Ядерный будильник - Гайдуков Сергей - Страница 87

Серьёзные мужчины немедленно стали совещаться между собой, но Второй перекрыл этот гомон:

— Мне посоветовали…

Совещания прекратились, и все уставились на Второго.

— …взять в качестве представителей большинства вот этих господ.

— Кого? — переспросил Бондарев.

— Вас.

Глава 34

Радикальное решение проблемы

1

Неожиданно Алексей осознает, что упал и лежит на чём-то очень неудобном. Этим чем-то неудобным было тело Харкевича.

Алексей также осознает, что его правая рука пуста. «Вальтер» у Морозовой.

— Не ушибся? — заботливо спрашивает Морозова. Алексей совершенно чётко видит её в дверном проёме, но ему кажется, что за ней темнеет ещё один силуэт, невысокий, очень невысокий, словно детский…

— Невинная детская шутка, — говорит Морозова, очевидно имея в виду, что Иса на четвереньках заполз за Алексея и ударом под колени сбил его с ног. — Мальчику показалось, что ты хочешь меня застрелить.

— С какой стати? — Алексей поднимается на ноги.

— Мало ли. Но уж Харкевича-то ты застрелил, не будешь спорить?

— Похоже на то.

— Хорошо. Теперь пойдём со мной.

— Ага… — слегка пошатываясь, Алексей выходит в коридор. — Зачем вы пацана-то с собой таскаете?

— Даже не знаю, — говорит Морозова, похлопывая Ису по плечу. — Возможно, детские воспоминания. Я же говорила тебе, как любила играть с мальчишками.

— И во что вы с ним играете?

— Как оказалось, он хорошо умеет играть только в одну игру — «защити своего хозяина».

— Хозяина?

— В смысле — хозяйку.

— Это что, как собачка?

— Ну почему же. Я его хозяйка, потому что я старше, умнее, опытнее. Я забочусь о нём. Я его хозяйка не в смысле владения им как слугой или собачкой, я его хозяйка в смысле покровительства и руководства. У многих людей, если не у всех, есть хозяева. У тебя, кстати, тоже есть хозяева, и я одна из них. Разве не так?

— Так. Но Харкевич был другим из моих хозяев, а вы…

— Его уже нет, так что к чему этот разговор?

— К тому, что другой из моих хозяев может приказать мне застрелить вас…

— Ты реалистично смотришь на вещи.

— …и что мне тогда делать с верностью и покровительством?

— У меня такое предчувствие, что у тебя не возникнет подобной проблемы. У меня очень сильное предчувствие на твой счёт. Шагай побыстрее.

2

Пока Алена Белова идёт по коридору, пока навстречу ей по такому же коридору идёт Клешня — Дюк сворачивает за угол и натыкается на прапорщика. Дюк делает резкое движение рукой, а потом ловит падающего прапорщика. Он смотрит на часы и вспоминает записанные на автоответчик слова Айрапетова: «Это будет примерно через час. Я все устроил. Девку поведут на допрос, и по пути кое-что случится. Вам понравится».

Насколько понимает Дюк, никаких допросов в такую рань обычно не бывает. Ну так это обычно. А сегодня явно необычный день.

Он подходит к столу прапорщика и рассматривает план СИЗО с указанием пожарных выходов.

У Дюка выбор — то ли пробиваться к камере Алены Беловой, то ли бежать в административный корпус, где обычно следователи работают с заключёнными. «Девку поведут на допрос». Так сказал Айрапетов. Зря ты назвался по телефону, Айрапетов, ох зря. Вне зависимости от того, правду ты сказал насчёт допроса или соврал — представился ты зря.

Но Айрапетову это будут объяснять потом, а пока Дюк торопится по пустым коридорам в административный корпус.

Он открывает одну дверь, другую, лишает сознания ещё одного прапорщика…

Наконец он в административном корпусе. На втором этаже. На пятом — кабинеты следователей. Этот этаж через систему переходов сообщается с остальными корпусами, чтобы арестованных можно было водить напрямую. Дюку остаётся подняться по лестнице на три этажа.

