизнь. Ради этого Чёрный Малик был готов на многое.

Его будут ловить в аэропортах и на железнодорожных вокзалах, его будут выслеживать вблизи домов родственников, но он пройдёт мимо засад и постов.

Его будут искать со спутников, его голос будут ловить сканеры в эфире, но он останется цел и не опознан.

Он сделает своё дело, как делал его сотни раз. На то он и Чёрный Малик. Дьявол не заключает договор с кем попало. И если это угодно дьяволу, пусть это случится в понедельник. Чем понедельник хуже прочих дней?

И в своих размышлениях о боли, борьбе и дьяволе Чёрный Малик вспоминает многое, но он не вспоминает давний разговор с человеком по имени Химик. Он не вспоминает странное поручение, которое дал ему тогда Химик. Он не вспоминает, что однажды его уже расспрашивали о Химике и о том поручении.

Тогда он все рассказал. Все-все. Он сделал это, потому что надеялся, проговорив вслух, понять — что же случилось тогда, зимой девяносто второго года, в маленьком российском городке? Он рассказал, но всё равно ничего не понял.

А человек, которому он это рассказал, ничего ему объяснять не собирался. Этот человек просто улыбнулся — широкой улыбкой довольного дьявола.

6

Прежде чем лечь спать, Бондарев посмотрел в зеркало и остался доволен увиденным — как и требовал Директор, это была упитанная самодовольная морда. К этой морде прилагался толстый бумажник, пачка пластиковых банковских карточек, предполагающих наличие неслабых счётов в этих банках, дорогой костюм, часы с браслетом из жёлтого металла, элегантный кейс «Данхилл» из натуральной кожи и ещё кое-какой набор аксессуаров солидного джентльмена. У солидного джентльмена будет также персональный ассистент-телохранитель. Все, кроме персонального ассистента-телохранителя, было позаимствовано Бондаревым в сокровищницах третьего этажа серой башни. Персональным ассистентом-телохранителем был назначен Марат.

В таком виде можно было бы отправиться на светский приём или на деловую встречу, но они с Маратом отправятся на аукцион. И к сожалению, это будет не аукцион предметов искусства.

Единственным лотом предстоящего аукциона будет металлический ящик размером 70x40x25 сантиметров, весом 35 килограммов и начальной ценой полтора миллиона долларов. Ах да, и мощностью приблизительно ноль целых восемь десятых килотонны. Потому что это портативный ядерный заряд. Его может транспортировать в заплечном рюкзаке один сильный мужчина. Один мужчина может привести заряд в рабочее состояние, то есть снять с предохранителя и запустить генератор. Один мужчина может устроить большой бум в центре большого города. Такое желание не каждому приходит в голову, но в понедельник в условленном месте соберутся люди с настолько больными головами (или же их доверенные лица), что им 35-килограммовый ящик нужен как бутылка минералки в пустыне.

Своих доверенных лиц пришлёт и Чёрный Малик, потому что и он прослышал о замечательном ящике. Об этом позаботились. Алексей сказал Дюку, Дюк довёл до сведения Директора, Директор распорядился проверить дом Левши, получил радиологическое подтверждение, перекрестился и начал игру, в ходе которой Селим чудесным образом подслушал разговор о подпольной ядерной лаборатории, на след которой вышли в Подмосковье, а потом потеряли… Селим передал информацию Акмалю — и этим заканчивалась та часть подготовительной игры, в которой Директор был стопроцентно уверен. Далее начинались возможные варианты.

Согласно оптимальному варианту Акмаль после получения информации должен был осторожно забросить удочки в среду российских торговцев оружием и узнать о готовящемся аукционе. Переносное ядерное устройство, уже находящееся в Подмосковье, — это приятный сюрприз, достойный полутора миллионов «зелёных». И достойный даже большего. Достойный внимания Самого.

Разные источники информации в последние месяцы сходились в одном — Крестинский хочет чего-то большого и устрашающего. Он хочет большого переполоха — непонятно где и непонятно зачем, но хочет. Записанные Лапшиным в отеле телефонные переговоры Акмаля и Крестинского не содержали конкретных имён или дат, но подтверждали теорию о грядущем большом переполохе. Переносное ядерное устройство могло стать инструментом для реализации этих планов.

Если бы Крестинского заинтересовало переносное ядерное устройство, то заняться ящиком он поручил бы Акмалю, а тот — Чёрному Малику; так случилось, что именно его люди обладали необходимой подготовкой для работы с переносными ядерными устройствами. Они также обладали решимостью его применить.

Таким образом, если запущенная Директором информационная цепочка получила продолжение, то в понедельник на аукционе где-то неподалёку от Бондарева и Марата будут находиться представители Чёрного Малика.

Солидному джентльмену с лицом Бондарева нужно будет, во-первых, выиграть торги и убрать ящик подальше от всяких психов, а во-вторых, идентифицировать людей Чёрного Малика, если таковые будут. К этому моменту место проведения аукциона — а это скорее всего тот самый подземный склад — будет блокировано людьми Конторы, и в момент, когда разочарованные участники аукциона станут выбираться наружу, Директор лично отдаст приказ на штурм. Бондарев, Марат и Алексей должны будут, во-первых, взять живыми представителей Чёрного Малика, во-вторых, поддержать штурм изнутри и в-третьих…

Хорошо бы ещё дожить до этого третьего пункта.

7

Если в Москве накануне понедельника нервы постепенно приобретают напряжение тетивы лука и даже Чёрный Малик в своём далёком убежище испытывает некоторый эмоциональный подъём (который не перекрывает боль в почках), то в провинциальном российском городе этой ночью все спокойно.

Алена Белова спокойно спит на нарах в камере следственного изолятора. Форточка по причине летней жары приоткрыта, но тем не менее в помещении стоит запах пота, нечистот и дешёвой туалетной воды. Алена спит, потому что уже привыкла. Она здесь не первый день и не первую неделю. Ей известно, что скоро это не кончится. Ей известно, что надеяться, собственно, не на что. Нет смысла в слезах и в жалобах, смысл имеется только во сне, потому что сон позволяет выбраться из камеры и побыть в каком-то ином месте. И она спит при первой же возможности.

Завтра Алену ждёт последний допрос у следователя. Последний по особенной причине.

Вдова полковника Фоменко тоже спит. Перед сном она ещё раз проверила сигнализацию в доме — она проверяет её по три-четыре раза в день. Только после проверки сигнализации она легла спать. Она уснула быстро, потому что её совесть чиста и потому что она выпила две таблетки снотворного.

Вдова полковника Фоменко уверена, что исполнила свой долг и сделала всё, что можно было сделать. Тело мужа так и осталось ненайденным, зато памятник для водружения на могиле исполнил самый лучший местный скульптор. Нервные приступы у сына так и не прошли, поэтому она отправила его в очень дорогой реабилитационный центр на Чёрном море. Современные методики, трудотерапия, гипноз и ещё какая-то ерунда.