Он вступает на первый пролёт, и в этот миг включается звуковая сигнализация. Кто-то где-то наконец пришёл в себя, спохватился и нажал тревожную кнопку.

Дюк неодобрительно качает головой — да за это время, будь он не один, будь у него инструменты, будь у него соответствующее задание, можно было весь СИЗО разнести до основания. Как непрофессионально.

Он бежит вверх по лестнице, а в это время на пятом этаже из одного коридора появляется в сопровождении конвоира Леонид Приходько, он же Клешня. Из другого коридора в сопровождении конвоирши идёт Алена Белова.

Если они продолжат своё движение, то возле лестницы их пути пересекутся.

3

— Кого? — переспрашивает Бондарев.

— Вас. И вас.

Бондарев и Марат переглядываются. Такое высокое доверие им не очень нравится. Бондарев ищет глазами «бухгалтера», чтобы посоветоваться, но не находит его. Белов тоже ещё не вернулся, и вся ситуация внезапно становится довольно тревожной.

Большинство участников аукциона подозрительно косится на Бондарева и Марата и явно не горит желанием доверить им представительство своих интересов. Но Второй больше ни с кем не собирается спорить, он предлагает всем названным личностям погрузиться в лифт и отбыть в комнату для переговоров.

— Минуту, — говорит старший из чеченцев. — Зачем мы туда поедем все вчетвером? У нас у всех одно и то же мнение. Хватит и двоих. Пусть едут Лечо, — он показывает на молодого чеченца, который так много говорил в последние полчаса. — И Муса. А мы с Магомедом их здесь подождём.

Ещё немного, и Второй тоже начнёт орать. Только он придумывает очередной гениальный план по разруливанию ситуации, как находится какой-нибудь кретин, который его осложняет. Какого хрена, а?!

— Может, всё-таки поедете все вместе? — настойчиво предлагает Второй. — Я не хочу, чтобы у вас, тех, кто останется здесь, возникли конфликты с другими участниками аукциона. Мне кажется, они очень недовольны вашим поведением…

— У вас же тут полно охраны, — с улыбкой говорит старший чеченец. — Разве они не смогут нас защитить?

— Как хотите, — машет рукой Второй. — Хотите, оставайтесь здесь…

Он уже подумал и решил, что это непринципиально — сразу все четверо войдут в комнату для переговоров или же они будут туда заходить партиями. Главное, что они оттуда не выйдут — Китаец уже на месте. Никому не позволено портить аукционы по продаже портативного ядерного устройства, которые устраивает Фирма. Даже если это устройство когда-то было вашим. Было? Было, да сплыло. Что с возу упало, то пропало. Четыре сбоку, ваших нет. А также прочие юридические прецеденты, чтобы отправить чеченцев на тот свет. В конце концов, это мы нашли игрушку, которую вы посеяли. Это наш Левша наладил её. И мы имеем священное право срубить за неё столько бабок, сколько сможем.

Другой вопрос, что убить четырех чеченцев, имеющих крутые связи, и не огрести за это неприятностей — это тоже большое искусство.

Лучший способ избежать неприятностей — свалить все на другого. Китаец показал Второму двух вполне мирных коммерсантов, которые недавно стали сотрудничать с Фирмой. Вот их можно замочить без последствий. А если их замочить, а потом сказать, что именно они чеченов и грохнули, когда делили «ядерный чемодан», так это просто здорово.

Бондарев, Марат, Лечо, Муса, Второй и двое охранников заходят в лифт. Второй нажимает кнопку, и двери лифта смыкаются. Кабина начинает подниматься.

За этим внимательно наблюдает Чёрный Малик. Он прикидывает в уме примерную грузоподъёмность лифта и его размеры.

Потом он смотрит на стойку с «ядерным чемоданом». Это очень заинтересованный взгляд.

4

Морозова вела его каким-то очень странным маршрутом. Сначала они спустились по лестнице до самого низа, то есть на уровень склада. Морозова о чём-то пошепталась с одним из охранников и скомандовала Алексею разворачиваться в обратную сторону, то есть наверх. Где-то посередине этих хождений вверх-вниз Иса пропал у Алексея из виду, но теперь-то он был уверен, что этот молчаливый мальчик ничего не делает просто так.